Демон, ангел, Велиал или Будни обычной избранной (СИ)

— Не первая, — виновато развёл руками Тапио, — я могу совершить ещё одно, на этот раз последнее, чудо для тебя.
— Мой брат… — начала я, но запнулась. Немного подумав, продолжила, — какова судьба его души?
— Ему предстоит испытание, как у Иви.
— Значит, его не вернуть?
— Нет.
— Тогда, — я глубоко вдохнула и, медленно выдохнув, продолжила, — сможешь исцелить разбитое сердце моей подруги Марьятты?
— Хорошо, — серьёзно кивнул Тапио, — отдыхайте. Когда всё будет подготовлено, я сообщу Эмилиасу. Так что готовься официально принять бремя хранителя миров, Софи-хранительница.
Тапио расправил крылья и исчез во вспышке света. Тори и Иви прервались от вандализма.
— А зад-то хорош! — громким шёпотом поделилась девушка своими мыслями с демоном.
— Вот и я о том же, но Софи осуждает прекрасное! — тут же нажаловался тёмный.
Я страдальчески закатила глаза, а Эйл взял меня за руку и под неободрительный взгляд Тори и одобряющую ухмылку Иви утянул в коридор.
— Так просьба рассказать, что случилось, было проверкой? — прошипела я, когда мы остались одни, — расскажу или нет?
— Если и проверка, то проверяли меня, — рассмеялся Эйл. Его лицо озарила счастливая и немного извиняющаяся улыбка, — скрой ты некоторые детали, я бы принял. Не мне учить, как побеждать древних демонов. Я очень рад, что ты мне доверяешь.
— А если бы я не рассказала? — удивилась.
— Отнёсся бы с уважением к твоему решению, и приложил все усилия, чтобы заслужить доверие и веру в мою адекватность, — Эйл бережно обхватил ладонями моё лицо и добавил, — ты не представляешь, как я испугался за тебя! — выдохнул он и накрыл мои губы поцелуем.
Эйл целовал ласково, каждым прикосновением делясь нежностью, а я отвечала, расслабляясь в руках любимого. В нежных объятиях окончательно поняла — я одержала верх над демоном, спасла брата, своего тёмного хранителя, справилась с первым испытанием от вселенной и теперь в безопасности с любимым. Я обняла мужчину за шею и сильнее прижалась всем телом. Близость Эйла дарила чувство защищённой и доверия. Я наслаждалась накрывающим ароматом бергамота и мяты, полностью растворяясь в моменте, окончательно стирая из памяти пережитые ужасные эмоции. Поцелуй стал обещанием быть рядом всегда, доверять друг другу и поддерживать.
— Как часто тебе предстоит так рисковать? — деловито спросил Эйл, прервавшись, и я чуть не застонала от возмущения.
— Это мне надо у тебя спрашивать, оракул, — не удержалась от колкости.
— Тогда я попрошу у вселенной одну услугу: месяц… нет, лучше два месяца никаких для тебя битв с демонами!
  
Эпилог
 
Холодный, но солнечный день. Зима вступила в полную власть. Я поёжилась от мороза и, спрятав руки в карманы тёплой зимней куртки, направилась в сторону парка. Сегодня мне компанию в прогулке составлял только Эмилиас. Шумная парочка — Тори и Иви — решили задержаться у Эйла. Раз в неделю вместо изнуряющей тренировки я приходила на репетицию моего жениха. Его друзья и товарищи по группе приняли меня как родную. Они постоянно подмечали, что я чем-то неуловимо похожа на Иви, хотя внешность девушки для остальных была отличающейся от меня не только волосами и цветом глаз. После музыки и весёлой компании у меня накапливалось достаточно душевных сил, чтобы отправиться на проверку в заброшенную часть парка. От длительного пребывания Велиала там на ткани пространства осталась брешь. Теперь только через эту лазейку неподвластные князю тьмы демоны периодически пытались просочиться в мои миры — остальные границы я надёжно запечатала с помощью бесценных знаний Сейтсман Сиэлуна.
— Как думаешь, сегодня кто-нибудь попадётся? — обратилась к ангелу.
— Думаю, там точно кто-то есть, — нахмурился Эми, прислушиваясь к своим ощущениям, — хорошо, что мы поставили ловушки — не надо гоняться за лазутчиками по всем мирам.
— Это точно, — усмехнулась довольно, — больше никаких салочек. Клеймо на шею, предупредительное послание его правителю в зубы и пинок под зад подальше из наших миров. Надеюсь, опыт Велиала их чему-то да научит.
 
— Кстати, зачем ты им всем рекомендуешь навестить князя тьмы?
— Чтобы даже не задумывались о несерьёзности моих предупреждений.
— Вызов на поединок валта — не предупреждение, а неслыханная дерзость, — подметил ангел.
— Зато это работает, — резонно возразила, — пока послание с вызовом и совет перед ответом навестить Велиала — самый действенный способ не разрушать свою душу, помогает не доводить дело до смертельного кровопролития. Они так впечатляются безумными речами князя тьмы, что уверяются в моих замашках маньяка. И это хорошо, не хочу больше подвергать тебя и Тори опасности, — последнее пробурчала еле слышно, но ангел меня услышал.
Эмилиас отходил от битвы с Велиалом долго. Проспал больше суток, а, придя в себя, сначала отбивался и прятался от назойливых самопровозглашённых специалистов по врачеванию ангелов. Но, когда ангел увидел, как Тори и Иви в тот день умудрились изрисовать всё его тело перманентными маркерами, Эмилиасу сорвало крышу. Беготня в тщетной попытке избежать гнева ангела возмездия окончательно объединило демона и стажёра. Родственные души. Оба не избежали кары и вместе с Эмилиасом щеголяли с изрисованными лицами — ангел справедливо рассудил, что ответного боди-арта в воспитательных целях будет достаточно. Однако в ответ эти двое принялись с удвоенной силой помогать ангелу восстановить силы. Иви каждый день приносила необычного вида фрукты из других миров, считающиеся там лучшими средствами для поднятия душевных сил, выравнивания силовых потоков и поднятия всего, что нужно поднять. Ликантроп затаскал Эми по известным демону местам силы. Даже оказал великую честь и познакомил со своим мастером бздень-хао, а после подарил любимую боевую сковородку. Меня в места силы с собой не брали. Тори объяснил это тем, что с моим и так растущим уровнем ещё чуть-чуть — и быть сильнее мифического первого чина. Эмилиас на экстраординарную заботу ворчал, но особо не сопротивлялся. Кажется, ему всё-таки было приятно проявление, пусть и специфической, но от этого не менее искренней заботы весёлой парочки.
Когда же Эми полностью восстановил силы, он с удвоенным рвением принялся за мои ежедневные тренировки. Эйл изъявил желание тоже постичь искусство сражений и составлял мне компанию по тренировкам пару раз в неделю. В остальные дни его нещадно обучала Акка Лукья. Бабуленька Ликантропа торопилась вложить как можно больше знаний в голову преемника перед тем, как отправится на заслуженный отдых. Про родственные связи и происхождение моих хранителей провидица толком не рассказала. Единственное, что поведала: Эмилиас был сыном её двоюродного брата, а Ликантроп попал под влияние Велиала в тот самый момент, когда Акка была избрана оракулом моего мира и отправилась постигать свою силу. Её народ всегда после смерти перерождался ангелами, пополняя светлое войско, но Ликантропа ждало рабство под началом князя тьмы.
— И всё же я не могу не беспокоиться о тебе, — снова вздохнул Эми, — хорошо, что у тебя есть защита связи с истинным. Никакой демон не сможет навязать своё желание.
— Особенно хорошо, что мой истинный — оракул, — кивнула я, — никто из других миров, кроме тебя, Тори и Иви, не могут вспомнить о его существовании. Велиал так и не узнает, как я смогла не подчиниться его воле.
— Меня начальство каждый раз спрашивает о твоих способностях, и я каждый раз всё подробно рассказываю, — поделился ангел, — вот только ни запомнить, ни записать у них не получается.
— А так им и надо — совсем расслабились, переложив ответственность за безопасность миров на смертных избранных. Их забывчивость наверняка связана с тем, что я больше года была под влиянием силы оракула, — озвучила для ангела вслух соображения меча.
Сейтсман Сиэлун действительно оказался интересным собеседником, но слышала его только я. Неиссякаемый источник информации с феноменальной способностью быстро анализировать и деликатно наставлять. Натуральное читерство. Голос меча в голове стал привычным, как собственные мысли. Меч любил вести философские беседы во время моей работы над картинами, но не настаивал на постоянном присутствии в разуме. Техника исполнения и тематика картин неизбежно изменились. Символизма прибавилось, а мазки стали жёстче.