Самая слабая особь (СИ)
И вот я уже не менее осторожно обрабатываю мужскую спину, стараясь абстрагироваться от ее обладателя. Даркош очень помогает в этом деле. Сидит неподвижно, чуть прикрыв глаза, и никак не реагирует на не самые приятные процедуры. Его-то посекло значительно сильнее. Вобщем, идеальный пациент.
Чтобы хоть как-то разбавить затянувшееся молчание, задаю, мучавший меня с самого пробуждения, вопрос:
— Ты знаешь что это за место? Не похоже на природный объект…
— Слышал о таком… И ты права. Это рукотворная пещера, — задумчиво отвечает Даркош.
— А зачем вы такие делали, если этот минерал блокирует ваши способности? — допытываюсь я. А вот ответ меня удивляет и сильно.
— Это не наше творение. Изначальные постарались… Насколько я помню лекции по истории…
У меня еще много вопросов, но тут настает черед обработки головы, а конкретно, нескольких ссадин и гематом на лбу и висках. Приходится придвинуться почти вплотную, чтобы проделать все более точно и аккуратно. Поэтому мне становится резко не до разговоров, и Даркош подозрительно притих, кажется даже затаил дыхание. Распыляю дезинфецирующее средство, и осторожно протираю очищающей салфеткой. Мужчина чуть заметно кривится и я инстинктивно, по вколоченной с детства привычке, тихонько дую на рану.
Даркош вздрагивает и поднимает на меня горящие изумлением глаза.
— Что ты делаешь? — хриплым голосом интересуется он.
— Я? Это… Мне бабушка всегда дула, чтобы не больно было… — озадаченная его реакцией, мямлю в ответ.
— М-м-м… — задумчиво тянет Даркош. — А мне мама целовала место ушиба, чтобы быстрее зажило, — и так, с предвкушением, на меня посматривает.
Это что? Он шутит? Мрачный, неулыбчивый Даркош решил меня подколоть? Еще раз с подозрением на него смотрю. Его лицо уже приняло самое невинное и невозмутимое выражение, точно и не было ничего такого. Может мне показалось?
61 глава
Самое паршивое в этой ситуации, что теперь я не могу спокойно закончить свою работу. Мысли все время возвращаются к провокационным словам одного коварного раянца. Мозг уже переварил информацию и с пугающей частотой подкидывает мне смущающие картинки. Жар в теле нарастает. Во рту все пересохло, стоило только представить, как я… как он…
Вот говорила мне Нэя, что у меня слишком богатое воображение. От этого одни только неприятности. Права, тысячу раз права!
А вот Даркоша похоже ничем не прошибешь. Сидит и щурится, как сытый кот, пока меня плющит от противоречивых эмоций.
Фух, наконец, закончила. С облегчением отступаю назад.
Похоже я обречена на повторение своих же ошибок. Запинаюсь о неровный пол и хватаюсь за мужские плечи в попытке удержать равновесие. На моей талии мгновенно смыкаются широкие ладони и притягивают почти вплотную к обнаженному торсу. Сразу ощущаю, как меня буквально затапливает его жаром. Горячий, просто обжигающий, даже для моей, далеко не прохладной кожи. Наши глаза оказываются на одном уровне на расстоянии нескольких сантиметров. И если можно утонуть во взгляде, то я сейчас отчаянно тону, барахтаюсь, пытаясь выплыть.
Ой-ёй-ёй! Опасная, очень опасная для меня ситуация… Так некстати, вспомнилось, чем закончилось почти такое же столкновение с правителем и последствия этой истории. Опускаю взгляд, разрывая возникшее притяжение между нами. Совсем не к месту сейчас лишние переживания. Потом, когда выберемся, буду во всем этом разбираться.
— Осторожнее… Саша, — чужое дыхание щекочет мою щеку.
— Угум… — невнятно бормочу я, потихоньку выворачиваясь из мужской хватки.
Уф, пронесло… Вроде ничего необычного не заметила. А может это так минерал их дурацкий на нас влияет? Кстати, о насущном.
— Может, стоит осмотреться тут? Выход поискать? — предлагаю я, отодвинувшись, наконец, на безопасное расстояние.
Оказалось, то, что я сначала приняла за небольшой полукруглый зал, имеет продолжение, которое я не сразу рассмотрела. Мой фонарик выхватывает небольшую часть помещения. Остальное утопает во тьме. Но впечатления такие, что представляется значительный объем кубических метров. Теперь, я это четко ощущаю. Со стороны завала нам не выбраться, это даже я понимаю, если только с той стороны не откопают. Остается надежда поискать другие варианты. Как-то же создатели этого убежища попадали сюда? Сомневаюсь, что они использовали наш способ.
— Я займусь этим, — утвердительно качает головой Даркош. — Думаю, лучше тебе…
— Не лучше, — прерываю его, догадываясь к чему он ведет. — Я пойду с тобой.
— Упрямая… — обреченно вздыхает он, поднимаясь с пола.
Собирает все наши вещи в свой рюкзак. Мой, как выяснилось, остался под завалом. Жаль, конечно, но будем оптимистами — сохраненная жизнь дороже.
Даркош также включает свой аук в режим освещения. Хорошо, хоть, не нужно беспокоиться о зарядке. Там какой-то очень энергоёмкий аккумулятор стоит, который проработает еще несколько месяцев без дополнительной подпитки. Это мне еще Шрам поведал во время перелета. На старом ауке у меня такого не было. Вовремя Тарош подсуетился, ничего не скажешь.
Круг света значительно расширяется, но, все равно, конца пещеры не видно. Это обнадеживает.
— Держись строго за мной, — командует мужчина. Я даже не думаю возражать. Мне и самой за его спиной значительно спокойнее.
Мы постепенно углубляемся в расступающуюся мглу, но наш исследовательский рейд продлился недолго. Буквально через полсотни шагов упираемся в знакомую стенку с серебристыми прожилками. Тупик. Ну, или конец пути, кому как больше нравиться.
— Давай, осмотрим все стены, — предлагает Даркош. — Только, прошу тебя, ничего не трогай.
По итогам осмотра, выводы можно сделать неутешительные. Мы в замкнутом помещении. Выход, может, и есть, но своими силами мы его обнаружить не смогли. Остается терпеливо ждать и надеятся на тех, кто остался снаружи? Даркош никак не комментирует ситуацию, но я вижу, что он мрачнеет все больше и больше. Единственное благо, что умереть от жажды или голода нам в ближайшее время точно не грозит. В одном из дальних закоулков нашей темницы обнаружилась вода, сочащаяся из небольшой трещины. Когда выпьем свою, можем использовать этот источник, обеззаразив, конечно. А запас питательных капсул в ранце у Даркоша солидный. Можно месяц продержаться.
Почему-то вспомнилось, как в каком-то фильме искали выход в похожей ситуации с помощью свечи. По колебанию огня, определяли имеющийся сквозняк. Ну я и предложила. Идиотка! Даркош окинул меня задумчивым взглядом и уточнил откуда у меня подобные идеи. Вот мало мне было реакции Шрама.
— Не помню, где-то слышала или читала, — отчаянно вру я.
— Хмм… Саша, мне уже интересно, где ты могла о подобном услышать или прочитать. Может, попытаешься вспомнить? — допытывается этот вредный тип.
— Вспомню, расскажу… Ну так, что? Может, попробуем?
— Боюсь, нам негде пока добыть живой огонь. Я подумаю как воплотить твою идею. Давай, пока перекусим что-нибудь, а то я проголодался. А ты?
— Хорошо, — радуюсь я.
Ищем место поровнее, чтобы присесть. Когда устраиваемся, Даркош протягивает мне маленькую бутылочку с водой и аккуратную крохотную пилюлю с рационом. У них все так упаковано, порционно, но товарищи продуманные, природу берегут. Пустая упаковка растворится в течение суток.
Проглотить капсулу и запить ее парой глотков воды — дело пяти секунд. А что дальше-то делать?
— Ну вот поели, теперь можно и поспать, — бурчу тихонько. Вспомнилась почему-то эта детская присказка из мультика.
— Что ты сказала? — вопросительно смотрит Даркош.
— Да, так… Детский стишок… — смущаюсь я.
Мужчина какое-то время смотрит на меня оценивающим взглядом.
— Уверен, в детстве ты была очень непоседливым ребенком, — улыбается вдруг он.
— Не скажу, чтобы очень… Скорее временами… — спустя некоторую паузу отвечаю. Сейчас я уже могу без горечи возвращаться к своим земным воспоминаниям. Почему бы не поговорить? Это хоть как-то отвлекает от беспокойных мыслей о нашем ближайшем будущем.