Самая слабая особь (СИ)
— Я прошу прощения, исса Алес. Мне, действительно, нужно идти. Дела… — он встает, собираясь уходить.
— Подождите, — я порываюсь встать и тянусь, чтобы отдать ему куртку.
— Не стоит, — мягко останавливают меня. Чужие пальцы перехватывают мои суетливые руки, что никак не могут справиться с застежкой. — Вернете потом… при следующей встрече… — неожиданно хриплым голосом предлагает мужчина.
Он еще раз поправляет на мне свою одежду, разглаживает какие-то складки, проводит ладонями по плечам и неохотно отступает.
— До свидания, исса Алес, еще раз прошу простить, если напугал вас своими действиями, но это было необходимо для вашей же безопасности, — серьезно смотрит на меня.
— Я понимаю. И благодарна за вашу помощь, — не менее серьезно отвечаю я.
Даркош уходит, и я с тяжелым вздохом поворачиваюсь к оставшемуся Шраму. Избежать разговора точно не получится.
— Нечего вздыхать, — словно читая мои мысли, произносит он, — Чуть в тишь меня не отправила своими секретами, теперь рассказывай всё давай.
— Что рассказывать? — пытаюсь схитрить я.
— Всё, — невозмутимо повторяет Шрам, — И желательно с самого начала. Что писал? Когда началось? Кого подозреваешь? Подробности разные… Кто еще может угрожать? У меня такое впечатление, что за тобой все кому не лень охоту устроили, поэтому мне важно знать, к чему еще нужно готовиться.
— Хорошо, — вынуждена согласиться я. Шрам, действительно имеет право все знать, раз уж отвечает за мою охрану. Я кутаюсь в куртку Даркоша словно в защитный костюм и начинаю свой непростой рассказ. Вспоминаю все сколько-нибудь важные детали. Всех с кем конфликтовала, кто был на станции или потом на Орше. Дословно пересказываю текст предыдущих сообщений, время и обстоятельства их получения. Даже упоминаю про ищейку, но у Шрама эта новость совсем не вызывает удивления, словно он уже в курсе. Через полцикла я выдыхаюсь и замолкаю.
— Занятная история, — задумчиво тянет мой собеседник. — Только в следующий раз не молчи, словно контуженная, а сразу мне или Тарошу рассказывай. Договорились?
— Договорились, — обещаю я в ответ.
Странно, но мне немного полегчало от этого разговора. С души, будто камень свалился, от того, что я кому-то смогла довериться и поделиться тем, что меня тревожит и мучает. У Шрама точно талант вести переговоры, ему бы психологом работать. Только вот нет здесь такой профессии. Болезни тела еще лечат, а вот про душевные раны никто и слышать не хочет.
Заметив мои тщетные попытки скрыть напавшую зевоту, Шрам беззлобно ругается и провожает меня до моей спальни. Наказав ерундой не страдать, а сразу ложиться спать, он удаляется. А я падаю на кровать прямо так, в чужой куртке, что для меня скорее плащ, если судить по длине.
Хоть день и выдался тяжелым и непростым, но меня все равно почему-то пробивает на улыбку. Определенно я сохраню в памяти не те неприятные вещи, что со мной сегодня случились, а другие, более приятные воспоминания. Смех Тароша за обедом, его восхищенный взгляд… Даркош в цветнике и его смущение, когда он пытался вручить мне свой букет. Его уютная куртка все еще греет мои плечи и словно защищает от всего дурного.
Я опять невольно улыбаюсь и, свернувшись клубочком, мгновенно уплываю в сон.
55 глава
Я просыпаюсь рано, ощущая смутную тревогу. И даже не могу понять ее причину. Вот тревожно и все. Свербит какой-то подозрительный червячок внутри.
За окном только рассвело. Решаю еще поспать, но сон не идет. Встаю, пытаясь отогнать нехорошие предчувствия, привожу себя в порядок, принимаю душ, переодеваюсь. Аккуратно вешаю в шкаф одолженную куртку. Не хочу, чтобы ее владелец решил, что я небрежно отношусь к чужим вещам. Зачем-то еще раз оглаживаю плотную ткань.
Упс… Вот я неуклюжая! Тяжелая куртка случайно соскальзывает и падает на пол. Торопливо ее поднимаю, чтобы вернуть на место. Из одного кармана что-то выпадает.
Какой-то пакетик с травой или… Узнаю цветок, которым я в шутку отблагодарила вчера мужчину за стойкое перетакивание тяжестей в моей гостиной. Он уже подвял и выглядит не таким привлекательным, как в момент дарения, но вполне узнаваем.
Пару секунд оторопело взираю на эту странную улику. Даркош не просто сунул полученный цветок в карман и забыл о нем. Он постарался его защитить, бережно упаковал в специальный пакетик, чтобы…
Чтобы что? Вот зачем ему сохранять этот увядший экземпляр?
Ох, не стану даже думать на эту тему. Ощущение такое, будто случайно в замочную скважину за кем-то подсмотрела. Подхватываю выпавший подарок и, со всей осторожностью возвращаю его на место.
«Меньше знаешь, крепче спишь». Вот точное изречение. И я его на себе сейчас испытала в полной мере.
Я уже позавтракала, перебрала свои вещи, еще раз пересмотрела отчеты. Короче, переделала кучу дел, а Шрам так и не появлялся. Обычно он заявлялся во время завтрака и успевал перекусить парочкой пирожных, пока я заканчивала прием пищи. А тут полный игнор, как раз тогда когда я так жду хоть каких-то новостей. Да, и аук свой назад хочется получить. С Лайсом я так вчера и не переговорила…
Еще один цикл прошел, а мой помощник так и не появился. Это повысило градус моего волнения, и тут же вернулась, утихшая было, тревога. Что еще произошло, пока я спала? Смогли ли вычислить маньяка, что мне слал сообщения? И когда вернут мой аук? Вернут ли вообще?
Я уже собираюсь сама идти на поиски хоть кого-то, кто ответит на мои вопросы, но тут, наконец, Шрам осчастливливает меня своим приходом.
Хмм… Он необычно хмур и задумчив. Говори же скорее, а то я сейчас лопну от нетерпения!
— Саша… Уже позавтракала? — он рассеянным взглядом окидывает мой пустой стол. Присаживается и начинает машинально барабанить пальцами по столешнице. Я тоже сажусь рядом и вопросительно смотрю, ожидая, наконец, получить объяснения такому его поведению. А Шрам, как нарочно, отводит глаза и словно не решается начать разговор.
— Да говори уже! — не выдерживаю я.
— Саша, ты только не волнуйся, — произносит он.
У-у-у, садист проклятый, уже начала…
— Лайс пропал… — оглушает он меня.
— Как? — ахаю я. — Я же только вчера…
— Никто не знает толком. Они в горы отправились. Ну, ты знаешь Лайса? Он там что-то углядел и собирался проверить. Полез один в какую-то пещеру и больше его не видели. Просканировали все, конечно. Но там такая аномальная зона, что приборы почти отказываются работать. Сложно настроить. Шакар уже туда вылетел, будет на месте разбираться, — он виновато смотрит на меня и продолжает.
— Тебе пока не хотели говорить, чтобы не волновать…
Я возмущенно вскидываюсь, собираясь оспорить это решение, но он останавливает меня успокаивающим жестом.
— Акар считает, что ты можешь помочь в поисках.
— Акар? — смутно вспоминаю немного знакомое имя.
— Акар дор Абаш. Тебя Лайс с ним знакомил. Помнишь? Вы залетали к нему до Рая.
Я утвердительно качаю головой. Помню. И это воспоминание неожиданно больно колет. Я не готова сейчас терять кого-то из близких, а Лайс без сомнения им стал. Вот куда он еще влез? Все эти события вытесняют мои собственные переживания об отсутствующем ауке и сумасшедшем маньяке. Я даже забываю спросить о нем у Шрама, отследили они сигнал или нет.
— А чем я могу помочь? — интересуюсь, чтобы хоть как-то отвлечься от тревожных мыслей.
— Ну, я думаю, он тебе лучше объяснит. Пойдем, он хотел с тобой поговорить.
— Он здесь?
— Да. Вчера вечером прилетел по делам. И, видишь как удачно… — криво усмехается мой телохранитель.
Мы спускаемся в кабинет каира и застаем там живописную компанию. Тарош вместе с прилетевшим учителем Лайса непонятно что изучают на большой проекции, похожей на карту местности. У стены, на диванчике сидит незнакомая, очень растроенная, раянка, которой что-то успокаивающе объясняет Ирша. Каир без маски, значит, это его ближний или кровный круг. Интересно кто эта незнакомая женщина? Мама Лайса, судя по всему. Понятно, тогда почему она так расстроена.