Наследники тьмы (СИ)

   – Да неужели? – улыбнулась Вера и, немного помедлив, сняла солнцезащитные очки – в глазах плескалась "нефть".
   – Чёрт... – выдохнул Андрей и дёрнулся было вперёд, но жена железной хваткой удержала его на месте.
   – Ну? – Тёмные стёкла скрыли блестящую черноту. – Увидели, что хотели? Пошли теперь к машине.
   Вера направилась к Зелдеду, но супруги не двинулись с места: Андрей напряжённо смотрел в спину подруге, а Вика на газон, где кто-то из жильцов обустроил собственную маленькую клумбу, обложив её кирпичами.
   – Эй! – обернулась Острожская. – Мне что, силой вас заставлять?
   – Отвлеки её! – успела прошептать Вика мужу, прежде чем того бросило вперёд.
   – Зачем пинаешься, если сама же велела близко не подходить? – он быстро поравнялся с Верой. – Если я вот так рядом буду идти, тебе нормально? А?
   – Нормально.
   – Викусь, не бойся! Можешь подходить! – обернувшись, крикнул он и стал замысловато перебирать ногами, будто сложные па вытанцовывал.
   – Ты чего?
   – Просто хочу попасть с тобой в ногу! – стараясь больше ни о чём не думать, проговорил Андрей. – Ты, знаешь ли, сильно нас напугала... да! Мы уж и не понимаем, где и как идти можно... а вот и машина! Подожди-подожди, стой! – он схватил Веру за руку. – Секундочку, надо же сигнализацию снять! – Пульт долго не находился в кармане, а потом неожиданно выпал из рук. – Чёрт, прости!
   Андрей наклонился, краем глаза следя, как его жена подходит всё ближе, спрятав за спиной руку. Вера нахмурилась и обернулась.
   – Уже бегу! – улыбнулась Вика и припустила к подруге.
   – Вер! – Андрей дёрнул её за руку. – Ве-ер! – она повернулась, и он распахнул перед ней дверцу: – Садись!
   Раздался глухой звук, и Острожская повалилась ничком прямо на Андрея. Он подхватил её под мышки и затолкал на заднее сиденье.
   – А я не убила её?! – взвизгнула Вика – девушку трясло, в правой руке был зажат кирпич с клумбы. – Вдруг я слишком сильно ударила?
   – Череп не пробит! – склонившись над Верой, констатировал Андрей. – Вообще крови нет. Я, наоборот, боюсь, что ты, зая, слишком слабо треснула. Если она сейчас очнётся, нам точно звездец!
   – Нет-нет, я её будь здоров приложила! – уверенно заявила "зая", кинув кирпич под ближайшее дерево. – И что теперь? Здесь бросим её и убежим? Её ведь даже связывать бесполезно!
   – Нет, мы своих не бросаем!
   – Но что же нам делать?!
   – Выход только один! – Андрей облизнулся, словно этим выходом было съесть валявшуюся в отключке подругу. – Надо устроить плотный контакт светаков и вместе постараться сбить эту черноту, пока она не пришла в себя.
   – Но как?!
   – Понятия не имею, но тянуть нельзя! – Он занял водительское место и крикнул жене: – Залезай в машину, на месте разберёмся.
   – Ладно, – кивнула Вика, устраиваясь на переднем сиденье так, чтобы видеть лежавшую сзади Веру. – Давай, больше всё равно ничего не придумать. Нас всё-таки двое, попробуем справиться. Ты готов?
   – Да, – Андрей захлопнул дверцу машины, тоже развернулся полубоком и отключил мысли.
 * * *
 
   Не доходя до ямы, доктор увидел, что прежде идеально ровные края её обвалились, песок лежит беспорядочными кучами, ступеньки разрушены, повсюду торчат корни и валяются ветки. Та-ак, начинается! – Кафтырёв остановился и глубоко вдохнул, чтобы унять нервное напряжение, от которого уже начал пульсировать правый глаз. Тихо, тихо, спокойно! Старший сделал ещё несколько быстрых вдохов и медленных плавных выдохов, затем подошёл к краю бассейна и спрыгнул на дно. Там, где он всегда видел хранилище, ничего не было. Нет, не может быть!! Доктор бросился к стенке и стал руками разгребать песок, пока не сверкнуло наконец стекло, и пальцы не нащупали гладкий бок цилиндра.
   – Завалило, – с облегчением бормотал птицечеловек, постепенно освобождая хранилище. – Чёртово "землетрясение", наверняка, сказалось сразу на всех бассейнах, ведь это единая система, так что ничего удивительного...
   Прозрачная вода, в прошлый раз наполнявшая цилиндр на три четверти, сегодня доходила лишь до половины, а чёрная стала видна, только когда Кафтырёв раскопал хранилище до конца: уровень болтался всего в нескольких сантиметрах от дна!
   Это был настоящий кошмар!
   Удар ниже пояса, от которого птичьи лапы подкосились, и Старший шлёпнулся прямо на пернатую задницу, пока в голове бился ужасный вопрос: что будет, если в следующий раз уровень опустится до нуля?
   А потом Кафтырёва вдруг одолела такая злость, что он одним прыжком вскочил обратно на ноги и упёрся лбом в прохладный бок хранилища, скосив глаз к уровню чёрной воды и зверски молотя кулаком по стенке бассейна. Чёрт! Чёрт! Чёрт!! Какого хрена?! Какого лысого хрена эта подлая тварь умеет проникать между реальностями и портить наработанную им чёрную воду, а он ничего не может ей противопоставить?! Ведь так не бывает! Да, проклятый белый взрыв помешал Крылатой тьме рассказать Старшему всё, что она хотела, ну так и что же? Он всё равно Старший, он – тот, кто наполняет хранилище, а значит, автоматически имеет к нему доступ! Доктор перевёл дух, потирая отбитый о стенку кулак, но ярость продолжала плескаться в голове глухой чёрной волной. Старший имеет доступ!! Стало быть, у него тоже есть ключ!! – причём настоящий, законный, а не какая-то самодельная отмычка, неизвестно как и где добытая этой наглой мерзкой девицей!
   Глаз снова запульсировал, но на этот раз совсем по-другому, чем раньше. Он не стремился вылезти из орбиты, скорее, наоборот, пульсация проникла внутрь головы и захватила мозг, но было не больно, а странно: будто кто-то мощно встряхнул череп, и там, как в калейдоскопе, сложился новый, доселе неизвестный, узор.
    А потом Кафтырёв вдруг почувствовал семена – те, что ещё были внутри, и те, что он уже внедрил кандидатам на тёмное перерождение.
   Немалая часть их пропала впустую: не прижились и были отторгнуты; прижились, но неправильно, вот как у покончившей с жизнью художницы или у двух, сидевших теперь в разных психушках, парней – травмированного спортсмена и прогоревшего предпринимателя; семя, растворённое Морозовым... Эти неудачи, обидные промашки, хоть и произошли они не по вине Старшего, до сих пор отзывались болью и сожалением.
 
   Зато все успешные попытки, результатом которых стали уже выращенные соратники, которые активно работали теперь во "Второй жизни", а также спящие, в ком семена только проклюнулись и ждали своего часа, – чувствовались совсем по-другому! Они не исчезли, не умерли и не испортились, а укоренились и проросли, их связь со Старшим не потерялась, а напротив, укрепилась и углубилась. Поэтому он и смог сделать стражами тех пятерых спящих: они были его частью, он впрыснул им собственную тёмную энергию, чтобы пробудить и заставить действовать, ибо каждая капля их чёрной крови принадлежала доктору!