Наследники тьмы (СИ)

   Женя сказал – Вера Острожская, стало быть, это она и есть – та, кому надо отдать ключ праотцов, ведь не зря же кулон снова и снова её показывает! А значит – Наде осталось лишь сесть в машину и поехать туда, куда поведёт её рыбка, что ж, отлично!
   На работе сегодня день спокойный, всё катится по наезженным рельсам, так что начальница может явиться и попозже, решила Белкина и позвонила своей помощнице, чтобы предупредить, что задерживается, но если что – всегда на связи.
   Наскоро позавтракав, Надя выскочила из дома. Рыбка показала, что Острожская всё ещё в квартире, и Белкина медленно выехала из двора, ловя направление, словно собака – след.
   Поиск нужного адреса занял гораздо больше времени, чем казалось поначалу: улицы то и дело шли вразрез с мысленной линией, приходилось часто сворачивать, порой совсем не туда, и потом долго искать разрешённый поворот, чтобы вновь встать на правильный курс.
   В итоге, пока Надя добиралась до нужного дома, Острожская уже оттуда ушла и теперь ехала в машине, куда – неизвестно. Белкина чертыхнулась, отпустив рыбку: рулить с закрытыми глазами, сжимая в кулаке кулон, было невозможно, поэтому пришлось ждать, пока Вера доберётся до цели, и только тогда снова брать след.
   На этот раз дело пошло легче, видно, сказался уже приобретённый опыт, и Надя прибыла на место быстрее. Она остановилась и сверилась с рыбкой: объект слежки был тут, но то, что Белкина увидела дальше, заставило её отпустить кулон и вжаться в водительское сидение.
    <a href="http://samlib.ru/m/moiseewa_o_j/07nastm.shtml#Part0">к оглавлению</a><a name="Part12"></a>
 Глава 12. Чёрные фракталы
   При взгляде на дом номер пять по Ерошинскому переулку, Веру охватила дрожь, а в глазах потемнело, будто кто-то плавно пригасил свет на улице, как бывает в кинотеатре незадолго до начала фильма. Ей показалось, наступила ночь, и она, вместе с потоком черноты, снова медленно поднимается к окну, раскачиваясь из стороны в сторону.
   – Ты чего?– Андрей схватил её за локоть.
   Блеснув стёклами солнцезащитных очков, Вера медленно повернулась к нему:
   – Чего?
   – Качаешься, как пьяная!
   – Смотри! – воскликнула Вика, показывая на руку подруги.
   – Чёрт! – Андрей разжал пальцы. – Что это?!
   Фрактальный узор на коже двигался, расползался выше локтя, набирая яркость, и Вере вдруг показалось, что чёрный поток из сна проник ей в солнечное сплетение и теперь тянет что-то у неё изнутри, будто душу извлечь пытается.
   – Ох! – она вцепилась в Андрея обеими руками и вся сжалась, будто боялась, что её унесёт ураганом.
   – С ней что-то происходит! Эй! – Вика наклонилась, чтобы заглянуть подруге в лицо. – А ну-ка! – Она сняла с подруги тёмные очки и отпрянула: – Ох!
   – Чего там? – обеспокоился Андрей, но тут Вера сама подняла голову, и в её глазах вроде бы мелькнуло что-то быстрое и чёрное, но тут же исчезло.
   – А-а? – она посмотрела на друзей.
   – Ты видел? – спросила Вика.
   – Не уверен... – покачал головой Андрей.
   – Что? В чём не уверен? – Острожская отпустила его руку, фракталы на её коже больше не двигались.
 
   – Рисунок у тебя на руке двигался, и глаза... потемнели, – ответила за него жена.
   – Потемнели? – нахмурилась Вера, забирая у неё солнцезащитные очки. – То есть... как это – потемнели?
   – Да никак! – отмахнулась Вика: теперь уже и она не была уверена в том, что видела. – Показалось, наверное... А ты? Ты сама-то... что?
   – Я... я как будто на минуту снова в том сне очутилась. Ну, где летала и дом этот видела... А потом... О! Глаза от света болеть перестали! Нет, серьёзно! Утром было так ужасно, а сейчас – вообще ничего... всё нормально!
   – Ладно... – проследив, как она убирает тёмные очки в рюкзак, кивнул Андрей. – Пойдёмте тогда в подъезд квартиру искать. Ты говорила – третий этаж. – Он задрал голову. – А окно какое?
   – Второе справа, где кондиционер, видишь?
   – Угу, понял.
   Они зашли в подъезд и, поднявшись по лестнице, остановились напротив одной из дверей.
   – Думаю, здесь, – сказал Андрей.
   – Здесь, – подтвердила Вера. – Я чувствую.
   – Отлично! – Вика решительно надавила на кнопку звонка.
   – Подожди! – запоздало воскликнул Андрей. – Что мы скажем?..
   Послышался хруст замка и дверь отворилась. На пороге стояла заплаканная женщина в чёрном.
   – Здравствуйте! – сказала Вика. – Примите наши соболезнования.
   – Спасибо, – сдавленно ответила женщина и, нахмурившись, спросила: – Вы кто?
   – Мы с Владом Александровичем вместе работали, – сказала Вера.
   – Позвоните завтра на его телефон, и я скажу, где и когда похороны.
   – Ясно, спасибо, – кивнула Вика. – Но мы бы хотели...
   – Ничего не надо! – перебила её женщина. – Звоните завтра, сейчас я с вами разговаривать не могу, извините.
   Дверь захлопнулась.
   – Это его жена? – Андрей посмотрел на Веру.
   – Да, Лидия Вениаминовна зовут. А умерший – Серпухин Влад Александрович. Вчера утром жена не смогла его разбудить и вызвала "скорую". Врачи сказали, он в коме, и увезли в больницу, а позже днём он там умер. Ещё сын у них есть, Серёжа, но он сейчас у бабушки. Считать больше я не успела – очень много негатива, такие воронки мощные, мгновенно не пробиться.
   – Зашибись! – восхитилась Вика и снова потянулась к звонку.
   – Не стоит! – остановила её подруга. – Контакт светаков можно ведь и отсюда устроить.
   – Как отсюда?! – не понял Андрей: максимум, что он мог сделать из-за двери, не видя самого человека, это почуять его дух, но узреть светотень, не говоря уже о контакте – нет, такое "лампочки" не умели. Все их манипуляции начинались с отключения мыслей и взгляда на физическое тело.
   – Ничего ж не видно! – поддержала его жена.
 
   – Зрением, даже лампочным, и правда не видно, – согласилась Вера. – Но если перевести восприятие в светак, то... В общем, я такое уже делала. У Василькова в отделении. Вот только... – она огляделась. – Давайте отойдём, чтобы прямо под дверью не торчать.