Воин Ордена Теней. Том I и Том II (СИ)
Но на полном серьезе верить в слова чувака с именем Йинах... Для этого мне надо было сначала долго медитировать на высокой горе или предаваться блуду до исступления. Короче говоря, чтобы чувство юмора отключилось.
Мне вот, например, сама Богиня однажды напророчила, что у меня отсохнет язык, а за ним и самое святое. Ну это она из ревности. Чем руководствовался этот почитаемый пророк, мне было неизвестно. Может у него тоже всё плохо было с личной жизнью.
— Ну... — затруднился я озвучить свои мысли. — Скажем так, не отрицаю. Иногда осуждаю. В основном пофиг.
— Да и хрен с тобой, — сдался воевода, но не расстроился. — Пророчествам неважно, верят ли в них. Тут либо сбывается, либо нет. Так вот, про меч Йинах сказал так, — он нахмурился, вспоминая: — Орудие сие возьмет в руки отрок, что придет из тьмы, но принесет оттуда свет. Путь его сокрыт и ведет ко злу такому, коего не видел мир людской. Придут за ним беды, одна страшнее другой. Он сам их принесет, во имя очищения. Но если будет дарован истинный свет, то в его руках окажется не простое орудие, а шанс всего живого.
— Охренеть как пафосно, — не выдержал я. — И ни о чём, уж простите, воевода, не хочу обидеть вашего Йу... Йинаха.
— Много ты понимаешь, — всё таки обиделся мужик. — Не бывает так, чтобы в пророчестве прямо было сказано. Между прочим, их расшифровкой много специально обученных людей занимается.
— Вот и я про это. Сказать прямо что, нельзя? Время, дата, место, участвующие лица? А так — свет, тьма, отрок и орудие. Ну да, шанс! Дайте угадаю, я же не первый, кто смог меч в руки взять?
Бутурлин потупил взор, принявшись крутить пустую рюмку в руках.
— Не первый, — сознался он. — С чего княже патриарха то позвал сегодня. Бывали... прецеденты. Ну а ты? Что, неужели не испытываешь никакого священного терепта и почтения?
— К мечу да. Он действительно особенный, — расплылся я в улыбке мартовского кота, нежно погладив навершие. — Оружие, поющее в руках и послушное, при этом обладающее своим характером. Вот к этому я испытываю и трепет, и прочее по списку. А вот эту вашу муть про свет, тьму и остальные проблемы со зрением, оставьте себе.
— Нда, ты точно не он, — вздохнул воевода и налил ещё. — И слава богу.
— Чего это? — такого моя ранимая душа не могла стерпеть и я тут же захотел записаться в былинные герои. — Так то я могу. Не хочу просто...
Просидели мы долго. Бутурлин рассказал мне ещё несколько сказок, связанных с мечом. Сначала неохотно, но потом увлекся, да и меня увлек. Странно, но талант рассказчика у военачальника оказался недюжинный. Хотя все предания были о битвах и борьбе с нечистью, так что говорил он о том, что искренне любил и уважал.
Светогор тот был и правда великаном. Ну или просто могучим человеком, что в последствии и увеличило его в размерах. Нечисть он изводил ещё до завтрака, на разминку. Прочили ему стать тем, кто очистит землю от погибели. Но что-то, как всегда, пошло не так.
Погубили богатыря интриги, завистники и темная магия. Заманили в ловушку, обманули честного и порядочного, и прибили под шумок объединенными вражескими силами. Где-то там, в лесах, до сих пор он и лежит. А вот как его меч нашелся, никто не знает. То ли спешил на борьбу со злом и дома забыл, то ли нашли только оружие.
Я, конечно, сильно преуменьшил свою веру в героические пророчества. Бывало такое, что воины Ордена в них появлялись. Очередная партия игры богов приводила к этому. Иногда мы этим пользовались, но тут правила были жесткими. Как и богам было запрещено прямое вмешательство в борьбе за сферу влияния, так и мы не могли раскрывать себя. Ну, то есть могли, но тогда всё нужно было переигрывать. Богиня дико бесилась, если такое случалось, и отправляла подумать над поведением в места очень неприятные.
Может и Святогор был одним из нас, уж больно деятельный мужик. Да и меч у него уникальный. Артефакт, сам по себе превратившийся в накопитель, вызывал много вопросов о его происхождении.
Я бы вернулся в лес, один, и поискал место предполагаемой гибели богатыря. Но только когда верну доступ к Теням. Зверье какое-то там агрессивное, одними руками и матом пробиваться долго придется.
Хотя воеводу никто не осмеливался беспокоить, он сам прервал наши посиделки, вспомнив о долге. Что-то там погрозил за разглашение, я не слушал. Не в моих правилах выносить сор из чужой избы и сплетничать. Но хорошим настроением Бутурлина попытался воспользоваться, спросив о тех залах, которые мы проходили. На что получил поток возмущений, намеки на мою жадность и пожелание идти куда подальше, геройствовать. Но тихо и без привлечения внимания общественности. Будто я так умею.
Выйдя на крыльцо палат, я с удовольствием потянулся и подставил лицо теплому солнцу. Ветерок с реки приятно обдувал, а в животе заурчало. Проложив визуальный маршрут до столовой, я успел сделать только один шаг, спускаясь по ступеням.
И замер, потому что со стороны ворот над внутренним городом разнеслось:
— Маааааакс!
Да ёмаё, что опять случилось то?
Глава 12. Меткая расплата за чувство юмора
Безошибочно определив моё местоположение, ко мне быстрым шагом шел Артём. Дружинник был слегка взъерошен и однозначно пребывал в не самом лучшем расположении духа. Я мысленно прикинул, ему то что я успел сделать? Не прикидывалось.
Поэтому я просто пошел в сторону еды. Артём нагнал меня, отдышался и поинтересовался:
— Вот тебе зачем телефон был дан?
Ах, вот оно что! Собственно, технологии не выдержали встречи с нечистью, оврагом и прочими природными явлениями. Зря я конечно его в лес с собой взял. И забыл тут же, как выложил треснувший агрегат по возвращению. Нда, неудобно вышло, вроде обещал вернуть...
— Тут такое дело... — я никак не мог придумать достойную героическую кончину телефона.
— Ясно, — мужик сам всё понял и не особо расстроился. — Так я и думал. Ладно, я тебе потом дам адрес одной лавки на Торге, занятными игрушками торгуют. Особо прочными и специально предназначенными для ведущих активный образ жизни. Не для всех открыты, но рекомендацию дам. Оно тебе, судя по всему, надо.
— Вот спасибо! — искренне поблагодарил я.
Но мысленно заметку сделал, взять сразу несколько. Знаю я себя, мне самое неубиваемое устройство на разок, без дополнительный стараний.
— Но вообще я по другому поводу, — посерьезнел он. — Насчет твоей просьбы о встрече с некоторой особой, интересной тебе...
Да ну что опять за шпионские игры? Я огляделся, нет ли под боком подслушивающих. Вокруг было удивительно безлюдно. От меня шарахались во внутреннем городе не медленнее, чем от воеводы. Вот это, я понимаю, хорошая репутация!
— Славянский шкаф продан, могу предложить никелированную кровать. С тумбочкой, — не удержался я и состроил соответствующее ехидное выражение лица.
— Чего? — растерялся Артём, глядя на меня с опаской. — Ты головой что ли ударился?
— Не знаете вы классики, — проворчал я и отмахнулся. — Говорю, шифровка принята, где цель?
— Какая цель? — распереживался ещё больше мой «агент». — Макс, тебя там у стены сильно приложило, да? Слушай, давай всё перенесем, без проблем...
— Да чтоб вас! Когда встреча с Дарьей, спрашиваю?
— Тссс! — зашипел он на меня, озираясь и переходя на шепот. — Ты хоть понимаешь, что ваша встреча не совсем законна? Это, считай, как кража. И не просто, а у князя. Девчонка то фактически его собственность.
Напоминание об этой несправедливости слегка остудило моё озорное настроение. Ну ничего, поспособствую в избавлении таких привычек, как людей в рабстве держать. Я убрал усмешку и похлопал дружинника по плечу.
— Ладно, понял. Ну так и когда встреча с интересующим меня объектом?
— Сегодня, через час после заката. Князь уедет по делам, так что остальные немного расслабятся. Приходи к калитке с южной стороны двора. Она спрятана за мусорными баками в сквере, найдешь. На стене над ней отметка есть, не пропустишь. Сквер, хоть и снаружи, но принадлежит роду, о чём все позабыли, так что она сможет выйти туда.