Перемирие с мажором (СИ)

Мать затравлено смотрит вокруг и неожиданно начинает говорить:
- в пятницу ко мне нагрянул Кирилл. Он предложил заплатить мой долг, если я привезу к нему твою девушку. Для чего я не знаю. В воскресенье она не показала носа на улицу и мы перенесли всё на предстоящую пятницу. Но чёрта с два я сделаю, как он хочет. Я договорилась с людьми Влодека. Я должна была привезти её к ним, а дальше… твой папаша заплатил бы с лихвой. Но они передумали в последний момент. Сказали, что подумали и поняли — Девятов может и не заплатить за неё, а сдать всех нас ментам. У него хватит связей надолго закрыть любого. И вот я здесь….
Катя во время этой охуительной истории натягивается, как тетива, но не уходит, лишь теснее прижимается ко мне.
Охренеть! У меня оба родителя — конченные психопаты.
Устремляю взгляд в мутную серую пустоту. Сука! Я же знал, что отец никуда не укатил. Человек, помешанный на контроле, не уедет отдыхать в самом разгаре таких событий. Чёрт! Чёрт! Папаша совсем слетел с катушек. Вышел за грани нормальности.
После разговора с ним, я долго осмысливал его слова. Может, Катя ему и понравилась, но он не способен так легко отступить. Если вбил херню в бошку, то будет продолжать напирать. Если бы я сразу сообразил, то не не показал бы ему насколько сильно мне дорога Катарина.
Ослабляю давление на катину талию, когда она начинает ёрзать
- Кать…
- Рома, посмотри на меня! — делаю, как велит моя Маленькая. — Ты не ответственен за действия своих родителей. Каждый живёт, как умеет. Сделанного не воротишь. Со мной всё в порядке.
Мимолётно соприкасаюсь с будоражащим нектаром на её губах и шепчу:
- я тебя люблю.
Она топит меня в блеске колдовских глаз и счастливо улыбается. Этого мне сейчас достаточно.
— У меня есть способ осадить отца и больше он не будет отсвечивать. Веришь?
- Да, — она подпрыгивает от любопытства.
Осталось передать мать в руки спасателей и ехать показывать Сладкоежке наше новоё жильё.
  
50. Идиллия
 
Роман
- Ждите, к Вам уже выехали, — гениальный ответ, который мы получаем уже в третий раз.
За время ожидания я сделал пару звонков, Катя ещё немного повеселела и закидала меня снегом. Снежки, так снежки. Если это её способ пережить сегодняшние события, то я готов стать дублёром снеговика.
Ещё она рассказала о своих выходных и необдуманном побеге из кафе, когда какой-то доморощенный Суслик к ней подсел. В этот момент я завис. Я горжусь маленькой Бегуньей и её поведение мне ой как нравится, но из-за чрезмерной поспешности она оказалась в загребущих лапах мамани. Винить Катарину мне не в чем, сам не приехал вовремя, но над её сообразительностью придётся поработать!
А прыщавого любителя пейзажей я найду и объясню ему, что видом лучше из окна собственного дома любоваться. Пара купюр администратору кафешки помогут в поисках, а дальше дело техники и нужных знакомств.
Ещё я рассказываю ей о хрени, в которой погрязла алчная родительница. Катя выразила недовольство моим умалчиванием не только громким возгласои, но и порцией снега мне грудь. Я же знаю как она отреагировала бы. В лучшем случае жалостью, но, скорее всего, начала бы загоняться на счёт возможной судьбы женщины, из-за которой мы всё ещё отдыхаем под деревом, и пытаться понять мотивы этой женщины. Хотел оградить её, но она оказалась в самом центре. Чёрт! Как же беспечно с моей стороны было так думать!
Снег почти прекратился, мороз подгрызает лишь слегка, Катарина доверчиво льнёт ко мне. Все прям как надо. Но лучше бы спасатели притащились поскорее. Хочу оказаться с любимой наконец-то дома, а не куковать между двух сугробов. К тому же, стоны с водительского становятся реже и болезненней, и не сулят ничего хорошего.
Когда уже темный двор осветился синим перекатом, Катарина вскочила с моих колен и потащила к ни разу не спешащим спецам. Здесь как бы одна машина приласкала дерево, а не десяток. Выбирать не надо, ногами шевели и вперёд работать.
 
Въехавший следом за тачкой гаишников бронированный Escalade свёл Катину прыть на нет.
Обвиваю Воронову руками и прижимаю к себе, смотря поверх её головы на соизволившего явиться отпускника. Идёт такой вальяжно. Человек в отпуске, хер ли. Переставляю вновь начавшую подрагивать Катарину за спину и наношу удар в скулу папане. Второй удар пресекает повисшая на моей руке Малышка. Все вокруг отквлекаются от своих прямых обязанностей и таращатся на олигарха, который качает головой и усмехается.
- Вот значит как, сынок, — последнее слово в его исполнении — ругательство.
- А ты расчитывал, что я тебе светский приём организую, после того на что ты надоумил эту??? — головой указываю на машину.
— Да ничего бы с твоей…Катариной не случилось. Прокатилась бы с твоей матерью, потом я бы с девочкой побеседовал и вернулась бы к тебе, если б захотела, — звучит, словно он собрался планово на СТО заехать. Всё поддающеся сжатию становится напряжённым.
- Ты охренел? А как по-твоему она должна была в машине оказаться?
Он задумчиво скоблит покрасневшую скулу и цокает, переводя взгляд от Катарины к машине.
- Только вот не заливай свои хуёвенькие сказки, что просил свою ненаглядную жёнушку быть деликатнее или вообще думал о Кате.
Знаю, что бью ниже пояса словами про женушку, но мне срать. Мать он и пальцем ни разу не тронул, а с Катей наплевал на всё. Главное — результат.
- И что же Вы хотели мне сказать? — Катарина сплетает наши руки в крепкий клубок.
Смерив девушку тяжёлым взглядом, отец сосредоточился на мне:
- ты думаешь, получив предложение в момент повысить свой уровень жизни на тысячу пунктов, она бы отказалась? Осталась бы прозебать с влюбённым в неё, живущим на гроши сыночком олигарха?
Кулак взметнулся к его лицу молниеносно. Вот теперь симметрично.
- Ром, а пусть он озвучит своё заманчивое предложение? Человек столько стараний приложил, будет обидно, если не выскажется, — издевательский тон голоса меня забавляет. Покрепче сжав, мою руку Катарина выжидающе смотрит на отца.
Озадаченный выпадом этот самый он углубился в решение непосильной задачи. Действительно, для него слишком сложно.
- Поехали отсюда? Я ещё у Лили шоколадки забрать хочу, а то она слишком плотоядно смотрела на коробку, — еле сдерживаюсь, чтобы не заржать в голос. Обожаю её приоритеты.
Боковым зрением вижу, что подъехали Колян, Артик, Мирон и следом заруливает во двор Иша. Впервые я ей рад. Её вид доведёт отца до трясучки. От пирсинга у него начнёт дёргаться глаз, а от розовых волос пена изо рта пойдёт.
- Пара минут.
- А где же пятый? Детский садик не в полном составе, — ой, как весело. Ему одному.
Достаю из куртки ключи от машин и квартиры, свой старый телефон и протягиваю ему. Увеличившийся диаметр ноздрей и впавшие в миг глаза говорят, что он понял, что я делаю.
- Подавись всем. И кстати, начнёшь лезть ко мне, к Кате или её родным, то очень интересные документы попадут или к конкурентам, или в СМИ.
Налоговой его сливать бессмысленно. Но поднимись шумиха в прессе, то даже глава ФНС, который у него на коротком поводке, не поможет. А там есть из-за чего пошуметь. Начиная с липовых фактур от фирм-однодневок и мелких нарушений Трудового Кодекса, заканчивая весьма существенными нарушениями большинства кодексов. На мостовую с шапочкой папаня от этого не выйдет, отделается нехилыми штрафами и взятками, но дражайшая репутация и хорошие отношения с некоторыми представителями власти канут в Мариинскую впадину. Однозначно.
 
‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Дешёвый шантаж и использование доверия отца против него же не входили в мои планы до пятницы. Я надеялся, что он услышит, увидит и поймёт со временем, что Катарина за человек, но не судьба. Особенно после сегодняшнего.