Перемирие с мажором (СИ)
Надо ещё Валяева подтянуть.
Выхожу одетый из спальни и вижу родителя, развалившегося на диване с бокалом конька. Когда ж уже свалит на фоне прилива своих моделек за задницы щипать!
- Девочка где? — чудеса! Сейчас леший из под дивана выберется! Мой отец обеспокоен где моя девушка!
- Ты зачастил. Зачем сейчас притащился?
Поднимаю телефон с пола. Экран весь в трещинах, но работает. Несколько пропущенных и десяток сообщений. Ни одного от интересующего меня абонента.
- Девочка где? Я так понимаю она вняла моим словам, что ты искренен только к бабкам, — всем волшебным существам отбой — отец себе не изменяет.
- Что я тебе говорил? Карточка НИ ПРИ ЧЁМ! ТЫ ВСЁ РАВНО ПОЛЕЗ. ЗАЧЕМ?? ХОТЕЛ ЕЁ ПРОВЕРИТЬ? — пора обратно под охлаждающий напор.
Он переводит взгляд на испорченную плазму и серьёзнеет:
- она поэтому ушла?
- За утро ей выпало комбо из открывающих на меня глаза. Пришел её уже не было, поэтому величину твоего вклада оценить не могу, — спиной прислоняюсь к стене и смотрю на профиль ближайшего родственника, задумчиво крутящего пустой стакан. — Радуйся, ты ведь этого добивался. Спрашивается, зачем?
Общение с девушками — единственная часть моей жизни, которая отца никогда не интересовала. Однажды он сказал, что если я не до конца тугодум, то сам понимаю возможные последствия своих действий. Почему для Катарины он сделал чертово исключение?
- А я не имею права познакомиться с девушкой сына? — обалдеть! Вот это повышение! Сыном назвал! Отец сегодня явно в ударе! Ещё одно такое высказывание и я звоню юристу. Пускай расчехляет пакет документов, подготовленный на случай, если у его клиента кукуха выйдет из чата.
— То есть по-твоему свалиться на неё без предупреждения, запугивать и оскорблять её семью — адекватное знакомство?
- Насколько хорошо она осведомлена в делах компании? — сузив глаза, он настойчиво буравит во мне скважины.
Черт! Почему я не догадался сразу из-за чего вся суета! Его драгоценное детище! Ему плевать на всё и всех, кроме компании.
Что, вообще, у них за разговор был? Каким образом они затронули данную тему?
- Довожу до твоего сведения — Катя один раз глазами пробежалась по открытой папке и всё. Ей твои цифры и показатели по барабану, — улыбаюсь, вспоминая очаровательное, полное непонимания выражение лица любимой в тот момент. У нас с ней негласная гармония — она поверхностно разбирается в экономике, а я нисколечко не понимаю в лингвистических тонкостях.
- Думаю, про последствия возможной ошибочности твоего мнения говорить не стоит, — от подразумевающейся угрозы меня распирает желанием двинуть ему и свалить с его радара навсегда. Останавливает понимание, что у него с недавних пор появился мощный рычаг давления — Катарина и её близкие. Для него самому сварить кофе более сложная задача, чем влезть и создать им трудности.
- Разумеется.
- Ты знаешь куда девушка пошла? — неподдельное беспокойство, исходящее от него, меня настораживает.
- Что происходит? Это связано с матерью? — холодок проходится по, и без того взвинченным, нервам.
Согласно наблюдению, мать в последнее время притихла с идеей выбить деньги из бывшего мужа. Оббивает пороги бывших друзей, любовников, воздыхателей, и прочих знакомых из прошлой жизни. Похоже, ищет сказочного дурочка, готового заплатить долг или обеспечить ей защиту. М-да, фантастическая уверенность в своих незатейливых талантах.
И парнишка-программист большей ей не помощник. Стоило ребятам его навестить, так он в момент переобулся. Выдал всё, что знал. То есть ничего стоящего. Она ему по ушам проехалась, что бывший муж сыночка против неё настроил, а она, страдалица, переживает, места себе не находит.
- Происходит, дорогой отпрыск, следующее — ирин любовник расчитывал быстренько и непыльно стрясти бабок с меня. Он был весьма раздосадован, когда понял, что с ним связались исключительно в справочных целях. Приезд его или его людей сюда — вопрос времени, — отец сосредоточено изучает мою реакцию.
- Ты думаешь, что он может действовать через Катарину? — от одной мысли какими могут быть их методы волосы встают дыбом. Блять, я не хочу, чтобы Катя оказалась втянутой в дерьмо, организованное мамашей.
- Не исключено. На всякий случай я организую за ней наблюдение, — он замолкает и обводит комнату взглядом. — Мой тебе совет, если девушка важна для тебя, не подставляй её под удар. Ваши любовные перепетии могут подождать, — разумная часть его непрошенного совета выводит из себя.
Я не могу отрицать — безопаснее было бы оставить Катарину в покое. Заставить мать и тех людей думать, что Катя — очередная девица и уже не представляет для меня интереса. А когда ситуация утрясётся объяснить ей всё и….и ничего. За две недели она укрепится в своих нынешних суждениях обо мне и даже микроскопического шанса мне не даст. Я не готов похерить отношения со своей девочкой из-за алчности Недоразумения, родившего меня. Ааааа. Меня словно когтями раздирают на две части.
Щелчки перед лицом выводят из транса.
— Пока меня не будет, ответственность за происходящее на тебе, — поджав губы, отец хмурится.
- Ясно.
- А она мне понравилась. Не многие рискнут высказать мне, что я — никудышный отец. Тем более обвинить в неуважении чужого труда, — заявление и теплота, с которой он говорит, вводят в ступор. — Кстати, заниматься делами компании, судя по всему, тебя тяготит, поэтому в январе жду от тебя бизнес-план интересующего тебя дела, — в полнейшем шоке наблюдаю, как отец оставляет на подлокотнике прямоугольный кусок пластика и уходит. Охренеть! Что тут утром произошло?
Бездумно пялюсь в пространство, осмысливая слова отца. Основной вопрос — как поступить?
Отпускать Катарину, пусть и на время, я не могу и не хочу, как и рисковать ею, делая средством манипуляции.
43. Утренние размышления
Захожу домой. В нос ударяют пары алкоголя и смесь резких парфюмов. В гостиной полно незнакомых людей. Все обратили на меня внимание — перешёптываются, тыкают пальцами и посмеиваются. Единственный человек, которому нет до меня дела, — Рома. Он слишком занят брюнеткой у себя на коленях. Сквозь набегающие слёзы вижу как он поворачивается в мою сторону и иронично произносит:
- Кать, на кухне парни намусорили. Прибери, а?
Разворачиваюсь и слепо бегу. Звон в ушах перекрывает гогот присутствующих.
Со сдавленным стоном открываю глаза, обвожу размытым взглядом небольшой гостиничный номер и расслабляюсь. Это был бредовый сон. Не более.
Сажусь на кровати и морщуюсь. Вчерашняя истерика напоминает о себе сухостью во рту и жжением в глазах. День только начался, а я уже чувствую себя совершенно разбитой. Морально и физически.
До стрижки полно времени привести себя в человеческий вид и обдумать своё неприглядное положение. Точнее, решить где жить. Гостиницу в этот раз я выбрала недорогую и не самую ужасную, но обитать здесь неделю — не вариант. Мне нужно найти менее бьющее по карману жильё на одну неделю.
Вчера первым порывом было уехать домой и вернуться сюда в следующем году за документами. Когда слёзы иссякли и в голове немного прояснилось, я поняла: добровольно перечёркивать несколько лет целенаправленных усилий не стану. По опыту прошлого года, большинство иногородних студентов уезжают домой пораньше, поэтому последняя неделя в году не засчитывается с точки зрения успеваемости и посещаемости.
Уж неделю я выдержу, не смотря на то, что она обещает быть кошмарной.
Пока Рома безупречно играл роль увлечённого мной, окружающие вторили университетской звезде: мило улыбались и заводили дружеские разговоры. Можно подумать по взмаху волшебной палочки у меня память отшибло. А после распространения подробностей мерзкого спора всё вернётся на круги своя. Как представлю возобновящиеся косые взгляды, грубые подколы и откровенные издёвки, так хочется спрятать лицо в подушку, накрыться одеялом и никогда не высовываться.