Студент Специального Назначения (СИ)

Кроме этого, Хюнэ Ди заговорила с официанткой. Сразу, как вошла, практически. Официантка не удивилась, более того, они явно были знакомы. А вскоре подошёл пожилой степенный мужчина, небольшого роста. И с улыбкой тоже заговорил с Хюнэ Ди. Суть беседы была в том, что Хюнэ Ди давно не заходила, и жаль, что её отец отбыл в мир иной. А потом их отвели в небольшой закуток. В ширину метра два с половиной, в длину три максимум. Стены и потолок закрыты деревянными панелями. Словно в деревенский дом зашли.
— Ну, сойдёт место? — спросила Хюнэ Ди, снимая плащ.
Шин поспешил принять верхнюю одежду. Гардероба здесь не было, в зале народ вообще прямо так, в уличном сидел (ну, и там не особо тепло). А тут вон, крючки на стене. Демократично.
— Для меня привычная атмосфера, — с лёгкой иронией ответил Шин, вешая и свою ветровку рядом с плащом. — Удивительно, что ты сюда захотела.
Хюнэ Ди села за стол. Он тут был забавный, с электрической плиткой в середине. Сидеть предлагалось на лавке вдоль стен, которая имела форму буквы «П». То есть вокруг стола можно было рассесться.
— Это, считай, практически семейное предприятие, — ответила женщина. — Дальние родственники держат. Из одной деревни с отцом моего папы. То есть моим дедом.
— Тогда хорошее место, — заметил Шин, садясь за стол, напротив собеседницы. — Давай сюда ходить? Тут и насчёт охраны можно договориться.
Хюнэ Ди покачала головой. Усмехнулась.
— Интересный ты человек, Шин, — произнесла она. — То практичный до цинизма. То девушек из-под грузовиков вытаскиваешь.
«Ага, с Наби поговорила».
— Так кто же такой, Шин Кён? — сощурилась Хюнэ Ди. — Где настоящий?
— А я никого не играю, — спокойно ответил парень. — Я всегда один и тот же. И делаю ровно то, что считаю нужным делать.
— Ну, а тогда, с Наби? — спросила женщина. — Ты же реально мог погибнуть.
— И? — усмехнулся Шин. — Что, из-за этого не делать?
Хюнэ Ди свела брови, нахмурившись. В этот момент дверь открылась и в кабинетик зашла женщина в годах. С огромным пошарпанным железным подносом в руках.
— Хюнэ Ди! — расплылась в улыбке женщина. — Здравствуй!
— Тетушка Ё Вон, — с теплом ответила Хюнэ Ди.
Женщина поставил на стол поднос, споро раскидала по столу бутылки соджу, стопки, тарелки, плошки с пан-чаном, с сырым тонко нарезанным мясом, ким-чи, сосисками, мясными шариками в тесте, ломтиками картофеля и так далее. А на плитку водрузила кастрюлю. Довольно потрёпанного вида, как будто ей лет сто уже пользуются. В кастрюльке парил суп. Хого.
Суп Хого — это, фактически, мясной бульон, из баранины, свинины, реже куриный. В него кидают то, что хотят сварить, потом палочками оттуда вылавливают и едят. Поэтому и плитка в столе. Это создаёт особый уют. Сидишь, неспешно беседуешь, супчик булькает. Такая своеобразная атмосфера. На картинке в бульон уже накиданы продукты.
Сварил, выловил палочками и в пустые плошки себе накидал. Поварёшкой можно себе бульона налить. При необходимости, бульона могут добавить, варят его в здоровой кастрюле.
А то, что кастрюлька так выглядит — это, так-то, очень круто. Говорит о том, что заведение старое, проверенное, видите, как часто посудой пользуются?
— Всё дела, заботы? — спросила аджумма.
— Да, — улыбнулась Хюнэ Ди. — К сожалению, я давно уже не студентка.
— Тогда ты часто заходила, — с лёгким укором заметила женщина.
— Хорошее было время, — с ностальгией ответила Хюнэ Ди. — А как малышка Хи Чон? Она же должна уже школу закончить?
— Она уже второй год, как в Корё учится, — с гордостью сообщила Ё Вон Сюн.
— О-о, как бежит время, — вздохнула Хюнэ Ди. — А на кого?
— На врача, — с ещё большей гордостью ответила аджумма. — А вас как зовут?
Это женщина посмотрела на Шина. На что парень приподнялся и поклонился.
— Шин Кён, госпожа, — представился он. — Коллега госпожи Сюн.
Ё Вон слегка прищурилась. По её губам промелькнула лёгкая улыбка.
— Здесь все Сюн, — произнесла она. — Добро пожаловать, господин Кён. И приятного аппетита.
 
— Камсахамнида, госпожа Сюн, — ответил Шин, не разгибаясь.
(Напомним, «камсахамнида» — это довольно чопорное выражение. Применяется в основном младшими при общении со старшими, на официальных мероприятиях и в других местах, где требуется говорить красиво. Менее пафосное выражение, это «комауоё». Шин может так сказать сверстнику или Хюнэ Ди при личном общении. И опять же напомним, общество в Южной Корее буквально прошито всеми этими традиционными заморочками. К примеру, Шин сейчас мог и не кланяться, только кивнуть. Но он повёл себя более вежливо, выражая уважение.
Кстати, кому это кажется замудрённым, типа, нафига корейцы всё так усложнили, это же неудобно, попробуйте объяснить иностранцу, когда к человеку нужно обращаться по имени-отчеству, когда по фамилии, а когда можно только по имени).
— Ладно, вы кушайте, — улыбнулась Ё Вон Сюн. — Не буду мешать.
Аджумма вышла, закрыла за собой дверь.
— Мой папа говорил, — произнесла Хюнэ Ди, с полуулыбкой — Что вежливость — это удел сильных.
— Я бы уточнил, — ответил Шин, садясь обратно. — Она ещё и ничего не стоит. А иногда помогает избежать проблем.
Хюнэ Ди усмехнулась…
… Булькал суп. Первые стопки они уже опрокинули. Тара для алкоголя была тут грамм на восемьдесят и железная. Соджу им принесли классическое, в зелёных бутылках.
— Таким образом, — рассказывала Хюнэ Ди. — Пока мой папа болел, компанией руководили эти трое. И, видимо, им это очень понравилось.
— Ну, это само собой, — хмыкнул Шин.
— А тут прибежала какая-то девчонка, — вздохнула Хюнэ Ди. — И обрезала немалую часть дохода. Кроме того, заставила соблюдать дисциплину. Они затаились, но свои претензии не забыли. И вот теперь они, я уже это проверила, работают против меня с моим отчимом. Суть их плана проста. Саботаж. Отбить клиентов. С начала года я уже несколько раз, в ручном режиме, решала серьёзные проблемы. На моей стороне Рю Тхэ и Мун Су Парк. Я их сама лично брала.
— Второй, это спец по АйТи? — уточнил Шин.
Хюнэ Ди кивнула.
— Я построила систему контроля, — продолжила она. — А дальше…
Женщина вздохнула.
— Дальше нужно производить отсев, — произнесла она. — И это будет… болезненно. Очень. На этом этапе можно полностью весь бизнес уронить. Сам понимаешь, они на это просто смотреть не будут. Вот для этого мне нужно было вывести деньги.
— Чтобы в нужный момент их вкинуть, — произнёс Шин.
— Да, — снова вздохнула Хюнэ Ди. — Точно в моих руках сейчас бухгалтерия, здание и команда Рю Тхэ Хо, айтишники. Административный отдел отошёл в сторону. Строители, энергетики и служба главного инженера… Они не вредят в открытую. Пока. Но работу практически полностью саботируют. И в этот момент мне попадается этот… Тхэ Вон. Альфонс.
Шин на это хмыкнул.
— Да, ещё и адвокат нашей семьи тоже на той стороне, — продолжила Хюнэ Ди. — Ну, и… моя мама. Верить, в общем, никому нельзя.
— Только тебе, я понял, — усмехнулся Шин. — Ну, юридическая поддержка у тебя уже есть.
— Хаджин? — спросила Хюнэ Ди.
Шин кивнул.
— Поверь, дама она пробивная, упёртая, и при этом знающая, — произнёс парень. — Как говорится, других не держим. По остальному… Так-то позиции неплохие. Есть на что опираться. И первое, что я подумал… Надо постараться по максимуму потянуть время. Думаю, оно играет на нас.
Шин взял палочки.
— Ну, и хотелось бы на берегу обговорить, — произнёс он. — Дальнейшие условия нашего сотрудничества.
— Понятно, что ты хочешь получить какой-то более солидный результат, — произнесла Хюнэ Ди. — Детали с Хаджин обсудим. Сегодня давай про дела больше не будем?
— Давай, — согласился Шин. — Но мы всё равно будем на них съезжать.