Каждому по труду! (СИ)

— Я заметил, — я скинул сапоги и повесил куртку на вешалку, рядом с милицейским бушлатом. — У нас гости?
— Добрый вечер. — в коридоре появился мужчина лет тридцати пяти, в милицейской форме и с погонами майора. — Меня зовут Владислав Петрович. Замятнин. А ты Семён? Валя про тебя много рассказывала.
— Уже Валя? — я хмыкнул, игнорируя протянутую руку. — Быстро вы.
— Семён… — мама не знала куда деть руки и попеременно то бледнела, то краснела. — Я… мы…
— Так, я сейчас пойду переоденусь, а потом поговорим. — я успокоился и решил дать ей время прийти в себя. — Есть чего пожрать? А то голодный как скотина. Ужина не было сегодня, кухню уже закрыли к вечеру.
— Да, да, я сейчас! — заторопилась мама, понявшая что у неё ребёнок голодный, а значит всё остальное ушло на второй план. — Курочка есть, запечённая в духовке. Колбаска. Будешь?
— Всё буду, — я кинул взгляд на майора, оценивая его реакцию и пошёл переодеваться. — Я быстро!
Когда я вышел через пару минут, на ходу натягивая футболку гость уже сидел за столом на кухне. Не сбежал, я мысленно поставил плюсик ему в колонку. И ещё один, за то, что промолчал, я хоть оделся достаточно быстро, но времени разглядеть шрамы от пуль у майора хватило, судя по вытянувшемуся лицу. Но сдержался. Я окинул взглядом кухню, отметив спрятанные за шторой на окне открытую бутылку вина и пару бокалов, а также конфеты и свежий букет в вазе на холодильнике. Ты смотри, джентльмен хренов! Ладно, посмотрим, что ты за тип.
— И чего, давно с мамкой моей мутите? — я плюхнулся на табурет, подвигая к себе блюдо с курицей. — А чё, форма настоящая или так? Мастер спорта майор Чингачгук?
— Настоящая, — хмыкнул Владислав Петрович и достав из кармана удостоверение продемонстрировал мне разворот.
— Ух ты! — я ловким движением выхватил его их рук. — Чо, реально мусорская ксива? Ништяк! А чего только майор? Ума не хватило полканом стать?
— Семён! А ну прекрати! — возмутилась мама, но ухажёр тронул её за руку успокаивая.
— Всё нормально, Валюш. — что интересно, мент даже не пытался забрать у меня удостоверение. — Семёну просто интересно. Это нормально. А ума у меня хватает, просто выслуга нужна, да и Академию закончить, чтобы полковника получить тоже надо.
— Понятно, — я не стал изводить мужика и вернул ему документы. — И чего давно у вас? Как познакомились?
— Да я в администрацию бегала, — затараторила мама. — в прошлом месяце. А когда оттуда шла дождь пошёл. Да такой сильный! А Слава мимо проезжал, ну и подвёз меня до дома.
— А почему ты без машины, сама пошла? — я нахмурился. — Куда дядя Гиви смотрел?
— У него своих дел хватает, — отмахнулась мама. — Чего ему со мной возится? Я маленькая что ли?
— Мам, ты забыла, что прошлый раз было? — я сжал кулак, сминая вилку в комок металла, но усилием воли заставил себя успокоится. — Я просил тебя, чтобы была осторожна.
— Так я и так, — мама села рядом, положив руки мне на плечо. — Сём, времени то сколько прошло. Да и кого мне боятся. Николай он же…
— У него могли дружки остаться, кореша. — я закрыл глаза и выдохнул. — Мам, я за тебя волнуюсь.
— Валя ты послушала бы сына. — неожиданно гость встал на мою сторону. — Я тоже тебе постоянно говорю, чтобы звонила, если поздно домой возвращаешься. Приеду и встречу. Не дело это молодой и красивой женщине одной по темноте шастать.
— Ой, прям молодой и красивой, — засмущалась мама, а я схватил её за руку, не давая убежать.
— Именно молодой и весьма красивой. — я ни капли не лукавил, с того времени как исчез Калёный, и мама уволилась, она словно преобразилась. Сказался и новый уровень доходов, позволяющих лучше ухаживать за собой и покупать достойные вещи, но самое главное, из взгляда и походки мамы исчезла какая-то забитость. Она словно расправила плечи и расцвела, и тут я с майором был полностью согласен. — Ты знаешь, что на западе твой возраст вообще считается юностью? Да и у нас в принципе тоже. Не настолько инфантильно, конечно, как у проклятых капиталистов, но уж точно хоронить себя далеко не время. Считай, что тебе семнадцать, а остальное это небольшой стаж.
 
— Ой, да ну тебя, — отмахнулась мама, но я видел, что ей приятно. — Кушай давай. Чем вас там кормили на картошке? А то не звонил почти. Мог бы хоть раз в день набрать, с тебя бы не убыло.
— Виноват, исправлюсь, — я ткнулся лбом маме в плечо. — Нормально кормили. Кухней заведовала комиссар из технаря, Александра Борисовна. Серьёзная девушка, следила за тем, чтобы мы сыты были. Даже шашлык как-то жарили. Да ты знаешь, я нигде не пропаду. Вы лучше про себя рассказывайте. Чего какие планы? Когда мне брата ждать? Или сестру?
— Семён!!! — мама огрела меня полотенцем, а мент вдруг поперхнулся чаем, который пил. — Бесстыжий!
— Чего? — я сделал вид что мне страшно. — Это естественный процесс, а что естественно то не безобразно!
— Трепло! — мне ещё раз прилетело полотенцем, а потом мама начала жаловаться на меня Вячеславу. — Не знаю, что с ним делать. Совсем от рук отбился. С двумя девочками встречается сразу. И ладно бы обычных нашёл, так нет, одна музыкантша, а у второй вообще папа полковник КГБ. Говорила не связывайся, так нет.
— Кх-кх-кх… — Второй раз поперхнулся майор, но на удивление, опять встал на мою сторону, хоть и проявил осторожность. — Ну дело молодое. Думаю, что Семён сам разберётся. Не станет же он девушкам головы дурить?
— Канешна! — я кинул в рот пару кусочков колбасы и прожевал. — Голову — не станет. А что-то другое… ай! Да за что!
— Чтобы не болтал! — припечатала мама. — А то взял моду! Распустился!
— Понял, виноват, исправлюсь, — тут же пошёл на попятную я. — Обещаю, с понедельника буду белый и пушистый, аки ангел небесный. Да сейчас то за что!
— Не богохульствуй! — мама взвесила в руке полотенце, но пускать в ход не стала. — Слава, ты тоже кушай. Со смены ведь, там нормально не поешь.
— Да я сыт, — поднялся из-за стола мент. — С вашего позволения, пойду покурю.
— Я думал энергеты, тем более Мастера не курят, — я кивнул на характерный значок, приколотый к кителю. — Пожалуй тоже схожу… воздухом подышать.
— Ладно, — поджала губы мама, желающая устроить скандал на тему, вдруг я начал курить, но понимая, что просто хочу поговорить без свидетелей сдержалась. — Торт будешь? Наполеон, свежий. В кулинарии на углу брала.
— Ещё и торт, — я покосился на сделавшего морду тяпкой мента и кивнул. — Буду конечно! Мне два куска!
Пока заново грелся чайник мы вышли на площадку. Здесь стояла банка из-под кофе, полная бычков. Соседи курили, а чтобы дым не тянуло в квартиры открывали окно, благо пока ещё было относительно тепло. Майор действительно достал пачку сигарет «Радопи» и сунув одну в рот, прикурил от пальца. Я хмыкнул, глядя на этот выпендрёж, а Владислав Петрович вдруг смутился.
— Привычка, — пояснил он, хоть я ни о чём не спрашивал. — Техника простенькая, доступная даже разрядникам, типа тебя. Нагреваешь точку на пальце и от неё уже поджигаешь что нужно. Хочешь научу?
— Никогда не видел, чтобы энергеты курили, — я не стал вестись на такую провокацию, но пометочку себе сделал, поискать вот такие, полезные в быту техники. По любому есть какая-то библиотека, значит имеет смысл напрячь Сикорского. — Мы же не можем получить никотиновую зависимость? Зачем тогда?
— Привычка. — пожал плечами майор, — Я рано начал курить, чуть ли не в первом классе. Ох ругали меня тогда, и в октябрята брать не хотели и в пионеры. Потом инициировался и всё, как рукой сняло. А когда пошёл в милицию работать снова начал. Вроде и эффекта того нет, но сунешь сигарету в рот и мысли проясняются, усталость проходит. Самовнушение не иначе.
— Психологическая зависимость и эффект Плацебо, — я поставил диагноз. — С мамой моей тоже так же? Дома поди жена и семеро по лавкам? Не поверю, что майор милиции, да ещё и Мастер холостым живёт.
— Жена… была. — вздохнул Владислав. — Три года назад пьяный водитель грузовика въехал в остановку. Двое погибших. Она и наш сын, ему десять лет было. Они в музыкальную школу ехали, у сына отчётный концерт должен был быть. Я тоже собирался, но выдернули на службу, я на своей машине и отправился, а они на остановку пошли… и вот.