Весна в огне 2 (СИ)
Госпожа Агнесс ещё не открыла салон, Весна тоже, дом сейчас ремонтировали: его окружили лесами и восстанавливали пострадавшие стены и крышу. Внутри работали штукатуры и маляры, но Кэсси всё равно проводила там первую половину дня, находила себе занятие: что-то убирала, что-то вытирала, отчищала. Она бы и дольше там находилась, но госпожа Агнесс начинала говорить, что работы нет, и решительно прогонять её домой. Кэсси видела, что с ней что-то не в порядке. Госпожа Агнесс словно мёрзла, всё время куталась в теплую одежду, хотя температура воздуха так и норовила перепрыгнуть отметку в сорок градусов. Подолгу сидела с остывшей чашкой кофия, глядя перед собой. И совсем не работала, за несколько дней она не сшила ни одного платья. И, если её о чём-то спросить, лишь пожимала плечами в ответ. Это расстраивало Кэсси, но она не знала, как помочь. Чаровница была своенравной и никак не согласилась бы на визит лекаря.
Вот и сегодня Кэсси ушла из салона рано, в послеобеденное время. Решила не ехать сразу домой, а прогуляться пешком. Она неторопливо шла по торговой улочке, с удовольствием разглядывая витрины.
— Кассандра! — вдруг окликнули её.
Кэсси обернулась. Сзади стояла женщина, смутно знакомая. Кэсси сделала книксен и приветливо сказала:
— Госпожа, добрый день, мы знакомы?
— Кассандра! Крошка Кэс! — сказала она, протягивая к ней руки. Она хотела подойти ближе, но стражник преградил ей дорогу.
На Кэсси снизошло понимание.
— Мама⁈ — воскликнула она и бросилась к женщине в объятья.
Они замерли, обнявшись, и обе заплакали. Страж, нерешительно переминаясь с ноги на ногу, стоял рядом.
— Мама, мамочка, — шептала Кэсси.
— Крошка, детка моя, я так скучала.
Глава 55
Глава 55
— Мама, я тоже соскучилась, где ты была всё это время? — спросила Кэсси.
— Кэсси, детка, давай отойдем, — сказала мама. — Присядем на скамейку.
Они отошли в сторону и сели на скамейку, окруженную кустами жасмина, взялись за руки и не отрывали друг от друга взгляда.
Страж встал на почтительное расстояние и внимательно на них смотрел.
— Дочка моя, какая ты красивая стала! Какая взрослая! Я не могу поверить, что та крошка это ты, — говорила мама. Она была такая же молодая и красивая, как на фотокарточках, сделанных много лет назад.
— Да, это я, мамочка. Ты приехала?
— Да, я сейчас тут.
— Но почему тебя не было? Почему ты уехала?
— Я вынуждена была… А что это за мужчина? — покосилась она на стража.
— Моя охрана.
— Понятно, отец, как всегда, не может без соглядатаев. Он тебя тоже душит своим контролем?
— Просто в городе нынче неспокойно, папа поручил стражам сопровождать меня. А так у нас всё хорошо.
— Ох, кому ты рассказываешь? Я с твоим отцом столько лет жила. После развода он не давал мне видется с тобой!
— Что⁈ — Кэсси прижала руки к лицу и широко открыла глаза. — Не может быть!
— Да, это так! Твой отец, он разлюбил меня и не хотел больше видеть! Я была в ужасном положении. Моя семья никогда не одобряла наш брак и отвернулась от меня, когда твой отец меня бросил. Я была совсем одна, без поддержки.
— Не могу поверить, — прошептала Кэсси.
— Дочка, но теперь ты большая, ты взрослая. Теперь у твоего отца нет власти над тобой, ты можешь от него уехать, и мы будем жить вдвоём!
— Что? Но как…
— Соглашайся, Кэсси, теперь у меня есть дом в столице. Поехали, Кэсси, будем жить вместе.
— Подожди, подожди! Как уехать? Я не могу так сразу, это очень внезапно. А как же папа? У меня тут работа, друзья, близкие люди…
— Я тебе тоже не чужой человек.
— Да, но…
— И работа это твоя нелепая. Кто это вообще придумал, работать продавщицей? А друзья, ну, какие друзья, в столице новых найдешь, ещё лучше.
— Мама, погоди! Что ты такое говоришь? — Кэсси вскочила на ноги и схватилась за голову. — Какая столица, о чём ты?
— Кэсси, давай-ка пойдем ко мне в гостиницу, спокойно там поговорим и всё решим, — мама ласково взяла её за руку.
— Нет, давай лучше пойдём ко мне домой и всё решим там и поговорим спокойно с отцом. Ты приехала так неожиданно.
— Кэсси, неужели ты не понимаешь, что у меня нет никакого желания видеться с твоим отцом после всего, что он сделал! Или… — женщина встала, заламывая руки. — Я поняла. Эльконте настроил тебя против меня, и родная мать тебе совсем не нужна. Напрасно я приехала. Я мечтала увидеть тебя долгие годы, но он не подпускал. А теперь и ты не хочешь меня видеть, я поняла. Это всё было зря. Всё зря. Тогда я ухожу, — она грустно опустила голову и повернулась в другую сторону.
— Мама, нет, погоди! — Кэсси схватила её за руку.
— Кэсси, давай не будем устраивать сцен посреди улицы, — сказала мама. — Я всё поняла. Что ж, я не могу требовать привязанности и участия от дочери, которая меня столько лет не видела. Я уеду одна. Забудь, что меня видела.
— Нет, мама, что ты, — у Кэсси полились слезы из глаз.
— Я буду помнить о тебе, как о любимой доченьке, Крошке Кэс, постараюсь не думать о том, что и ты от меня отказалась.
— Мама, ну что ты такое говоришь, я же вовсе не хочу от тебя отказаться. Просто ты так резко начала говорить про переезд.
— Но ты же не хочешь со мной всё обсудить.
— Почему, я хочу!
— Тогда пойдём в гостиницу, она совсем рядом. Там и поговорим.
— Хорошо.
Кэсси вытерла слезы платочком и пошла за мамой. Они успели пройти совсем не далеко, как дорогу им преградил отец и несколько стражей.
— Куда это вы собрались? — спросил он.
Кэсси, увидев отца, испытала облегчение. Она бросилась ему на шею.
— Папа!
Тот обнял её и посмотрел на бывшую супругу.
— Стелла, какими судьбами?
— Что тебя удивляет? — подбоченившись, спросила та. — Я не могу увидеться с родной дочерью?
— Последние лет пятнадцать у тебя такого желания не возникало.
— Только не нужно делать вид, что ты не препятствовал моему общению с ней!
Кэсси заглянула папе в лицо. Тот смотрел поверх её головы на свою бывшую супругу.
— Предлагаю обсудить это не посреди улицы. Мне уже вполне достаточно статей в газетах, обсуждающих мою личную жизнь, Стелла.
Он указал на крытый служебный экипаж. Мама поколебалась, но всё же пошла к нему. Кэсси села рядом с отцом, а мама напротив них.
Не сразу Кэсси поняла, что они едут не домой, а в противоположною сторону. Экипаж остановился около уединенного старого особняка, окруженного забором, оплетенным диким виноградом. Они вошли в дом. Кэсси показалось, что здесь никто не живет: хоть было чисто, но неуютно: наглухо закрытые окна, никаких домашних мелочей: ни скатерти на столе, никаких салфеточек или статуэток, забытых вещей, лежащих не по местам. Книжные полки были пусты, лишь на одной, как украшение интерьера, сиротливо стояли большая морская раковина и тарелка с фальшивыми фруктами.
Мама прошлась по гостиной и, брезгливо осмотрев диван, всё-таки решилась сесть. Расправила подол белого платья и придала лицу скучающее выражение. Кэсси опять оказалась рядом с папой, а стражи вышли из гостиной, но двери не закрыли и стояли в холле так, что их отсюда было видно.
Папа достал из кармана кристалл и раздавил его. Звуки вокруг померкли.
— Зачем ты приехала, Стелла? — спросил он.
— Чтобы увидеть свою дочь.
— Почему сейчас? Всё это время она тебя не волновала.
— Не правда! — крикнула мама. — Это ты не позволял мне с ней встретиться!
— Да, и когда это было, напомнить тебе? После того, как ты в очередной раз обещала приехать, и дочь ждала тебя под дверью, а тебя всё не было.
— У меня были сложные обстоятельства, я устраивала свою жизнь, когда меня все бросили!
— Ты должна была её так устраивать, чтобы не страдала дочь!
— Можно подумать, что тебя беспокоит благополучие твоей дочери!
— Представь себе, да, беспокоит!
Папа с мамой практически кричали друг на друга. Кэсси в ужасе переводила взгляд с одного на другого. Папа хотел что-то добавить, но перехватил взгляд Кэсси и осёкся.