Философия Древней Греции и Рима. От Сократа до Цицерона и Аврелия. С пояснениями и комментариями
Тем не менее, этот вердикт для Сократа стал не просто почетным званием, но и отправной точкой для всей его последующей жизни. Он осознал, что быть «самым мудрым» означает не просто знать ответы на различные вопросы, но и задавать правильные вопросы. И не только себе, но и окружающим. С этого момента Сократ принял свою новую миссию всерьез. Он принял роль общественного интеллектуала, который беседует с людьми на улицах Афин, задавая им вопросы и ставя под сомнение их убеждения. Эти беседы или диалоги, как их позднее описал его ученик Платон, стали основой его философского метода.
Сократ встречался с рабами, аристократами, воинами и ремесленниками. И проводил с ними время, беседуя о жизни, смерти, божествах и законах. Его «классной комнатой» стала Агора – оживленная и шумная центральная площадь Афин. Сократ считал, что истина – это не просто абстрактное понятие, а что-то, что можно и нужно искать каждый день. Он не был ученым в традиционном смысле этого слова; у него не было книг, учебников или академических статей. Его методы были просты: вопросы, ответы, диалог. Он не просто прогуливался по Агоре, он превращал каждую прогулку в философский диалог, даже если его собеседник был просто случайным прохожим.
Ксантиппа, жена Сократа, оказалась в сложной ситуации, занимаясь домашними делами и воспитанием троих детей, пока ее муж был поглощен своими философскими размышлениями. Эта непростая динамика семейных отношений сделала ее символом жен, недовольных своим положением, и ее имя стало нарицательным для олицетворения женской сварливости. «Сварливая жена для меня – то же, что норовистые кони для наездников, – говорил Сократ, – как они, одолев норовистых, легко справляются с остальными, так и я на Ксантиппе учусь обхождению с другими людьми». Ученики, спрашивая Сократа, как он мог терпеть такую фурию, слышали такой ответ: «Если я могу терпеть ее, я смогу терпеть любого человека. Она для меня как камень для точильщика – делает меня лучше». Истории о непростых отношениях Сократа с женой возникали не только в античности, но и в более поздних эпохах. Так, Сократу приписывают утверждение: «Мужчине надо жениться; если повезет и жена будет хорошей – станет счастливым, не повезет – философом». Одним из самых известных примеров ее натуры служит история о том, как она, оскорбляя Сократа и досадуя на него и свою жизнь, в ярости вылила ему на голову ведро с помоями. В ответ на это Сократ лишь ответил: «После такой бури можно было ожидать, что гроза не пройдет без дождя». А немецкий философ Фридрих Ницше даже увидел важную роль Ксантиппы в формировании личности Сократа. Мрачный характер жены лишал мыслителя домашнего уюта. Тем самым Ксантиппа якобы научила мужа «жить на улице и всюду, где можно было болтать и быть праздным, и тем создала из него величайшего афинского уличного диалектика».
Герой комедии, летающий в «Облаках»
Сократ стал фигурой, которая разделила общественное мнение в Афинах. Он был и мудрецом, и провокатором, и этот двойственный имидж во многом определял его жизнь и влияние. Отношение к нему в Афинах было настолько разнообразным, что одни видели в нем воплощение мудрости, а другие – подстрекателя и богохульника.
В 423 году до н. э. известный афинский комедиограф Аристофан даже решил воспользоваться этим двояким отношением и написал пьесу «Облака», которая стала одним из самых острых обличений Сократа. В комедии Стрепсиад, старый крестьянин, столкнулся с долгами из-за своего расточительного сына Фидиппида. Чтобы решить эту проблему, он решает отправить отпрыска на обучение к Сократу в «мыслильню» – школу философии. Он надеется, что Фидиппид сможет научиться демагогическим приемам и выиграть суды против кредиторов. Но вначале «на разведку» отправляется сам Стрепсиад в эту школу, где узнает о странных исследованиях, которыми занимаются философы. К примеру, Сократ там «парит в пространствах, размышляя о судьбе светил» и исследует, чем же трубят комары – гортанью или задницей. Однако, из-за своей неспособности к обучению, Стрепсиад быстро изгоняется, причем лишившись своего плаща, который забрали в качестве оплаты. В отличие от отца, Фидиппид успешно завершает обучение и становится настолько убедительным в аргументации, что не только освобождает семью от долгов, но и начинает избивать своего отца, аргументируя это «его же пользой». Комедия завершается моментом, когда Стрепсиад, возмущенный поведением сына и недовольный учением Сократа, поджигает «мыслильню». Пьеса заканчивается призывом к наказанию философов за их богохульство и необычные исследования.
Аристофан также обыгрывает реальные детали из жизни Сократа, такие, как его привычка застывать на одном месте, вдруг задумавшись, и частые посещения палестр, по-современному – спортзала, но делает это с комическим уклоном, создавая контраст с образом Сократа как серьезного философа и мыслителя. В то время обычно философы ассоциировались с глубокими размышлениями и дискуссиями, а не с борьбой и гимнастикой. У Аристофана есть смешной момент, когда Сократ смотрит на небо, размышляя о больших идеях, и тут ему в рот попадает какашка ящерки. Это было придумано для того, чтобы показать Сократа с комической стороны и немного «приземлить» его.
В комедиях «Птицы» и «Лягушки» Аристофан также продолжает критически относиться к Сократу. Здесь он изображает философа как пример земных несчастий и недостатков. Сократ представлен в неблагоприятном свете: грязным, небритым, голодным и даже с палкой в руках, словно символизируя нищенство и отказ от материальных благ. Аристофан акцентирует внимание на том, как Сократ, по его мнению, отличается от «истинных» поэтов, с которыми философ не может сравниться. Особое внимание заслуживает термин «психагогия», который можно интерпретировать как некромантию в современном понимании – вид магии, который предполагает общение с душами умерших. Это указывает на то, что Сократ, по мнению Аристофана, занимается не просто философией, но чем-то потенциально опасным и даже мистическим.
Ксенофонт в своем произведении «Пир» рассказывает о банкете, на котором был и Сократ. Один из гостей, приехавший из Сиракуз, интересуется, почему Сократа называют «мыслителем». Он даже задает ему саркастический вопрос о «землемерии», связанный с количеством ног у блохи, как будто это является частью философского интереса философа. Этот момент выявляет несколько ключевых аспектов. Во-первых, явно видно, что Сократ был расстроен недочетами и искажениями, которые Аристофан внес в свое представление о нем в «Облаках». Во-вторых, это подтверждает сильное влияние комедии Аристофана на общественное мнение о Сократе. В «Апологии Сократа» от Платона Сократ говорит: «Вы наверняка видели в комедии Аристофана, какой-то Сократ там парит в корзине и бредит о воздушных прогулках и других вещах, которые мне совершенно не понятны. […] Это вовсе не описывает меня, и я хочу, чтобы вы сами об этом подумали. Большинство из вас меня слышало, и я предлагаю вам обсудить это между собой. Спросите друг у друга: говорил ли я о подобных вещах, и тогда вы поймете, что и другие утверждения обо мне также неправдивы».
Ироничное и даже циничное изображение философа подпитывало недовольство части афинян, которые воспринимали Сократа как человека, подрывающего устоявшиеся социальные и религиозные правила. Карикатура имела долгосрочные последствия. Она стала частью общественного мнения, которое впоследствии привело к суду над Сократом и его приговору к смерти. Однако, нельзя сказать, что Аристофан был единственной причиной этого. Судьба Сократа была сложным переплетением общественных, политических и философских течений, и «Облака» были лишь одним из многих элементов этого сложного уравнения.
В 399 году до н. э. Афины стали свидетелями одного из самых запоминающихся судебных процессов в истории. Сократ был обвинен в непочтении к официально признанным богам города и во внедрении «новых божеств»: «Сократ повинен в том, что не чтит богов, которых чтит город, а вводит новые божества, и повинен в том, что развращает юношество; а наказание за то – смерть».