Невеста Мрачнейшего (СИ)

Мое отражение держал за руку рыцарь в черных матовых доспехах. Потребовалась минута, чтобы понять: рыцарь - точная копия моего спасителя. За исключением мелких деталей: длинного меча на поясе и шрама у переносицы. В остальном - вылитый.
Старая улица захолустного городка тоже пропала, исчезли обшарпанные, грязно-желтые стены, хмурое небо. Исчезло все вокруг. За спинами наших двойников в луже виднелся величественный замок. Можно было даже разглядеть флаги, вывешенные в бойницах. Замысловатая вязь серебром и темный холст фона.
Я двинулась назад, доска подо мной захрустела. Но мужчина даже не шевельнулся, продолжая сжимать мою ладонь. Сказать, что я была напугана, значит, ничего не сказать. Сердце в грудной клетке стучало как оголтелое, а ноги дрожали.
-Колокол зазвучит. Всему свое время. Вода своевольна, но и ее можно укротить.
Слова эти прозвучали неприлично звонко, отражаясь от стен ближайших домов. Я открыла рот, чтобы произнести хоть что-нибудь, но не успела.
Пытливо заглянув мне в глаза, незнакомец развернулся и ушел. Наверное, стоило его окликнуть, потребовать объяснений, но момент был уже упущен. Мужчина скрылся за ближайшим углом, а я осталась в полном одиночестве, мокрая, замерзшая и растерянная.
***
Меня практически вырастили дедушка и его антикварный магазинчик. Родителям всегда было некогда, разъезды, конференции, командировки, поэтому большую часть своей жизни я провела рядом с дедом Лео, в его старой лавке. Мне ужасно нравились все эти занятные штуки, привезенные с разных уголков света: фарфоровые вазы, хрустальные бокалы, резные деревянные столики, недавно справившие двухсотлетний юбилей, и серебряные украшения. Здесь всегда пахло как-то по-особенному, полиролью для дерева и лимонами.
Именно здесь я сделала свои первые шаги. Здесь дедушка читал мне сборник старых сказок, укачивая меня на коленях. Это место - маленькая лавка, торгующая старыми вещами и историей, - я считала своим домом. Уже позже, сразу после совершеннолетия, я заимела собственную квартиру, но дом у меня остался только один.
Наверное, теперь вы сможете понять, насколько этот день был важен для меня. Сегодня дедушка решил взять меня в ученицы, чтобы передать - не сейчас, но позже, - свое дело именно мне.
Сегодня все должно было быть идеально... Но, к сожалению, таковым не являлось.
Настроение достигло самой низкой отметки, когда я добралась до магазина. Продрогла до костей, еле волочила ноги, да еще и опоздала на час. Дедушка будет в ярости, подумала я, но как-то безразлично. Я протянула руку, чтобы открыть дверь, но тут звякнул колокольчик над входом, и на улицу из лавки выскользнула девушка.
Хорошенькая, с короткой стрижкой и в модном пальто, но я ее здесь никогда раньше не видела. Постоянных клиентов я знала в лицо и могла по пальцам пересчитать, и она в их число не входила. Пока я немного озадаченно таращилась на незнакомку, та кинула в мою сторону настороженный взгляд. А потом все произошло так быстро, что я даже не успела сориентироваться.
Карие глаза расширились от изумления, и девушка в ту же секунду буквально сложилась вдвое, отвешивая мне поклон до земли.
Я испуганно отшатнулась, хватаясь рукой за косяк. Голова закружилась, пришлось привалиться боком к стеклу витрины, чтобы не упасть.
Но оттуда на меня посмотрела та, что и полчаса назад из лужи. Кружев на ней было теперь еще больше, но улыбка стала немного теплее. Не сказать, чтобы меня это вдохновило.
-Какого...- задохнулась я, переводя взгляд туда, где стояла незнакомка.
У отражения не было лица. Собственно говоря, _оно_ вряд ли было человеком, хоть и имело относительно человеческий силуэт. Темная сущность, плотный черный туман, с провалами глаз и рта. Какая-то сфера, пронзительно-голубого цвета пульсировала там, где у людей находится солнечное сплетение. Пульсировала и вращалась, приковывая к себе взгляд. На мгновение мне стало дурно, к горлу подступила едкая желчь. Девчонка взвилась, оттолкнув меня плечом, и бросилась вниз по улице.
 
-Что происходит с этим миром?! - в замешательстве прошептала я, наблюдая, как она убегает. Грязь запачкала ее сапожки и подол пальто, но девчонка не обращала на это внимания, торопясь поскорее удрать. Ветер распушил рыжие волосы вокруг ее головы ярким рыжим орелом, видимым издалека.
Голова шла кругом, и я никак не могла подобрать разумного объяснения подобным выходкам совершенно незнакомых людей. Как будто все вокруг сговорились, устроив грандиозный розыгрыш! Все, что мне оставалось, пучить глаза и открывать рот от удивления, как золотой рыбке, неспособной выжать из себя ни единого звука.
Возможно, это и есть дурацкий розыгрыш, рассуждала я, наконец, делая шаг в полумрак лавки, но до первого апреля еще несколько месяцев. Дедушка, стоящий у окна с покупателем, одарил меня строгим взглядом, намекая, что прекрасно видит, в каком виде я заявилась, но вслух ничего не сказал. Я тоже ограничилась понятливым кивком и скрылась в закутке, где обычно вешали верхнюю одежду, и стоял на плите старый медный чайник, закопченный только с одной стороны.
Хорошо, если отмести дурацкие видения в луже и стекле, все вполне логично. Меня захотели разыграть, меня разыграли, и я даже немного испугалась. Ха-ха, очень смешно, всем спасибо, все свободны.
Маленькая конфорка вспыхнула ярким пламенем, я установила на решетку чайник, рассматривая собственное отражение в пузатом, блестящем боку. Теперь оно было нормальным: крысиный хвостик, вздернутый покрасневший нос и глаза, которые от тревоги еще больше посветлели.
Сейчас все было нормально, но я была уверена на сто процентов в том, что не показалось. И еще на двести, что черная ужасающая тварь в стекле была реальнее некуда. При одном только воспоминании, меня продрало холодком по хребту. Я поежилась, поднося ладони к огню, чтобы согреться. После неловкого заплыва в луже меня еще слегка знобило.
Чайник сообщил о своей готовности тоненьким свистом, и я вздрогнула, выныривая из собственных мыслей. "Может, я схожу с ума?" - размышляла я, разливая чай по чашкам. Или стоит дедушке рассказать?
Но по прошествии некоторого времени между событиями, их странность выцвела, и теперь мой страх казался простым ребячеством, как и идея пожаловаться дедушке. Старик бы повертел пальцем у виска, посоветовав не маяться дурью, а приняться за уборку. Пыль с товаров надо было протирать ежедневно, а иначе было недолго и нагоняй схлопотать.
-Лизочка, чай! - поторопил дедушка из-за ширмы, словно ощутив через разделяющую нас преграду мои сомнения.
-Иду, дедушка!
Нет, определенно точно не стану ему рассказывать. Я обогнула ширму, осторожно двигаясь вперед и удерживая в руках жестяной поднос с чашками и сахарницей. Наверное, только дедушка бы и смог понять меня. Сколько себя помню, он вечно рассказывал истории о странных богах, пугающих героях и сердился на меня, когда я называла все это сказками. Но одно дело - сказочки из древней, рассыпающейся на пыль и страницы книжки, а совсем другое - пугающие видения и незнакомцы.
Серебряные ложечки тихонько звякнули, когда я не слишком аккуратно поставила поднос на столик. Дедушка еще раз кольнул меня строгим взглядом и снова повернулся к посетителю.
Сегодня к нам заглянул постоянный клиент. Рядом с дедушкой, невысоким элегантным мужчиной, господин Шмайер казался настоящим великаном. Было смешно смотреть, как он неловко мнется, посреди магазина (ну вылитый медведь в дорогом, сшитом на заказ пальто!), стараясь втянуть плечи и богатырскую грудь в себя, чтобы не задеть ни одну из тех бесчисленных штучек, толпящихся на полках магазина. И сегодня дедушка Лео демонстрировал покупателю что-то действительно особенное: маленькую золотую птичку. Старик держал фигурку на ладони, как живую, чтобы представить ее Шмайеру в самом выгодном свете.
Я осторожно пробралась на свое место - маленький диванчик в углу магазина, у самого окна. На подоконнике валялся старый блокнот: множество исписанных разноцветных страниц на растянутой пружинке. Пока я бездумно листала его, до моего слуха доносились обрывки разговора. Шмайер, басовито гудя, уточнял стоимость и редкость безделушки. И тут я вспомнила, что сказал мне дедушка, когда я впервые встретила господина Шмайера.