Избранное. Компиляция. Книги 1-11 (СИ)
– Но она не делает Лире ничего плохого, – возразил Малкольм и, еще не успев договорить, понял, что это неправда.
– Она это делает, чтобы ее присвоить, – сказала Элис. – Она странная, Мал. Она не как люди. Видал этих бабочек? Как по-твоему, которая из них – ее деймон?
– По-моему, все сразу.
– Ага, ну и где они были сейчас, ты заметил?
– Я… не знаю… Вроде их не было.
– Были. Просто они все слетелись на Пана. Со всех сторон его обсели – так, что и не разглядишь, где он. Клянусь тебе, Мал, эта женщина не просто так это делает. Она точно чего-то там колдует! Ты же знаешь про волшебный народ, сказки слышал? Так вот, они воруют человеческих детей.
– Но это же неправда? – с надеждой спросил Малкольм. – Это же только сказки?
– Но в сказках об этом без конца говорится. И в песнях тоже поется. Что они могут украсть ребенка – и никто больше никогда его не увидит. Это правда!
– Ну, обычно… – начал Малкольм.
– Мало ли что обычно! – взвилась Аста. – Сейчас все необычно! После потопа все изменилось.
И она была права: все обычное ушло. Все стало не так, как раньше.
– Надо забрать у нее Лиру, – сказал он.
– Давай для начала просто попросим вернуть ее, – предложила Элис. – И тогда поймем наверняка, что у этой леди на уме.
– И как только заберем ее, – продолжал Малкольм, – сразу же надо уходить. Если останемся, она может просто украсть ее, пока мы будем спать.
– Ну да, – согласилась Элис. – Только мы не сможем собраться в дорогу так, чтобы она не заметила.
– Есть идея, – сказал Малкольм.
Аста тотчас сорвалась с его плеча и полетела искать подходящего размера камень, а Малкольм между тем вытащил из-под сиденья рюкзак.
– Что ты делаешь? – удивилась Элис. – Это что такое?
Он открыл ларчик и показал ей алетиометр. Элис вытаращила глаза.
– Нашла, – крикнула издали Аста, – но я одна не могу…
Элис помогла ей выковырять камень из земли и обмыла водой. Тем временем Малкольм завернул алетиометр в бархатную тряпицу и промасленную ткань и запихал обратно в рюкзак, а камень положил в ларчик и задвинул крышку. Во взгляде Элис блеснуло одобрение.
– Позже все объясню, – пообещал ей Малкольм.
Ларчик тоже отправился в рюкзак. Взвалив рюкзак на плечо, Малкольм зашагал к поляне, а Элис – за ним. Женщина все еще кормила Лиру, но при виде их отняла ребенка от груди. Лира, похоже, наелась до отвала и уже почти спала.
– Раньше ее таким молоком не кормили, – заметила женщина.
– Да, и спасибо вам, что вы покормили ее, – сказал Малкольм, – но теперь нам пора идти.
– Может, останетесь еще на ночь?
– Нет. Нам пора. Большое спасибо, что пустили нас отдохнуть, но мы должны плыть дальше.
– Ну что ж, должны так должны.
– Мы забираем Элли.
– Нет. Никуда вы ее не заберете. Она моя.
Сердце у Малкольма билось так сильно, что он едва держался на ногах. Элис взяла его за руку.
– Мы забираем девочку, – повторила она за Малкольмом, – потому что она наша. Мы знаем, что с ней делать дальше.
– Она моя, – возразила Диания. – Она пила мое молоко. Посмотри, как ей хорошо у меня на руках! Она остается со мной.
– Почему вы решили, что можете ее оставить? – спросил Малкольм.
– Потому что я так хочу. И потому что могу. Если бы она умела говорить, она бы сама сказала, что хочет остаться.
– И что вы собираетесь с ней делать?
– Вырастить как одну из нас, что же еще?
– Но она не одна из вас!
– Она пила мое молоко – значит, теперь она принадлежит к моему народу. И с этим вам ничего не поделать.
– К какому еще вашему народу? Кто вы такие?
– Мы – самый древний народ. Первые жители Альбиона. Она будет принцессой. Одной из нас.
– Послушайте, – сказал Малкольм, опуская рюкзак на землю, – давайте меняться! Вы вернете нам малышку, а я вам за это дам сокровище.
– Что еще за сокровище?
– Сокровище, достойное королевы. Ведь вы же королева, не так ли?
– Разумеется.
– Королева эльфов?
– Что у тебя за сокровище?
Малкольм извлек из рюкзака ларчик.
– Дай взглянуть, – велела Диания.
– Давайте я подержу Элли, чтобы вы могли рассмотреть все как следует, – предложила Элис.
Но Диания только прижала ребенка к себе еще крепче и метнула на Элис такой взгляд, что у той затряслись поджилки.
– Думаешь, я настолько глупа? Какую бы хитрость вы ни задумали, имейте в виду, что я уже видела и слышала все это тысячу раз. Откуда у простых детей вроде вас может взяться сокровище? Пустые выдумки. Никто не доверил бы вам ничего ценного.
– Тогда как, по-вашему, вышло, что эта малышка оказалась у нас?
– Ну, это куда проще объяснить, – отмахнулась Диания.
И тут Малкольм понял, что время пришло.
– Если у вас и вправду получится это объяснить, – сказал он, – тогда можете забрать ее себе. Вместе с сокровищем.
Женщина посмотрела на него, снова прижала Лиру к груди и принялась тихо покачивать.
– Значит, если я смогу объяснить…
– Если объясните, как так вышло, что Элли оказалась у нас с Сандрой, сможете оставить ее себе.
Женщина задумалась.
– Сколько у меня попыток? – спросила она. – Одной слишком мало.
– Пусть будет три.
– Три. Замечательно. Итак, первая: она – ваша сестра, а родители умерли. И теперь вы за ней присматриваете.
– Неверно, – сказал Малкольм. – Осталось две попытки.
– Хорошо… Вторая: вы украли ее и везете в Лондон, чтобы продать.
– Тоже неверно. Остался последний шанс.
– Последний шанс… последний шанс… Очень хорошо. Ну-ка, посмотрим… Ах, вот оно что! Она была на попечении у монахинь. Потом началось наводнение, и вы с Сандрой спасли ее и увезли на лодке. Вас унесло течением. За вами гнался мужчина, и вы его убили, а потом ее забрали Сестры Святого Послушания, но вы и от них ее спасли – и вот, привезли сюда.
– Кто привез?
– Вы. Ричард и Сандра.
– Кого-кого привезли?
– Элли, кого же еще?
– Ну что ж… вы ошиблись и в третий раз! – воскликнул Малкольм. – Потому что вот это – Элис, а не Сандра. Я – не Ричард, а Малкольм, а малышка – не Элли, а Лира. Вы проиграли.
Женщина испустила вопль такой громкий и страшный, что Малкольму пришлось заткнуть уши. Все еще продолжая кричать, она вскинула руки и схватилась за голову (Лира наверняка упала бы и ударилась, если бы Элис не метнулась вперед и не подхватила девочку на лету), а потом рухнула ничком на траву, рыдая и завывая так отчаянно, что у Малкольма от ужаса дрогнуло сердце.
Тем не менее, внешне он остался спокоен. Подобрав одеяла и жестянку с остатками печенья, он протянул Диании деревянный ларчик:
– Я обещал вам сокровище. Вот оно.
Женщина горько рыдала, сотрясаясь всем телом.
– Вот, возьмите, – повторил Малкольм и положил ларчик на траву.
Женщина перекатилась на спину и замотала головой.
– Мое дитя! – выкрикнула она. – Вы уносите мое дитя!
– Она не ваша, – возразил Малкольм.
– Тысячу лет я ждала, чтобы прижать дитя к своей груди! Но нет… Она пила мое молоко! Она моя!
– Всё, мы уходим. Смотрите, я положил сокровище вот сюда.
Женщина села, по-прежнему рыдая в голос. Одной рукой она смахнула слезы с мокрого лица, другой принялась шарить в траве, пока не нащупала ларчик.
– Что это такое?
– Говорю же вам, это сокровище. Все, нам пора. Спасибо, что пустили нас немного отдохнуть.
Женщина приподнялась, встала на колени и внезапно бросилась к Элис, цепляясь за ее ноги. Элис испуганно уставилась на нее и подняла Лиру повыше.
– Он не понимает… куда ему… разве мужчина может такое понять? Но ты…
– Нет, – отрезала Элис.
– Ты смотрелась в зеркало после того, как я украсила твои волосы?
– Да…
– И как, понравилось?
– Да. Но…
– Я могла бы сделать тебя красивой. Я могла бы дать тебе такое прекрасное лицо, что всякий мужчина, взглянув лишь однажды, станет твоим рабом! Мне хватит власти это сделать!