Избранное. Компиляция. Книги 1-11 (СИ)
Малкольм не сопротивлялся. Видение шло своим чередом. В конце концов, он пришел в себя, изможденный, словно оно выпило из него все силы. Малкольм моргнул и потряс головой. Однако белый лоскуток с пола лодки никуда не делся. Наклонившись, он поднял его: это оказалась карточка вроде тех, что носят с собой леди и джентльмены, с напечатанным на нем именем. Глаза все еще слишком болели, чтобы читать, и, не сказав Элис ни слова, Малкольм сунул карточку в карман рубашки.
Вскоре он полностью вернулся мыслями в темную пещерку под тентом и тут же понял, что Лире пора поменять подгузник. Элис-то уже давно об этом догадалась – но, увы, прямо сейчас ничего поделать было нельзя.
– Что дальше? – спросила Элис.
– Во-первых, нам нельзя спать. Если вода спадет, пока каноэ привязано, мы вывалимся, а лодка застрянет на дереве.
– Да уж, глупо получится.
Лира что-то ворковала, то ли болтая с Пантелеймоном, то ли просто делясь радостью по поводу мокрого печенья.
– Много ли малютке надо, – вслух подумал Малкольм.
– Нужно ее поскорее переодеть, а не то она себе там все натрет.
– С этим придется подождать, пока мы не поймем, куда движемся. И пока не раздобудем горячей воды – ее же надо помыть. Вот настанет утро, и будет видно, можно ли доплыть на веслах до дома.
– Он все еще бродит где-то рядом, – напомнила Элис.
И это еще полбеды, подумал Малкольм. Паводок может помешать им вернуться: их пронесет через весь Оксфорд и дальше… – куда?
– Короче, нам нужен дом… или лавка, или хоть что-нибудь, где мы раздобудем все, что ей нужно, – сказал он.
– Ага, – согласилась Элис.
– Если ты замерзла, там есть одеяло. Закутайтесь в него вдвоем.
Она снова пошарила вокруг себя и нашла одеяло.
– Оно насквозь промокло, – сообщила Элис.
– Ну, хотя бы защитит вас от ветра.
– А ты, что ли, так и не будешь спать?
– Вроде того. Буду нести вахту. Ну, хотя бы попробую.
– Разбуди меня, когда поймешь, что больше не можешь.
Он выключил фонарик. Для ночевки каноэ все-таки не слишком подходило. Даже если бы он и решил прилечь, на дне все равно оставалось где-то с дюйм ледяной воды, которую так и не удалось вычерпать ведром. Впрочем, если бы там и было сухо, голову все равно пристроить некуда – разве что на деревянную банку. Ах, если бы, если бы, как заметила Аста недавно.
Много на что можно было пожаловаться, но Элис даже не пикнула. На Малкольма это произвело большое впечатление, и он пообещал себе ни словом не упоминать, как ему больно от терновых царапин через все лицо.
В темноте Малкольм слышал, как она устраивается на ночлег на другом конце маленькой лодки. Благодаря печенью Лира перестала плакать и теперь мирно дремала у Элис на руках. Та уперлась спиной в нос каноэ и закинула ноги на переднюю скамью, и Лира лежала у нее на руках, как в уютной колыбели. Ее деймон сумел как-то устроиться рядом.
Аста превратилась в хорька и воротником улеглась вокруг шеи Малкольма.
– Как ты думаешь, где мы? – прошептала она.
– Где-то рядом с Порт-Медоу. Вон там, справа, часовня и роща…
– Так от них же до реки еще о-го-го сколько!
– По-моему, реки больше нет. Очень уж она разлилась. Вода повсюду.
– Она может так же быстро спасть.
– Но не сейчас. Пока идет дождь, паводок не кончится.
– Это да… Думаешь, нас унесет?
– Нет. Мы же и так сумели пришвартоваться в полной темноте, а? Утром, когда рассветет, осмотримся и отыщем дорогу домой. Это будет совсем просто.
– Она все-таки очень быстро течет…
– Ну, значит, останемся на привязи, пока все не прекратится.
– Нельзя, нам ведь нужно найти чистое белье для Лиры.
Несколько минут Аста молчала, но Малкольм знал, что она не спит. Он чувствовал, как она размышляет.
– А что если оно не прекратится никогда? – тихонько сказала она.
– Цыган такого не говорил. Он только сказал, что будет потоп.
– Такое чувство, будто он будет продолжаться вечно.
– Для этого в целом мире воды не хватит. Рано или поздно дождь перестанет, и снова выглянет солнце. Всякий потоп в конце концов заканчивается, и вода уходит.
– На этот раз все может оказаться по-другому.
– Не окажется.
– А что было на карточке? – спросила она, чуть помолчав. – Ну, которую ты подобрал…
– Ах, да…
Он достал ее из кармана и, прикрыв фонарик ладонью, чтобы не разбудить Лиру, прочитал:
Лорд Азриэл
Октябрьский дом
Челси, Лондон
На обороте было написано от руки:
С благодарностью.
Если когда-нибудь тебе понадобится моя помощь, только попроси.
А голову Малкольму пришла идея – сверкающая, мерцающая, словно вся усыпанная блестками. Аста мгновенно поняла, что он задумал, и прошептала:
– Только Элис не говори.
Можно отдаться потопу, пройти вниз всю Темзу, найти лорда Азриэла и вернуть ребенка ему. Словно именно для этого лорд и заплатил за обновление «Прекрасной дикарки»… словно он знал, что грядет потоп, и приготовил надежное судно для своей дочки. И каноэ словно само передало Малкольму весточку… Он чувствовал, как эта мысль согревает его с ног до головы.
«Только не надо пока ничего выкладывать Элис. Еще рано», – безмолвно договорились они с Астой.
Малкольм сунул карточку обратно в карман и выключил фонарик.
Дождь все так же яростно стучал по тенту. И каноэ уже поднялось выше, чем когда Малкольм его только привязал. Он осторожно опустил руку за борт. Повиснуть на дереве, когда вода спадет – это, конечно, плохо, но куда хуже, если веревка утащит их за собой под воду.
Впрочем, узел ему удалось завязать вполне приличный, при необходимости его можно будет распустить и в темноте.
– Только вот рифовый узел был бы еще лучше, – тихо сказал он Асте. – Всего разок потянуть, и…
– Надо было лучше тренироваться, – так же тихо ответила она.
Минут пять они молчали. В конце концов Малкольм уронил голову на грудь, но тут же очнулся и резко выпрямился.
– Только не засыпай, – сказала Аста.
– Да у меня сна ни в одном глазу, – запротестовал он.
– А кто только что клевал носом?
Малкольм, кажется, даже ответил, но в следующее мгновение ткнулся исцарапанным лицом в планшир. Оказывается, все это время он соскальзывал все ниже и ниже, пока не растянулся почти плашмя.
– Ты чего меня не разбудила? – упрекнул он Асту.
– Я вообще-то тоже спала.
Малкольм с усилием выпрямился, моргая, зевая и потирая левый глаз. Справа все лицо было исцарапано.
– Ты как там, в порядке? – раздался из тьмы негромкий голос Элис.
– Ага. Просто соскользнул по борту.
– Я думала, ты сторожить собираешься.
– Я и сторожил. Просто борт скользкий.
– Ну да, ну да.
Малкольм сел потверже и еще раз на всякий случай проверил ветку. Вроде бы лодка оставалась на прежнем уровне – не поднялась и не опустилась, но ливень продолжал барабанить по тенту.
– Ты замерзла? – спросил он у Элис.
– Еще как. А ты?
– Немножко. Нам нужно больше одеял.
– И притом сухих. И подушек или чего-нибудь вроде того. Тут дико неудобно.
– Утром мы их добудем. Когда пойму, куда нас занесло, попытаюсь доплыть до дома, – сказал Малкольм. – Но сначала нужно раздобыть все для Лиры.
Они еще немного помолчали.
– А что если мы не сможем попасть назад? – спросила Элис.
– Попадем.
– Ну-ну.
– Ну, тут не так уж далеко…
– Течение слишком сильное, мы против него не выгребем.
– Тогда будем висеть на этом дереве, пока вода не остановится.
– Но ей надо…
– Мы с тобой не в пустыне застряли. По ту сторону Порт-Медоу есть лавки и все такое. Поплывем туда утром, как только развиднеется.
– Твои родители будут волноваться.
– Сейчас мы с этим ничего поделать не можем. А твои как?
– Отца у меня нет. Только мама и сестры.