Избранное. Компиляция. Книги 1-11 (СИ)

Лигу святого Александра основали в память этого храброго мальчика. Ее эмблема – светильник, с которым он взошел на крышу, чтобы указать дорогу солдатам.
Вы, возможно, думаете, что те дни давно прошли. У нас больше нет языческих алтарей в подвалах, и все мы верим в истинного Бога. Все мы любим и уважаем Церковь и живем в христианской стране, которая является частью христианской цивилизации.
Но у Церкви все еще есть враги – новые и старые. Есть люди, открыто заявляющие, что Бога нет. Они знамениты – по крайней мере, некоторые из них. Они произносят речи, пишут книги и даже преподают. Но особого значения они не имеют, ибо мы знаем, кто они такие. Куда важнее те, о ком мы пока не знаем. Ваши соседи, ваши друзья, родители, взрослые, которых вы видите каждый день. Не отрицал ли кто-нибудь из них истины о Боге? Не слыхали ли вы, чтобы они насмехались над Церковью или критиковали ее? Не лгал ли кто-нибудь о ней в вашем присутствии?
Дух маленького святого Александра жив и поныне – в каждом мальчике и в каждой девочке, достаточно храбрых, чтобы сделать то же, что сделал он, и сообщить церковным властям о всяком, кто работает против истинной веры. Это жизненно важно, дети. Это самое важное, что вы можете сделать в жизни. И об этом должен задуматься каждый ребенок.
Вы можете вступить в Лигу святого Александра прямо сегодня. Вы получите значок, такой же, как у меня. Носите его и знайте: то, что вы думаете, очень важно. Вам не придется за него платить. Просто будьте глазами и ушами Святой Церкви в том порочном мире, где мы с вами живем. Кто желал бы к нам присоединиться?
Руки взлетели вверх, много рук. Малкольм видел на лицах радостное волнение. Учителя, за исключением одного или двух, смотрели в пол или в окна безо всякого выражения.
Рука Эрика взметнулась первой, а с ним и Робби; оба повернулись к Малкольму, посмотреть, что он будет делать. Малкольму тоже ужасно хотелось такой значок – очень он был красивый… но в Лигу он вступать не хотел. Малкольм не поднял руку и, увидев это, двое его друзей тоже заколебались. Эрик опустил руку, потом поднял снова, уже не так уверенно. Робби опустил и больше не поднимал.
– Я так рада, – сказала мисс Кармайкл. – Господь наш будет счастлив узнать, что так много мальчиков и девочек хотят поступать правильно, служить глазами и ушами власти! На улицах и в полях, в домах и на площадках для игр, в классных комнатах всего мира Лига маленьких Александров будет смотреть и слушать к вящей славе Господней!
Она повернулась к стоящему рядом столу и показала школьникам значок и лист бумаги.
– Через минуту вы вернетесь в свои классы. У каждого из ваших учителей будут вот такие бланки. Вам расскажут, как правильно их заполнять. Когда закончите, вам выдадут значок. И с этой минуты вы станете членами Лиги святого Александра! Ах, да, вам дадут еще кое-что. Вот эта брошюра, – она показала ее, – очень важна. В ней содержится история святого Александра и свод правил Лиги. Вот здесь указан адрес, на который вы будете писать, если увидите что-нибудь неправильное, греховное или подозрительное, – все, о чем, по вашему мнению, Святой Церкви хотелось бы узнать.
А сейчас сложите руки и закройте глаза. Возлюбленный Господь, да снизойдет дух твоего благословенного святого Александра в наши сердца, дабы очистилось зрение наше, дабы мы могли различать порок, с отвагой отвергать его и в силе свидетельствовать о нем, даже когда это труднее и больнее всего! Во имя Господа Иисуса Христа. Аминь.
Ответное «аминь» прошелестело по залу. Большинство детей склонили головы. Малкольм поднял свою и посмотрел на женщину, которая, казалось, смотрела прямо на него. На мгновение ему стало ужасно неуютно, но тут она повернулась к директору.
– Благодарю вас, директор, – сказала она. – Предоставляю дальнейшее вам.
И вышла. Директор встал, держался он скованно и выглядел устало.
– Пятый класс, на выход, – вот и все, что он сказал.
  
Глава 9. Против часовой стрелки
 
К субботе у Малкольма скопилось много новостей для Ханны. Он рассказал ей об отце Эрика и его догадке, что убитый человек мог быть шпионом; рассказал о женщине, которая приходила в монастырь, и обо всем, что она говорила в тот странный день в школьном зале. Упомянул и о том, как много его одноклассников вступило в Лигу святого Александра.
 
– А на следующий день, когда все они пришли в школу со значками, директор сказал кое-что о них на собрании. Заявил, что в школе никогда не разрешалось носить значки, и нарушать это правило он не собирается. Велел, чтобы все они сняли значки. Чем они занимаются дома – это их личное дело, но в школе ничего такого носить нельзя. И еще сказал, что бланки, которые они подписали, – это незаконное дело. В смысле, что никакой законной силы эти бумажки не имеют и ничего не значат. Некоторые попытались с ним спорить, но он наказал их и отобрал значки.
И тогда несколько ребят, вступивших в Лигу, сказали, что пожалуются на него. И, похоже, действительно пожаловались, потому что в четверг директор в школу не пришел, и вчера – тоже. Мистер Хокинс – это его заместитель, и Лига ему нравится, – вчера сам провел собрание и сказал, что мистер Уиллис, то есть директор, совершил ошибку и что значки эти носить можно, если кто хочет. Он нашел в кабинете директора коробку со значками и снова их раздал.
– А что об этой Лиге думают другие учителя?
– Некоторым она нравится, некоторым – нет. Мистер Сэйвери, учитель математики, ее терпеть не может. Кто-то спросил его на уроке, что он о ней думает, – ну и все сразу поняли, что он против. Потому что он сказал, что все это отвратительно и что этот святой Александр – просто маленький негодяй, который погубил своих родителей. По-моему, кое-кто из ребят после этого передумал насчет Лиги – человека два, наверное. Сняли значки, когда никто не видел, и притворились, будто потеряли их. Но никто так и не сказал вслух, что согласен с мистером Сэйвери, – побоялись, что и на них донесут.
– Но ты не вступил?
– Нет. По-моему, примерно половина ребят вступила, а половина – нет. Во-первых, мне не понравилась эта женщина. А во-вторых, я не… Ну, даже если мне покажется, что мои родители делают что-то неправильное, я все равно не стану доносить на них. И еще… мне кажется, что эта Лига как-то связана с ДСК.
Малкольму уже приходило в голову и сейчас опять подумалось, что все эти его разговоры с доктором Релф очень похожи на то, что сделал святой Александр. В чем, собственно, разница? Только в том, что доктор Релф ему нравилась и он ей доверял. Но от этого он не переставал быть шпионом.
Ему стало не по себе, и Ханна это заметила.
– Ты думаешь, что…
– Я думаю, что на самом деле я тоже шпионю, только для вас.
– Ну, отчасти так оно и есть, только я бы не назвала это шпионством. Я ведь и сама делаю то же самое: мне нужно сообщать кое-куда обо всем, что я замечаю. Но видишь ли, разница есть. Я считаю, что те, на кого я работаю, – хорошие люди. Я верю в то, за что они борются. Я уверена, что они на стороне добра.
– Что они – против ДСК?
– Конечно. Против тех, кто убивает людей и бросает трупы в канал.
– И против Лиги святого Александра?
– На все сто процентов против. По-моему, это отвратительно. А что насчет бланков, которые подписали твои одноклассники? Они отнесли их домой показать родителям?
– Нет, потому что та женщина сказала, что Лига – это только для детей. И, мол, если бы святой Александр спросил тогда своих родителей, они бы сказали «нет». Кое-кому из учителей это не понравилось, но им пришлось смириться.
– Надо бы разузнать насчет этой Лиги. Очень уж мне все это не нравится.
– И почему эта женщина приходила в монастырь? Зачем ей понадобилась Лира? Лира еще слишком маленькая, чтобы куда-то вступать.
– Да, это тоже интересно, – согласилась доктор Релф и встала, чтобы приготовить им шоколатл. – Но давай теперь поговорим о книгах. Как продвигается дело со «Странной историей частиц»?