Избранное. Компиляция. Книги 1-11 (СИ)

Когда дамы перешли в соседнюю комнату пить кофе, леди Ханна спросила:
— Скажи мне, Лира, тебя собираются отправить в школу?
Лира посмотрела на нее с недоумением.
— Я не… не знаю… Наверное, нет, — добавила она на всякий случай. — Я не хотела бы их затруднять, — лицемерно пояснила она. — И чтобы на меня тратились. Лучше, наверное, жить в Иордане и чтобы меня обучали Ученые, когда у них найдется время. Раз уж они здесь, это, наверное, будет бесплатно.
— А твой дядя, лорд Азриэл, имеет на твой счет какие-то планы? — спросила другая дама, ученая из другого женского колледжа.
— Да, — сказала Лира, — думаю, что имеет. Но не насчет школы. В следующий раз он собирается взять меня на Север.
— Да, помню, он мне говорил, — сказала миссис Колтер.
Лира моргнула. Две ученые дамы чуть выпрямились в креслах, а их деймоны, либо хорошо воспитанные, либо апатичные, только переглянулись.
— Я встретила его в Королевском Арктическом Институте, — продолжала миссис Колтер. — Отчасти из-за этой встречи я и приехала сегодня сюда.
— Вы тоже путешественница? — спросила Лира.
— В некотором роде. Я была несколько раз на Севере. В прошлом году я провела три месяца в Гренландии, вела наблюдения за Авророй.
Вот оно! Теперь для Лиры ничего больше на свете не существовало. Она смотрела на миссис Колтер с благоговением и, затаив дух, слушала ее рассказы о постройке иглу, охоте на тюленей, о переговорах с лапландскими ведьмами. Обе ученые женщины ничего такого волнующего рассказать не могли и сидели молча, пока не пришли мужчины.
Позже, когда гости стали расходиться, Магистр сказал:
— Лира, останься. Мне надо поговорить с тобой минуты две. Иди в мой кабинет, дитя; сядь и подожди меня.
Озадаченная, усталая, взволнованная Лира подчинилась. Слуга Казинс отвел ее в кабинет и нарочно оставил дверь открытой, чтобы наблюдать за ней из прихожей, пока он подает гостям пальто. Лира поискала глазами миссис Колтер, но ее не было видно, а потом вошел Магистр и закрыл дверь.
Он тяжело опустился в кресло у камина. Его деймон вспорхнул на спинку и сел возле его головы, уставив старые глаза на Лиру. Тихо шипела лампа.
— Итак, Лира, — сказал Магистр. — Ты беседовала с миссис Колтер. Тебе понравилось то, что ты услышала?
— Да!
— Она замечательная женщина.
— Она чудесная. Никого прекраснее я не встречала.
Магистр вздохнул. В черном костюме и черном галстуке он был больше всего похож на своего деймона, и Лира вдруг подумала, что однажды, очень скоро, его похоронят в крипте под Капеллой, и художник вырежет изображение его деймона на медной табличке и имена обоих на одной строке.
— Мне надо было поговорить с тобой раньше, Лира, — сказал он, помолчав. — Я и собирался, но время, кажется, идет быстрее, чем я думал. Здесь, в Иордане, ты жила в безопасности, милая. И, надеюсь, счастливо. Тебе нелегко было слушаться нас, но мы тебя очень любим, и ты всегда была хорошей девочкой. В твоем сердце много доброты и нежности и большая решительность. Все это тебе понадобится. В мире происходит много такого, от чего я хотел бы тебя оградить — оставив здесь, в Иордане, — но это уже невозможно.
Она только смотрела на него. Куда ее хотят отправить?
— Ты же понимала, что когда-нибудь тебе придется пойти в школу, — продолжал Магистр. — Кое-чему мы тебя здесь учили, но не основательно и не систематически. Наши знания — другого рода. Ты должна узнать то, чему не могут научить старые люди — особенно в твоем нынешнем возрасте. Ты, наверное, понимала это. Ты — не ребенок слуги; мы не можем отдать тебя каким-нибудь приемным родителям в городе. Даже если они и будут по-своему заботиться о тебе, ты нуждаешься в другом. Все это я к тому говорю, Лира, что та часть твоей жизни, которая связана с Иордан-колледжем, подходит к концу.
— Нет, — сказала она, — нет, я не хочу уходить из Иордана. Мне здесь нравится. Я хочу остаться здесь навсегда.
— Когда ты молод, кажется, что все будет длиться вечно. К сожалению, это не так, Лира. Скоро — самое большее года через два — детство кончится, и ты станешь молодой женщиной. Молодой дамой. И поверь мне, жить в Колледже станет совсем нелегко.
 
— Но это мой дом!
— Он был твоим домом. Теперь тебе нужно что-то другое.
— Не школа. Я не пойду в школу.
— Ты нуждаешься в женском обществе. В женском руководстве.
Слово женское для Лиры связывалось только с женщинами-учеными, и она невольно скорчила гримасу. Расстаться с великолепием Иордана, с этой знаменитой обителью знаний, ради унылого кирпичного пансиона при Колледже в северной части Оксфорда, с неряшливыми учеными женщинами, от которых пахнет капустой и нафталином, как от этих двух за ужином!
Магистр заметил выражение ее лица, заметил, как загорелись красным глаза хорька — Пантелеймона. Он сказал:
— А если это будет миссис Колтер?
Мех на Пантелеймоне вмиг из коричневого превратился в нежно-белый. Лира широко раскрыла глаза.
— Правда?
— Она, между прочим, знакома с лордом Азриэлом. Твой дядя, конечно, очень беспокоится о твоем благополучии, и, когда миссис Колтер услышала о тебе, она сразу предложила свою помощь. Кстати, мистера Колтера нет; она вдова. Увы, ее муж погиб несколько лет назад в результате несчастного случая. Так что имей это в виду, если захочешь о нем спросить.
Лира с готовностью кивнула.
— И она правда будет… опекать меня?
— А ты бы хотела?
— Да!
Лира едва не вскочила. Магистр улыбнулся. С ним это случалось так редко, что он совсем разучился, и всякий, увидевший его улыбку (хотя Лире сейчас было не до того), принял бы ее за печальную гримасу.
— Что ж, давай лучше спросим ее саму.
Он вышел из комнаты, и, когда вернулся через минуту с миссис Колтер, Лира была уже на ногах — она не могла усидеть на месте. Миссис Колтер улыбнулась, а ее деймон проказливо ухмыльнулся, показав белые зубы. По дороге к креслу миссис Колтер коснулась волос Лиры; от этого прикосновения девочку обдало теплой волной, и она покраснела.
Магистр налил миссис Колтер брантвейна, и она сказала:
— Ну что, Лира, у меня будет помощница?
— Да, — коротко ответила Лира. Она сказала бы да в ответ на что угодно.
— Мне нужна помощь в самой разной работе.
— Я умею работать!
— Возможно, нам придется путешествовать.
— Я не против. Я куда угодно поеду.
— Но это может быть опасно. Возможно, нам придется поехать на Север.
У Лиры отнялся язык. Потом она справилась с собой:
— Скоро?
Миссис Колтер засмеялась и сказала:
— Возможно. Но знаешь, тебе придется много работать. Тебе придется изучить математику, штурманское дело и небесную географию.
— Вы меня будете учить?
— Да. А ты поможешь мне делать записи, приводить в порядок мои бумаги, делать важные расчеты и так далее. И, поскольку мы будем встречаться с важными людьми, тебе понадобится красивая одежда. Надо многому научиться, Лира.
— Я не против. Я всему хочу научиться.
— Не сомневаюсь. И в Иордан-колледж ты вернешься уже знаменитой путешественницей. Мы отправляемся рано утром, первым дирижаблем, так что беги и сразу в постель. Увидимся за завтраком. Спокойной ночи!
— Спокойной ночи, — сказала Лира и, вспомнив то немногое, что усвоила из этикета, обернулась у самой двери и сказала: — Спокойной ночи, Магистр.
Он кивнул.
— Приятных снов.
— И спасибо, — прибавила Лира, обращаясь к миссис Колтер.
В конце концов она заснула, хотя Пантелеймон долго не мог угомониться и даже назло ей обернулся ежом, так что пришлось на него прикрикнуть. Было еще темно, когда кто-то потряс ее за плечо.
— Лира… тихо… просыпайся, девочка.
Это была миссис Лонсдейл, она говорила вполголоса и в одной руке держала свечу, а другой, наклонившись, трогала Лиру.
— Слушай. Магистр хочет увидеться с тобой до того, как ты пойдешь завтракать с миссис Колтер. Быстро вставай и беги к его дому. Зайди в Сад и постучись в стеклянную дверь кабинета. Ты поняла?