Клятва ненависти (ЛП)
Мой отец был ядовитым.
— Я собирался дождаться, пока ты родишь ребенка этому ублюдку, прежде чем убить тебя. Мне нужен был наследник, чтобы поддерживать связь с семьей Спенсеров, но Киллиан… — Он покачал головой. — Следователь, который следил за этим делом, был слишком близок к моей правде, и я не мог допустить, чтобы это произошло. Итак, мне пришлось выбирать. Наследник, в котором я нуждался, или империя, которую я построил голыми руками?
Он усмехнулся злой ухмылкой.
— Решение далось мне легко.
Затем Бишоп пошел дальше, разглагольствуя о том, как он не может позволить Киллиану узнать правду о бизнесе Романо. Единственное, что он тщательно скрывал последние два с половиной десятилетия.
Реальность того, насколько он коррумпирован.
Ростовщичество. Отмывание денег. Торговля оружием и людьми. И наркотики.
Все незаконное и неправильное.
Я знала, что мой отец был коррумпирован и, вероятно, делал какие-то темные вещи под столом, но я думала, что именно так устроено высшее общество. По их венам течет коррупция.
Я просто никогда не думала, что мой отец был таким плохим. Епископ Романо был не просто хитрым и подозрительным. Он был безнравственным, и его богатство пришло из грязи.
Он не беспокоился о том, чтобы открыть мне правду. Потому что это было просто…
Я не выберусь отсюда живой.
И его правда будет похоронена со мной, пока он будет продолжать свои незаконные сделки.
— Как ты хочешь умереть, Джулианна? — сказал Бишоп с примесью жестокости в голосе. Это было похоже на то, как если бы я смотрела в глаза бешеному животному, его ненависть ко мне была написана на его лице, и я была в ловушке. Он трясся от чистой злобы, и моя плоть покрылась мурашками.
— Медленно и болезненно? Или быстро, но все равно больно?
— Киллиан узнает, так или иначе.
Мой отец – нет, – Бишоп склонил голову набок, злобно усмехнувшись.
— Он не станет, потому что я постарался замести все следы. Саймон твой убийца, Джулианна. Он убил тебя, а потом… покончил жизнь самоубийством. — Он сделал паузу; его брови нахмурились — фальшивая маска упала на его лицо. Выражение его лица стало мягким, когда он притворился невинным. — Это история. Это правда, которую увидит мир. Разъяренный любовник твоей мертвой сестры, мстящий тебе, а затем покончивший с собой. Убийство-самоубийство. И я буду скорбеть, отец, потерявший обеих своих любимых дочерей.
Огонь, горячий и обжигающий, как лава, скользил по моим венам. Я была напугана до чертиков, но я была вне ярости.
— Я никогда не встречала никого столь же жестокого, как ты, — прошипела я.
Бишоп ударил меня тыльной стороной руки, и моя голова дернулась в сторону, прежде чем он схватил меня за челюсть, его пальцы впились мне в кожу. Я вздрогнула, мое лицо пульсировало.
— Это потому, что ты никогда не видела реального мира, Джулианна. Ты жила под крышей сотворенного человека и называла его отцом. Такая наивный. Такой невинная. Такая глупая девочка.
— Ты болен, — выплюнула я.
Он впился пальцами глубже в мою плоть, и я наконец вскрикнула. Бишоп отпустил меня, прежде чем сделать шаг назад.
— Поскольку ты не выбрала вариант, я сделаю выбор за тебя. Медленно, но болезненно.
— Мой отец, — сказала я Киллиану. Увидев его шокированное выражение лица, я кивнула.
Но у меня не было возможности рассказать ему все – правду Бишопа, – потому что следующее, что я услышала, это громкий выстрел, раздавшийся в доме. Я вздрогнула, мой мозг заикался, и Киллиан вскочил на ноги. Мой пульс колотился от беспокойства, бешеного и испуганного.
Он тихо выругался, сжимая мою руку в своей и держа пистолет в другой.
— Оставайся позади меня, — приказал он.
Киллиан вытащил меня из комнаты, прикрывая своим телом. Было еще два выстрела, но на этот раз… они были снаружи дома.
Я проглотила желчь, собравшуюся во рту, и поборола подступающую к горлу тошноту. Бишоп не собирался выпускать нас отсюда живыми. Он окружил дом своими людьми.
Мы остановились в коридоре, когда лысый мужчина, выглядевший совершенно невменяемым, бросился к нам с пистолетом в руке.
Киллиан отпустил меня, только чтобы оттолкнуть назад. Затем он встал передо мной, его пистолет был направлен вперед, и мой желудок сжался от страха. Он сделал один выстрел, и мужчина рухнул на землю.
Слезы покатились по моим щекам, когда я вздохнула от облегчения. Киллиан развернулся, снова потянувшись ко мне, но остановился, его глаза вспыхнули.
Звук взвода пистолета наполнил мои уши, а затем я почувствовала, как ствол упирается мне в затылок. Мои глаза расширились, а сердце забилось. Онемение нахлынуло на меня, и моя кровь загудела между ушами.
— Опусти пистолет, Спенсер, — резко приказал Саймон с угрозой в голосе. — Или я вышибу ей мозги, и ты увидишь, как они разбрызгиваются по стенам.
Голова у меня закружилась, живот свело судорогой. Паника схватила меня за горло, но я заставила себя проглотить ее.
— Сдавайся, Киллиан. Дом окружен, и твои люди в меньшинстве, — прошипел Саймон. — Опусти чертов пистолет. Я больше не буду спрашивать.
— Хорошо, — спокойно признал Киллиан. Он наклонился, положив пистолет на землю, прежде чем снова выпрямиться, подняв руки в знак капитуляции. — Я сделал то, что ты просил. Отпусти ее, и мы поговорим об этом.
— Не делай этого, Саймон, — дрожащим голосом умоляла я. — Мой отец наполнил твой разум ядом. Я знаю, что ты не тот человек. Грейслин бы этого не хотела. Я не была причиной аварии той ночью, пожалуйста, поверь мне. Просто послушай меня. Пожалуйста.
Он сильнее прижал ствол пистолета к моему черепу, и я вздрогнула.
— Я бы посоветовал тебе заткнуться, Джулианна, — прорычал он. — Ты. Убила. Ее.
Я попыталась покачать головой, но пистолет остановил меня.
— Нет, — пробормотала я, умоляя. — Я этого не делала. Пожалуйста.
Но Саймон не был готов слушать. Он позволил себе создать такую ненависть ко мне в своем сердце, что не был готов увидеть правду. Я не винила его; это все сделал мой отец. Он воспользовался разбитым сердцем Саймона и использовал его против нас.
Мои глаза встретились с глазами Киллиана, и между нами возникло молчаливое понимание.
Он рванулся вперед, и я пригнулась. Киллиан врезался в Саймона, и они оба упали на землю. Я наблюдала, как двое мужчин боролись друг с другом. Саймон был тренированным бойцом, и у него было преимущество, но Киллиана охватила ярость и потребность защитить меня.
Я замерла в страхе и панике, наблюдая, как они катаются по земле — оба боролись за то, чтобы одержать верх. Кулаки врезались в плоть, и их тяжелое ворчание заполнило мои уши.
Саймон запрокинул голову, прежде чем ударить Киллиана лбом по носу. Оба отшатнулись друг от друга, вскочив на ноги.
Мое сердце пыталось вырваться из груди, и моя рука скользнула по животу. Я сжала живот, защищаясь.
Это было похоже на то, что у них был общий мозг, и они оба одновременно ныряли за своим оружием.
Мои глаза расширились от ужаса.
Тогда время замедлилось.
И произошло это почти в замедленном темпе.
Киллиан опоздал.
Я смотрела в абсолютном ужасе, как Саймон направил пистолет на моего мужа. Я покрылась холодным потом, и моя плоть покрылась мурашками от страха.
Нет. Пожалуйста… нет.
Мой разум стал пустым, и мои ноги зашевелились, прежде чем я успела подумать. Моя реакция была чисто инстинктивной.
Это произошло так быстро.
Раздался выстрел, когда я споткнулась перед Киллианом.
Мои глаза встретились с безумным взглядом Саймона, когда боль пронзила мое тело, а колени ослабли.
Пол закачался под моими ногами, когда меня пронзила агония.
Я услышала испуганный рев Киллиана…
До того, как мир стал черным.
ГЛАВА 32