Клятва ненависти (ЛП)

Итак, что же было так срочно сейчас?
Дверь с грохотом распахнулась, и я рванулся вперед на своем стуле. 
— Что за херня…
Это был не Самуэль, ладно.
Это была Мирай, внучка Эмили. Она ворвалась в мою комнату, тяжело вздымаясь, и в ее глазах была паника.
— Джулианна, — выдохнула она.
Мое тело напряглось при ее имени. 
— Что?
Мирай сглотнула, ее дрожащие руки прижаты к груди. Бедняжка выглядела совершенно обезумевшей, и у меня свело живот. 
— В чем дело? Что случилось с Джулианной? — Я рванулся вперед, отталкивая стул, чтобы встать. Я возвышался над девушкой. — У нее был еще один приступ? Я позаботился о том, чтобы переселить Рани на две комнаты ниже ее. Я говорил тебе это на прошлой неделе.
Рани была главным врачом, всегда присутствующим на острове Роза-Мария. Но она жила на противоположной стороне замка, слишком далеко от Джулианны — на всякий случай. После припадка на прошлой неделе я позаботился о том, чтобы переместить Рани поближе к ней.
Мирай покачала головой. 
— Нет, приступов не было. Насколько я знаю, не было. О Боже, раз уж ты об этом заговорил, что если... черт, — сказала она, еще больше запаниковав. Ее глаза наполнились слезами, щеки раскраснелись от страдания.
— Не могла бы ты просто сказать мне, что, черт возьми, происходит? — прошипел я. У меня не было времени на игры и истерики.
— Джулианна пропала, — прохрипела Мирай.
Я моргнул, прежде чем мой желудок упал. Моя комната качнулась на секунду, прежде чем мир снова выровнялся. 
— Что ты только что сказала?
— Я пошла к ней сегодня утром, чтобы дать ей завтрак. Джулианна отказалась. Она и вчера ничего не ела, — торопливо объяснила она. — Я вернулась на обед, несколько раз постучала в ее дверь, но когда она не ответила, я вошла и обнаружила, что ее комната пуста.
Мирай замолчала, сдерживая всхлип. 
— Она не выходила из своей комнаты уже неделю. Вот я и подумала, что это странно. Я пошла искать ее везде, где, как мне казалось, она могла быть. В библиотеке. В комнате Арабеллы. Но я нигде не могла найти ее. И… а потом я сказала бабушке, что все служанки отправились на ее поиски, но ее нигде нет в стенах замка.
Я уже уходил, прежде чем она успела закончить свой рассказ. Мирай выкрикнула мое имя, но я бросился бежать, страх сильно бил меня в грудь. Я слепо побежал по коридору и по лестнице, имея в виду только одну цель.
Мирай сказала, что Джулианну нельзя найти нигде в замке. Это могло означать только одно — она ушла. И если бы я знал свою жену так, как я думал, было бы только одно место, куда она отправилась бы.
В тот момент, когда я вышел на улицу, дождь полил меня, промокая одежду. Я вздрогнул, когда холод просочился сквозь мою мокрую одежду в кости. Облака были темными и тяжелыми. Гром прокатился по небу, за ним последовали новые молнии.
Джулианна не была бы такой глупой, если бы вышла на улицу во время грозы?
— Черт, — выругался я себе под нос и пустился бежать к конюшне.
Я не хотел, чтобы это было правдой. Я надеялся, что мои подозрения будут именно такими. Сомнение, и не более того. Потому что реальность была бы более опасной.
Я остановился, когда обнаружил, что конюшня пуста. Прилавок в самом конце был пуст.
Хотя его седло все еще было здесь, Цербер исчез.
И Джулианны нигде не было.
Проклятье.
Жеребец был упрям и вспыльчив. Он никому не позволил бы оседлать себя, кроме меня. И Джулианна, хотя ей было комфортно с Рагной, она не смогла бы контролировать себя с Цербером.
Разве она не знала, насколько это может быть опасно? Она намеренно подвергала себя опасности. Что, черт возьми, творилось у нее в голове?
Болезненное жжение проскользнуло в грудь, пока я шел по следам копыт Цербера в мокрой грязи, быстро смываемой дождем. Было похоже, что он побежал.
Мои глаза метались между конюшнями и густыми деревьями на противоположной стороне, на большом расстоянии. По следам, оставленным Цербером, его путь вел прямо в лес.
Он пошел туда, возможно, с Джулианой на спине. Без седла и с непредсказуемым Цербером...
 
Мое сердце бешено колотилось, когда я бежал к деревьям. Мои ноги быстро съедали расстояние, но лес был намного дальше, чем казался.
Я никогда не доберусь до нее вовремя, и мне потребуется несколько часов, чтобы найти их. Они могли быть где угодно в лесу, а у меня даже не было собственной лошади.
Может быть, если бы Рагна все еще была здесь…
Джулианна не пошла бы на такие решительные шаги, чтобы заполучить вспыльчивого жеребца. И даже если бы она заблудилась в лесу с Рагной, со мной был бы Цербер. Мы бы нашли Рагну и Джулианну вместе.
Нет, я покачал головой. Не было смысла останавливаться на «что, если».
Мои глаза расширились, ком в горле становился все больше и тяжелее, когда я увидел сквозь туман и дождь высокий силуэт, несущийся в моем направлении.
Я остановился при виде Цербера.
Один… без Джулианны.
Ужас наполнил мою грудь. Цербер поскакал ко мне и громко заржал, подбросив две передние ноги в воздух. Я потянулся к нему, когда он кружил вокруг меня, фыркая и топая ногами. Я провел пальцами по его густой влажной гриве. 
— Где она? — резко спросил я, как будто он мог меня понять. И, возможно, он понял.
Цербер снова топнул ногами, и я понял, что он в беде. 
— Отведи меня к ней, — потребовал я, переворачиваясь ему на спину. — Мне нужно найти ее, Цербер. Отведи меня к ней.
Мне не нужно было говорить ему снова. Мой жеребец понял меня. Он знал всю серьезность этой ситуации и понимал, как важно для меня было найти Джулианну.
Она может быть сильно ранена или…
Я прижался к его спине, подгоняя его галопом. Цербер рванулся к лесу с безумной целью. Дождь продолжал хлестать по нам, затуманивая мое зрение, поскольку шторм усиливался с каждой минутой.
Еще один гром прогремел в небе, и Цербер стал еще более взволнованным и огорченным, но он не остановился. Он то и дело мчался между деревьями, спрыгивая с упавших бревен и перевернутых мертвых корней.
Ярость и страх бурлили во мне.
Почему?
Зачем ей подвергать себя такому риску?
Если с ней что-нибудь случится… опять…
Блядь.
Мой желудок скрутило от тошноты, пока я продвигался сквозь бурю. Цербер фыркнул, словно чтобы меня напугать. Я прищурился перед нами, чтобы найти комок на земле.
Джулианна.
Она была почти замаскирована между поваленными деревьями, опавшими листьями и грязью. Жеребец попятился, остановившись.
Я в спешке соскользнул на мокрую грязь и бросился к Джулианне. Я бросился вперед и упал на колени рядом с ней. Я обнял ее, мои легкие сжались так сильно, что я почти не мог дышать.
— Джулианна? — Я задохнулся. — Джулианна, черт возьми! — Я повторил громче, когда она не ответила мне. Ее глаза были закрыты, кожа бледная и ледяная. Ее губы начали приобретать оттенок синего, и я прижался ухом к ее носу. Когда я почувствовал легкое прикосновение ее дыхания к моей коже, я чуть не рухнул от облегчения.
Но ее дыхание было слишком медленным.
И Джулианна была слишком неподвижна.
Я провел рукой по ее затылку, ища рану. Но она выглядела невредимой, если не считать нескольких царапин на щеке и руках.
Это означало бы, что Цербер не оттолкнул ее, потому что, если бы он это сделал, были бы серьезные травмы. Она сама, должно быть, случайно упала с его спины и потеряла сознание.
Я взял Джулианну на руки и встал на трясущиеся ноги. Закрепив ее на Цербере, я снова запрыгнул ему на спину и пустил его в медленный галоп, чтобы не слишком толкать Джулианну.
Когда я вернулся в конюшню, Стивен и Гидеон уже были там. Я спешился первым, а затем потянулся к Джулианне, пока Гидеон держался за Цербера.
— Когда мы увидели, как ты и Цербер бросились в лес, мы подумали, что Джулианна ушла именно туда, — объяснил Стивен. — Я уже сказал Эмили, и она наполняет ванну теплой водой. Поторопись.
Я кивнул, снова взял Джулианну в свои объятия и вошел внутрь. Когда я добрался до ее комнаты, там кипела жизнь. Там была Мирай с почти безумным выражением лица, и она вздохнула с облегчением при виде промокшей и обмякшей Джулианны в моих руках.