Клятва ненависти (ЛП)

Он издал смешок, без всякого тепла, и такой холодный, что я чуть не обморозилась. 
— Какая у тебя красивая речь, Чудовище, — усмехнулся Киллиан. — Должен сказать, очень хорошо тренировалась.
Почему я вообще удивилась, что это был его ответ? Я не то чтобы ненавидела Киллиана, но пока я изо всех сил пыталась поладить с ним, он чертовски усложнял мне жизнь. 
— Почему ты должен превращать все, что я говорю, во что-то уродливое?
— Дай мне наследника, в котором я нуждаюсь, и мы можем пойти разными путями, — холодно ответил Киллиан, как будто это был всего лишь вопрос, а не судьбоносное решение.
Я сделала шаг в сторону от Рагны и подошла к нему и его лошади. 
— Ты действительно отпустишь меня?
Он цокнул, склонив голову набок. 
— Мы будем жить своей жизнью, но развода я тебе не дам, — поправился он.
— Почему нет? — Я спросила, искренне любопытствуя, почему он может жить своей отдельной жизнью, но все еще хочет быть привязанным ко мне, хотя бы на словах.
— Никакого развода, — сказал он невозмутимо.
— Значит, ты можешь продолжать мучить меня?
Его губы раскрылись в злобной ухмылке, такой злобной, такой холодной. 
— Точно. Видишь, ты умная девочка. Почему тебе нравится вести себя так глупо иногда?
— Почему ты все время ведешь себя как мудак? — Я выстрелила в ответ, желая огрызнуться на него, но сдержала свой гнев. Один из нас должен был сохранять хладнокровие, один из нас должен был сдерживаться, потому что в последний раз мы оба потеряли контроль…
Это закончилось тем, что мои стены были разрушены, я рыдала в его объятиях… и он целовал меня, чтобы заткнуть. Каким бы ни был исход, Киллиан Спенсер всегда одерживал верх, а я оставалась уязвимой.
— Это часть моего обаяния, — протянул он.
Я закатила глаза. 
— Я вовсе не нахожу это очаровательным.
Когда я приблизилась к Церберу, он с сомнением посмотрел на меня. Я была права, назвав его сварливым. Он не ладил ни с кем, кроме Киллиана. Даже Гидеону разрешалось только купать его и чистить шерсть. Если бы пожилой человек хотя бы попытался оседлать его, жеребец оттолкнул бы его, да еще и не очень вежливо.
Взгляд Киллиана ненадолго метнулся ко мне, прежде чем он вернулся к ласкам Цербера.
 — Когда ты поймешь, Чудовище, что мне все равно, что ты обо мне думаешь?
— Мучить меня действительно стало твоим любимым хобби, не так ли? — спросила я, хотя уже знала ответ. В моих словах звучала горечь, и даже я отчетливо их расслышала.
Мои легкие выдавили из меня воздух.
— Здесь, на этом острове, скучно, — ответил Киллиан, его голос был шокирующе тихим, но я не позволила этому обмануть себя. Киллиан был опасным существом. — Поэтому мне пришлось искать новое хобби.
— Я почти уверена, что таким образом ты назвал меня достаточно интересной, чтобы стать хобби Киллиана Спенсера.
— Только ты могла бы превратить оскорбление в похвалу.
Мои губы дрогнули в призрачной улыбке. 
— Это просто уникальная способность, с которой я родилась.
Киллиан издал звук, который звучал чем-то средним между смехом и оскорблением. Цербер оборонительно фыркнул, всегда сердито, когда я подходила к нему слишком близко. Я медленно начала пятиться, подняв руки в универсальном знаке капитуляции. 
— Полегче, мальчик, я не собираюсь причинять тебе боль.
Киллиан сделал паузу. Его глаза метнулись мимо моего плеча и расширились, ужас отразился на его лице. Я опустила руки, мое сердце нырнуло в желудок, когда холод нахлынул на меня, замораживая кровь в жилах. Волосы на затылке встали дыбом и…
Все произошло в замедленной съемке.
Цербер громко заржал, словно чувствовал напряжение и страх своего хозяина. Он подбросил передние ноги вверх, прежде чем хлопнуть ими.
Киллиан подбежал ко мне.
Я отшатнулась от Рагны.
Выстрел прогремел в воздухе, громко и отчетливо, парализовав меня.
Мой муж врезался в меня, развернув нас, и я опрокинулась. Мои глаза зажмурились, и я издала пронзительный крик, готовясь к падению.
В тот момент, когда меня швырнуло на землю, мое дыхание вырвалось из легких с громким свистом, и Киллиан рухнул на меня сверху. Моя спина была словно оцарапана, и каждая мышца моего тела напряглась от боли.
 
Я лежала так дольше секунды, не мигая, не двигаясь.
Я смотрела на небо, моя голова кружилась, и мир качался.
Из моего горла вырвался короткий стон.
Что сейчас произошло?
Криков стало больше, и Гидеон пронесся мимо меня, пока я пыталась понять, что происходит. Сцена, с момента, когда глаза Киллиана расширились, до момента, когда он швырнул нас на землю, каждая секунда мелькала перед моими глазами, как черно-белая полароидная фотография.
В нас стреляли?
Нет, кто-то пытался застрелить меня сзади.
И Киллиан… спас меня.
Я поднесла руку к лицу, моя рука захлопнула рот, когда я неудержимо вздрогнула. Шпильки, удерживающие мою фату, расстегнулись, и кружевная ткань больше не закрывала мое лицо. Я запаниковала, дрожащее дыхание вырвалось из моих легких, когда моя рука вытянулась, и я слепо искал свою вуаль.
Именно тогда я поняла, что Киллиан неподвижно лежит на мне, его вес тела вдавливает меня в землю. 
— Киллиан? — прошептала я, но меня встретила тишина.
Изо всех сил я скатила его со своего тела. Он издал болезненный стон, крепко зажмурив глаза. Я пробежалась взглядом по его лицу, прежде чем мой взгляд пробежался по его телу, чтобы изучить его. С головы до пят.
— Боже мой, — выдохнула я, когда, наконец увидела причину, по которой ему было больно.
Его безупречная белая рубашка была запятнана… кровью. 
— О Боже! Нет!
Я практически разорвала его рубашку в поисках раны. Левая сторона его живота была залита кровью. Пулевое ранение.
Осознание обрушилось на меня, и мое тело стало таким холодным, мои зубы стучали, и меня неудержимо трясло.
Киллиан не просто спас меня от выстрела, он принял за меня настоящую пулю.
Я дрожала с головы до ног, когда вернулся Гидеон, присел рядом с нами. 
— Ты в порядке, Джулианна?
— Я… я не знаю… он… Киллиана застрелили.
Я чувствовала, как нарастает паника, словно связка искр, мерцающих в глубине моего желудка. Гидеон схватил меня за плечи, поворачивая лицом к себе. 
— Помощь в пути. Успокойся, малышка. Ты дрожишь.
Я вырвалась из его рук и рухнула на Киллиана. Я собрала его лицо в своих ладонях. 
— Киллиан, проснись. Открой глаза, пожалуйста!— Умоляла я, рыдая.
Слезы текли по моим щекам.
Мое дыхание стало более быстрым, более поверхностным. Мне пришлось напомнить себе успокоиться, но я не могла. О Боже! Я пыталась замедлить качающийся, вращающийся мир, чтобы сделать что-то, с чем мог справиться мой мозг и мое тело. Но онемение взяло верх.
— Киллиан…
— С ним все будет в порядке. — Голос, казалось, звал издалека, но Гидеон был прямо рядом со мной. Я не могла сосредоточиться на нем.
— Он ранен. Я… ему больно из-за меня. — Мой желудок сжался, и мне стало плохо. — Нет, нет. Нет! 
В отчаянии я прижала руки к пулевому ранению Киллиана. 
— Я должна… надавить, верно? Верно? Он не должен истекать кровью слишком сильно. Если у него будет слишком много крови. Он не сможет. Давить... давить. Нужно...
Мои предложения были фрагментированы; мой голос казался потерянным и сумасшедшим даже для моих собственных ушей. 
— Пожалуйста… не умирай. Пожалуйста. Пожалуйста. Пожалуйста. Ты не можешь оставить меня тоже. Пожалуйста. Киллиан… Киллиан. Киллиан.
Я не заметила, что на место происшествия прибыло больше людей, пока руки не схватили меня сзади, стаскивая с тела Киллиана. Он издал тихий стон, его глаза, наконец, открылись, но они были остекленевшими от боли. Он как будто не мог меня видеть, как будто потерялся где-то еще.
— Киллиан! — Я закричала.
Но в тот момент, когда он повернулся ко мне лицом, Гидеон развернул меня. Позже я поняла, почему он не позволил Киллиану увидеть меня.