Нет, я не пожалею (СИ)

Благодаря снятию запрета на многие ритуалы магия оживала, дышала полной грудью, принимая дары. Кто сейчас разберёт, почему запретили приносить в жертву на алтарь или родовой камень куриц или хотя бы букеты лекарственных трав? Запрет был снят в том числе и на кровный ритуал — приём в род. Возрождать потерянные рода стало делом чести, все дети проходили проверку на родство у гоблинов, и многие из маглорожденных становились маггловоспитанными. Та же Гермиона, в девичестве Грейнджер, а сейчас —Уизли, была очень дальним потомком когда-то канувшего в лету рода Флимонт. Сама она не спешила восстанавливать род, но вот её дочь Рози носила две фамилии: Розалинда Гермиона Флимонт Уизли. Узнав обо всем этом, Северус решил, что должен переступить через свои обиды и претендовать на титул Лорда Принц.
  
— Я пойду с тобой? — неуверенно предложил Гарри, ему не хотелось отпускать Северуса в свободный «полёт», мало ли, вдруг тот решит покинуть его насовсем. — Я думал, мы начнём действовать к концу учебного года. К тому времени у меня закончится контракт с Хогвартсом, и я мог бы посвятить все свое время тебе.
— Гарри, — вздохнул Снейп, его голос прозвучал несколько мягче, чем ему хотелось бы. — Зачем тебе это?
— Не устану повторять — я люблю тебя, — он научился говорить о своих чувствах к Северусу, смотря ему прямо в глаза.
— Ты уверен, что ты не внушил себе эти чувства? Может, когда я съеду…
— Нет, — перебил его Гарри, — ты можешь не принимать мою любовь к тебе, но сомневаться в ней я тебе не позволю, — в голосе слышалась обида.
Мужчина посмотрел на Поттера, который, действительно, выглядел расстроенным. Северусу было хорошо в его компании, и хотя он не испытывал к Гарри тех же чувств, Снейп не мог не отметить, что молодой мужчина был на самом деле привлекателен. Особенно сейчас, в тонкой белой футболке, которая не только подчеркивала рельефы тела, но и красиво контрастировала с его смуглой кожей. Если бы Северус не знал Поттера и случайно встретил бы его в каком-нибудь гей-клубе, то, несомненно, захотел бы познакомиться. Но ведь это Поттер — тот самый бестолковый ребенок с Гриффиндора, мальчик-который-выжил. И сейчас, каким-то невероятным образом, вот он — уже мужчина, который хочет отношений с ним, с Северусом.
— Ты прав, я не должен был так говорить, — признал он, наблюдая, как Гарри с удивлением и радостью принимает его извинения. — Но в банк я пойду один, сопровождение в лице знаменитого Гарри Поттера привлечет слишком много внимания.
— Я дам тебе портключ на всякий случай, — предупредил он Северуса, продолжая есть свой ужин. — Ты уже придумал, как тебя будут звать?
— Северусом, — он пожал плечами и тоже взял в руку вилку. Спагетти были восхитительными, однако, к ним явно не хватало вина.
— Ты считаешь, они всё равно догадаются, и поэтому решил не заморачиваться?
— Считаю, что слухи будут разные, но не думаю, что кто-то решит, что я в самом деле воскрес. А у тебя есть вино?
— Нет, только виски. Ты хочешь выпить?
— Вина, но не виски, для полноты вкуса, — он вилкой указал на тарелку Гарри.
— А какое ты пьёшь? — ему было интересно все, что касалось Северуса, его интересов и предпочтений.
— Если с моим счётом в банке всё в порядке, я угощу тебя, или даже свожу в свой любимый ресторанчик, — пообещал он, а Гарри показалось, что Снейп флиртует с ним. — Если он, конечно, ещё существует.
— Это свидание? — он обратил вопрос в шутку, издав смешок и надеясь, что Северус не поймет, что Поттер и правда хотел бы сходить на свидание с ним.
— Хм, думаю, в нашем случае это и правда можно расценивать как свидание.
— Что? — вилка Гарри вновь опустилась, и глаза полные надежды устремились на ничуть не изменившегося в лице Северуса. — Не шутишь?
— Не шучу, — Северус вздёрнул бровь, словно спрашивая: «я похож на клоуна?». — Но если ты пожалеешь…
— Нет, я не пожалею! — Гарри расплылся в улыбке, зелёные глаза замерцали словно переливы драгоценных камней.
— Если. Ты. Пожалеешь, — повторил медленно Северус, — когда я начну отвечать на твои чувства, то даже не рассчитывай сбежать, найду, — мужчина увидел, как кончики ушей Гарри заалели, — и убью.
— И умрем мы в один день, — Поттер поёрзал на стуле, чувствуя нахлынувшее возбуждение. — Очень романтично.
— Согласен, — улыбнулся мужчина, замечая, как усиливается напряжение между ними.
Однако торопить события было бы нездорово для их предполагаемых отношений, так что Северус постарался взять себя в руки и не думать о том, как хочет видеть голого возбуждённого, горячего Поттера под собой.
На следующий день после того, как Гарри ушел на работу, Северус, позавтракав, стал неспешно собираться в банк. И эта несвойственная ему размеренность была нарочной: он пытался приучить себя к тому, что его жизнь изменилась, и что он может позволить себе не бежать со всех ног в страхе не успеть очередное задание, потому что где-то могло случиться то, для чего Снейп понадобился бы больше. Это оказалось даже волнительно. Волосы он собрал в хвост — длина теперь позволяла. К тому же, такую прическу теперь носили и многие маглы, а он решил полагаться на их моду при выборе одежды: что-то простое, полуклассическое, более удобное, чем, то, к чему Северус привык. Даже рубашка и брюки смотрелись и ощущались совсем иначе. Мантии у него не было, но сегодня он всё равно пренебрёг бы этим элементом одежды, ведь намеренно делать себя узнаваемым было бы совсем опрометчиво. Последний штрих — туалетная вода, почему-то она шла в подарок к серии рубашек, которую он купил: свежий аромат, нейтральный, даже незаметный, с лимонными нотками — то, что нужно для середины весны. Северус раньше не пользовался ни духами ни туалетной водой, только мылом без отдушек, ведь лишний запах мог бы помешать при варке зелий, а сейчас он мог себе это позволить, и лёгкость аромата как раз подходила, чтобы он смог быстро привыкнуть к чужеродному запаху на себе. И когда он уже собирался зайти в камин, тот вспыхнул, и на Северуса буквально налетел парень. Мужчина сделал маневр в сторону, уходя от столкновения, но вовсе не был готов к тому, что юноша достанет палочку.
— Кто вы и что делаете в моём доме? — несомненно, это был Эдвард Люпин.
Совсем не похожий ни на отца, ни на мать, росший с бабушкой Андромедой и крестным Гарри, он, будучи метаморфом, имел что-то скорее от этих двоих и, то ли намеренно, то ли случайно, выглядел истинным Блэком.
— То же самое могу спросить и у вас, — фыркнул Северус, даже не пытаясь вооружиться палочкой. — Что вы делаете в своём доме, а не в школе, и знает ли об этом Поттер? — о, лекторский тон сам проснулся в голосе мужчины, стоило ему только увидеть школьную форму, хоть та и изменилась за семнадцать лет.
— Не морочьте мне голову, представьтесь, — без страха и сомнения Эдвард не думал опускать палочку и внимательно разглядывал Северуса, что-то ему казалось в мужчине знакомым.
— Северус, я гость Гарри, — просто и честно.
— Он мне об этом не говорил, назовите вашу фамилию, — не отступал парень.
— Я сын Северуса Снейпа, вам должно быть знакомо это имя, — легко врал мужчина и даже изобразил улыбку. — Гарри позволил пожить у вас, это была случайная встреча, я прибыл только недавно из Италии и хочу заняться родом Принц. И я как раз хотел отправиться в банк, — он махнул в сторону камина, рядом с которым и разыгрывалось представление. — И раз мистер Поттер не сказал, что в вашем доме гости, то, скорее всего, он не знает, что вы сбежали из школы.
— Я семикурсник, — объяснил Эдвард, опуская палочку, но всё еще готовый ей воспользоваться. — Мы можем покидать школу, устно предупредив кого-то из руководства, — продолжил объяснение, увидев непонимание на лице мужчины. — И раз вы куда-то собирались, то не смею вас задерживать, — сообщил Эдвард, жестом приглашая воспользоваться камином.
  
— Спасибо за позволение, — фыркнул Северус и шагнул в камин.
Встреча с крестником Гарри придала ему уверенности, словно репетиция перед главным выступлением. Поведение юноши ему, впрочем, тоже понравилось: уверенный, не глупый и умеет пользоваться палочкой по назначению. Как ловко он её извлёк, а ведь не каждый бы среагировал настолько молниеносно. Внутри него родилась неясная гордость за молодёжь и, в частности, за Люпина-младшего, хоть он сам долгое время и не был причастен к этому миру.