Сказки. Обо всём понемногу (СИ)
На одном из пропавших кораблей был капитаном отец мальчика. Вот почему несчастная мать словно отвлекалась от одной печали к другой.
На четвертый день жар поутих, и старый доктор одобрительно кивнул, но сказал, что мальчику еще долго придется не вставать с постели. Не будь он так слаб, мальчик бы пожалел, что не может пробежаться с друзьями по городской площади - полюбоваться на экипажи или дойти до порта и послушать рассказы старых моряков, что сидят в ряд и плетут канаты, попыхивая коротенькими трубками. Историй они знали множество, а уж как он был охоч до историй! Но ему было трудно даже поднять руку, где тут бегать по холодной погоде! В детской потушили большую лампу, оставили только свечу в стеклянном колпаке. В эту ночь измученная мать, наконец, крепко заснула: облегчение и радость за сына на несколько часов пересилили тревогу за мужа.
Мальчик проснулся от стука в окно. Сам не зная как, он вскочил с кровати и спросил:
- Кто там?
- Впусти меня, - послышался завывающий голос. - Я - Южный Ветер! Только позволь, и я покажу тебе все чудеса, какие есть в моих владениях! Египет, где высятся пирамиды, а на реке качаются лотосы. Они огромные - один лист выдержит тебя и не шелохнется. Злобные крокодилы плавают в этой реке, да куда им до нас дотянуться! Мы пронесемся между стен заброшенных городов. Нарисованные там цари на нас и не покосятся, но я-то знаю, как им хочется сойти со стены и унестись вместе со мной! Пусть их стражники грозят нам вслед копьями, мы уже будем далеко, высоко! Там, где лишь небо и палящее солнце!
Но мальчик помнил, как несладко ему было болеть и как он страдал от жара, и не отозвался. Южный Ветер фыркнул и улетел - в стекло словно кто-то бросил горсть песка.
Чуть погодя в окно снова постучали. Мальчик уже не удивился.
- Кто теперь? - спросил он, раздвигая занавески.
- Я - Восточный Ветер, - зашелестело за окном, - впусти меня, и я заберу тебя в диковинные края. Все мосты там, как один, горбаты, а лягушки поют не хуже соловьев. Люди, приветствуя друг друга, кивают, да так и не могут остановиться - ведь первым прекращать кивать невежливо. Драконы в моих землях усаты и мудры, а на пагодах звенят тысячи хрустальных и фарфоровых колокольчиков. По пути туда мы пролетим через пустыню, холодную и молчаливую. Там уж я повеселюсь, дразня караваны и сбивая их с пути запахами цветов их земель! Но нрав мой смягчится, когда мы достигнем цели - нежнейших и тончайших облаков, что окружают гору на краю света. Пойдем же со мной!
Но мальчик насмотрелся уже на людей под зонтиками на горбатых мостиках. Их видимо-невидимо было на тарелках в его доме, и все они были синего цвета. "До чего же скучной должна быть сплошь синяя страна!" - подумал он и покачал головой. Восточный Ветер вздохнул, и за окном все стихло.
Еще немного времени спустя стекла задрожали, и оконные створки распахнулись. Мальчик помнил, что ему нельзя простужаться, но комнату заполнил такой чистый и свежий поток воздуха, что нельзя было не вдохнуть его полной грудью.
- Эй, - зарокотал третий голос, - я - Западный Ветер! Я проношусь над всеми морями. Сверху я смотрю, как ткется волнами бесконечный узор. Черный, зеленый, синий, в серебряной и жемчужной пене - он вечен и изменчив. Я надуваю паруса кораблей, держу крылья уставших птиц. Я несусь сквозь время и пространство, ведь каждый, кто выходил когда-нибудь в море, каждый, кто чувствовал мое дыхание, когда думал о далеких берегах, - каждый из них навеки принадлежит мне! Пойдешь ли ты со мной?
- Да! - воскликнул мальчик.
- Полезай ко мне на плечи, да держись крепче! - засмеялся Ветер.
Они покружились над черепичными крышами города, и Ветер заворчал было, что снова зацепился хвостом о шпиль ратуши, но быстро повеселел.
- Куда ты хочешь полететь? В прошлое, в настоящее, в будущее? - спросил он.
- В прошлое!
- Закрой глаза и открой, когда я тебе скажу.
Мальчику показалось, что они пролетают сквозь крылья гигантской ветряной мельницы.
- Открывай глаза! - крикнул Ветер. - Смотри вниз, да слушай меня внимательно!
Многие бороздили мои моря, многие паруса я надувал. Не только ты, но и твой школьный учитель никогда не слышали о таких народах. Все они давно уже забыты. Кто ушел на дно морское вместе со своими островами, кто погиб в сражениях, и пришедшие на их место, не сомневаясь, зовут его своим домом. Волны набегают на берег и откатываются, люди приходят и уходят. Все они звали или проклинали меня, все мечтали заставить меня служить им, но не тут-то было! Я сам выбираю, к кому прилететь и кому помочь. Где бы они все были, если бы не я!
Западный Ветер был довольно хвастлив, но это простительно, если тебе - несколько тысяч лет.
- Смотри лучше! - гудел он. - Вот каменистый остров. Ни одно дерево не может выпрямиться на нем. Это я изрезал его берега, я и мои братья намели на него столько снега, что те, кто первыми приплыл сюда, назвали его Страной Льдов, Исландией. Однако и смелыми же они были! Никогда эта земля не знала королей, все законы они принимали сообща.
А вот, смотри, три корабля отплывают от острова. До чего же крошечными они кажутся сверху! Это изгнанник, Эрик Рыжий, и его люди: на три года запрещено им появляться в Стране Льдов. Предводитель был горд, он пришелся мне по нраву, и я направил его корабли к нужному берегу.
Смотри лучше! Вот еще один остров, посреди между Старым и Новым светом. Вот на него спускаются люди с трех кораблей. Эрик Рыжий - впереди, он говорит, что назовет эту землю Гренландией, Зеленой Страной, чтобы привлечь больше людей. Ну и порезвился же я здесь! Эти люди не знали страха. Как-то один из них в плавании увидел незнакомые берега и не пристал к ним, и когда об этом узнали по возвращении, все над ним смеялись. Тут же новые смельчаки отправились в эту сторону - на Запад, и я подгонял их изо всех сил. Так и доплыли они до самой Америки. Это теперь все ее так зовут, а тогда ей дали много имен: Маркланд, Страна Лесов, Винланд, Страна Винограда. У себя-то они такого изобилия не встречали! Мало кто помнит сейчас, как люди севера впервые ступили на эту землю, но я-то видел все своими глазами, я был там!
На этих берегах они поставили свои длинные дома, здесь пережидали зиму их корабли. Я, бывало, вовсю играл с ними в море, и не всякий корабль возвращался домой, но управляли ими упорные люди! В холод, в бурю плыли они вперед, вглядываясь в горизонт до боли в глазах: не встанут ли впереди новые земли. Но довольно об Америке, ведь и о ней забыли, и о тех, кто приплыл сюда, ведь их было слишком мало. Я помогал и тем парням, что приплыли сюда много позже. Колумб, так его звали!
- Нам рассказывали о нем в школе! - крикнул мальчик в ухо Ветру. - Не хочу о нем, расскажи еще о людях севера! Они вернулись в Гренландию?
- В Гренландии вскоре дела стали идти хуже. Негостеприимной оказалась эта земля. Я спущусь пониже, а ты приглядись. Видишь дома из шкур, оленьи упряжки, маленьких смуглых людей вокруг? Это - исконные обитатели Гренландии. Пусть тебя не обманывает, что они невелики ростом, - это коварные и искусные охотники. Они сразу же невзлюбили пришельцев и сражались с ними упорно и долго. Пару сотен лет спустя я заглянул сюда снова, и нашел одного-единственного северянина. Остальные уплыли обратно, на материк, а этот был слишком упрям и остался в своем доме. Уж я постарался, чтобы он не скучал! Я завывал под крышей, хлопал дверьми, но он даже не пошевелился. Сил подняться у него уже не было, да он и не хотел. Ему все казалось, что дом окружают невысокие люди с луками наготове, что на него идет охота. На самом деле о нем никто и не вспомнил. А еще через сто лет никаких следов от северян на этом острове не осталось, одни развалины. Всему свое время, так-то!
Довольно, давай вернемся назад, к старушке Европе! Здешние моря теперь кажутся тебе маленькими после просторов океана?
Однако же и здесь много чего происходило! Отсюда уплывали все отважные: кто на поиски новых земель, кто - за богатством и славой. Никто и знать не знал о детях Севера, пока не зазвонили колокола на английском побережье и не вспыхнули огни над мирными деревнями. Жестокое было время, что скрывать! Скоро они уже были повсюду. Грабили города на юге, где цветут апельсиновые деревья, охраняли императора в далеком Константинополе. Пришли в земли франков и поселились там. Их теперь называют нормандцами, но меня-то не обмануть, я помню!