Чистая работа
— Вот идиотство! Подумать только, что осталось после Китая — какие памятники, какое искусство, — а что от этих африканцев? Алмазы есть, минералов разных полно, а они только и знают, что корзины плетут!
— Да ты расист! — заметил Брендон.
— А я и не спорю. Сходи в любой музей: корзины да маски, которые любой ребенок из деревяшки вырежет!
— Ладно, закрой-ка рот и посмотри получше на эту маску: где ты ее видел?
Гарри взглянул на стопку больших масок из черного дерева, каждая из которых была завернута в защитный пластик. Сверху лежала одна распакованная маска — точно такая же, как те, что они видели в подвале дома в Пекэме. Только они собрались рассмотреть ее повнимательнее, как к ним подошел таможенник.
— Это Джоб Франклин, — представил он высокого африканца в коричневом комбинезоне. — Он работает здесь менеджером. А это сотрудники таможни Фрэнк Брендон и…
Гарри протянул руку и представился сам:
— Гарри Блант. Рад познакомиться, спасибо, что согласились помочь нам тут разобраться. Вам ведь объяснили, зачем мы сюда приехали?
— Этот товар таможенники проверяли на прошлой неделе, — угрюмо произнес Франклин. — Все чисто, можно развозить по магазинам.
— Я знаю. Надолго мы вас не задержим, но, к сожалению, нужно проверить кое-какие документы.
— Да в чем дело? — спросил Франклин.
Брендон тихо произнес:
— Задержан чиновник, который очищал товар за взятки.
— Мы никому взяток не давали!
— Я уверен, у вас все в ажуре, проверим для порядка, и все.
— Тогда пройдемте в офис, — пригласил Франклин, и они прошли в маленькую комнату позади контейнеров. Он поднял пухлую папку и положил ее на стол: — Вот вся документация по последней поставке.
— Хозяин — мистер Эммерик Орсо, так?
Франклин слегка кивнул.
— Он часто здесь бывает?
— Нет.
— Но вы его знаете? — спросил Гарри, придвигая стул.
— Конечно.
— Что он за человек?
— Я работаю на него. — Очевидно, Джоб Франклин не был расположен обсуждать с ними своего хозяина, но при этом не нервничал, скорее был раздражен из-за нежданного визита.
— Сколько человек у вас работает?
— Пятнадцать и еще пятеро водителей.
— Личные дела их есть? — спросил Брендон.
— Естественно, — ответил Франклин, подошел к шкафу и вынул оттуда папку.
— Большое спасибо, — поблагодарил Брендон, усаживаясь.
— Мне остаться?
— Нет, нет, идите. Мы долго не задержимся.
Брендон посмотрел Франклину вслед и заметил:
— Кажется, с ним все в порядке.
Гарри подтолкнул его локтем:
— Спорим, он сейчас шефу звонит. Посмотри-ка!
Сквозь стеклянную панель двери было видно, как, уходя, Франклин говорит с кем-то по телефону.
Гарри вынул небольшой фотоаппарат и начал снимать личные дела, страницу за страницей, а Брендон фотографировал документацию на товар. Работали они молча и быстро.
В восемь сорок тот же мужчина выехал на черном «мицубиси» из ворот дома. Рядом с ним сидела женщина, одетая в дорогую одежду европейского стиля, с тяжелыми золотыми серьгами в ушах. На заднем сиденье была пристегнута ремнем безопасности маленькая девочка в школьной форме — сером пальто и серой же фетровой шляпке. Они доехали до местной платной школы, где женщина вышла из машины, вывела девочку и за руку повела ее на уроки. Минут через пять женщина вернулась, и машина поехала к большому продовольственному магазину «Сейнзбериз». В магазин вошли вместе. Она набрала много всего: стейков и отбивных, овощей, молока, мороженого. Он донес сумки до машины, и они отправились домой. В двенадцать пятнадцать водитель с женщиной, которая, как они предположили, была матерью девочки, забрали ее из школы и вернулись домой.
Ленгтон всеми правдами и неправдами добился разрешения установить прослушивание телефона, но никто не звонил. Они знали, что в доме установлена газовая плита «Ага», которая нагревала воду и для отопления части дома, а также обычная газовая плита с духовкой. В двенадцать сорок газовую трубу, идущую к дому, перекрыли.
В двенадцать пятьдесят из дома наконец-то позвонили. Женщина, назвавшаяся миссис Орсо, звонила в газовую службу и просила прислать рабочих: плита не включалась, и миссис Орсо не знала, где неисправность — в самой плите или, может быть, на газопроводе. Ей ответили, что мастер приедет в течение дня, но точное время не назвали. Она начала причитать: без газа у нее и воды горячей не будет. Как водится в таких случаях, последовал стандартный бюрократический ответ: постараемся прислать кого-нибудь как можно скорее.
Мистер и миссис Пауэлл сидели с Ленгтоном и Анной. Они очень нервничали, начиная разговор, но Ленгтон объяснил, что идет расследование неких махинаций с налогами и им совершенно не о чем волноваться. Кажется, это их успокоило. Мистер Пауэлл, отставной военный, сказал, что всегда удивлялся, откуда у этого парня такие деньги. Он сумел дать очень подробное описание человека, известного ему под именем Эммерика Орсо. Оно полностью совпало с описанием, полученным от агентов по недвижимости.
Ни муж, ни жена, однако, не сумели описать людей, которые бывали в этом доме, и неудивительно, ведь дом загораживал лес и пруд.
— Правда, иногда мы слышали голоса, — сказала миссис Пауэлл.
— Да, звук ведь хорошо разносится по воде, — добавил мистер Пауэлл.
— Вы видели кого-нибудь подозрительного?
— В общем, нет. Мы жаловались, что они не привязывают собак. Когда эти люди приехали первый раз, собаки лаяли всю ночь.
— Когда это было?
— Совсем недавно. Я увидел высокого мужчину у лодочного сарая и сказал ему, что собаки нас беспокоят. Он нам любезно ответил, что будет держать их перед домом.
— Это был мистер Орсо?
— Нет, по-моему, его шофер. С тех пор все в порядке, сейчас собаки, конечно, тоже лают, но это уже не так мешает.
— Может, еще что-нибудь вспомните? Нас очень интересуют люди, которые приезжают к мистеру Орсо.
— Был очень странный случай… — начала миссис Пауэлл.
Мистер Пауэлл посмотрел на жену:
— Действительно странный. Когда же это было?..
— Несколько недель назад, а может, и больше.
Ленгтон терпеливо ждал: оба старательно вспоминали точную дату.
Наконец мистер Пауэлл серьезно произнес:
— Мы подумали, не залез ли кто в дом.
— Просто удивительно: эхо здесь такое громкое, хотя кругом растут деревья, — задумчиво сказала миссис Пауэлл.
— Вы сказали, что, возможно, в дом кто-то залез. Вы имели в виду большой дом?
— Не знаю. У пруда что-то искали с фонариками, заходили и в лодочный сарай.
— А до этого мы слышали детские голоса. У них ведь есть ребенок, кажется? — сказал муж.
Ленгтон начал терять терпение, и Анне пришлось продолжить разговор. Ей удалось выяснить, что и муж, и жена слышали детские голоса, а потом какой-то спор. Кричали так громко, что мистеру Пауэллу пришлось встать с постели, ведь было уже очень поздно, по их понятиям, — часов десять или около того. Он тоже взял фонарь и пошел через лес к пруду, потом стало тихо.
Миссис Пауэлл добавила, что на своей стороне пруда они обнаружили небольшую лодку. Сохранилась старая веревочная переправа через озеро, так что при желании, сев в лодку, можно было буквально перетянуть себя с одного берега на другой.
Ленгтон кашлянул:
— Что же, по-вашему, кто-то сел в лодку и переправился через пруд?
— Да, мы так и подумали, но в лесу никого не оказалось, — важно заявил мистер Пауэлл. — Я это знаю потому, что обошел все кругом. У меня были с собой фонарь и дубинка, так что если бы кто-нибудь попробовал залезть к нам…
Ленгтон вздохнул. Разговор потребовал от него немалого терпения, но в конце концов Пауэллы разрешили полицейским расположиться на своем участке. Он боялся только, как бы «генерал», как он про себя назвал мистера Пауэлла, не испортил им все дело своим фонариком и дубинкой!