Система новичка (СИ)

— Но...
— Ты что думаешь, я бы вышла замуж, только если б к этому были необратимые причины?
— Ну... — удивительно. Внезапно меня настигла какая-то мозговая болезнь. Я не мог придумать, что сказать.
Плечи Лолиты поникли, лицо приняло усталое выражение.
— Ты прав, Оторва.
— Да?
— Я вынуждена выйти замуж за Энди. 
— Ну...
— Да, так и есть, — плечи горгониды взлетели в горестном вздохе, а потом опустились. — Но я не виновата! Он довёл меня своими требованиями срочно, не сходя с места разорвать контракт с "Сынами" и перейти в их команду. Он отмахнулся от моей чести. Сказал: это мужчины должны держать слово. А мне, как женщине, это вовсе ни к чему.
Наконец-то я всё понял.
Лола врезала Энди в растрёпанных чувствах. Она не владела собой. И теперь, как честная порядочная горгонида, должна выйти за него замуж.
— Эндимион — отличный мужик, Лола. Наверняка он не это имел в виду... Чёрт, да я УВЕРЕН, что это — не его слова. Его кто-то настропалил, и не надо далеко ходить, чтобы понять, кто это был.
Подняв руки, я приставил к голове указательные пальцы на манер рожек. 
— Думаешь? — Лола посмотрела на меня скептически. 
— Извини, что приходится это говорить... — на всякий случай я отошел от Лолиты на пару шажочков. — Но вы, горгониды, чересчур доверчивы. Денница САМ хвастался, что обвёл тебя вокруг пальца... То же самое он сделал и с Энди.
Лолита вздохнула.
Я думал, она разозлится. Начнёт бушевать, пообещает оторвать демангелу все выступающие части тела...
— Я знаю, что Энди не собирался меня провоцировать СПЕЦИАЛЬНО, — вместо этого сказала горгона. — Но он ухаживает за мной с тех пор, как я поселилась в Сан-Инферно, и ВСЕ ОБ ЭТОМ ЗНАЮТ. Если я не выйду за него после того, что между нами было — он потеряет лицо. И... — Лолита прерывисто вздохнула. — Энди — действительно отличный мужик. Надёжная работа, красивая форма... Да и взятки он берёт, как бог. Любая на моём месте должна плакать от счастья.
— Да только ты — не любая, Лола, — слава богу, речь ко мне вернулась, хотя ещё и не в полном объёме. И чтобы не накосячить, приходилось тщательно подбирать слова. — Ты имеешь право дождаться того, кого и вправду полюбишь. И отлупцевать его так, чтобы живого места не осталось. Что бы ты не решила — я тебя поддержу. Меня вот тоже всё время хотят женить — но я же не поддаюсь. Будем вместе держать оборону, подруга. Я тебе помогу.
— Правда? — лицо Лолиты осветил лучик надежды.
— Конечно.
— Ты сделаешь это для меня?.. — я не успел моргнуть, как оказался в могучих объятиях, и уши мои были зажаты ТОЧНО между полушариями бронелифчика. — Энди тебя послушает, правда-правда. Он тебя уважает, Оторва. Фух, для меня это такое облегчение... Рада, что ты это для меня уладишь.
Честно говоря, я так и не понял, что я должен сделать ТАКОГО, чтобы Лола не вышла замуж за Энди, а горгонид всё же не потерял лицо.
Ну ладно. С этим я тоже разберусь — попозже. Когда будет время...
Скрип двери возвестил, что кто-то вышел из клуба. А громкое сопение — о том, что этот кто-то до глубины души возмущен.
— Привет, Пенни. Ищешь кого? — хладнокровно спросила Лолита.
Я судорожно задёргался, выбираясь из богатырских объятий горгониды. Повернулся, расправляя смятое лицо...
Пенелопа являла собой классическую картину: "женщина обманутая, возмущенная".
Брови грозно сдвинуты, руки сложены на груди, носок правой ноги нетерпеливо постукивает по асфальту...
Впечатление несколько портило то, что вместо стука подошва издавала сочное чавканье.
— А, Пенни, тыковка моя! — душа моя взяла отгул и смылась в пятки. Но я всё равно мужественно улыбнулся. — Я только что порадовал мою подругу Лолиту приглашением на свадьбу, и она меня поздравляла.
Пенелопа шагнула к нам, и я оказался зажат между двумя исполинскими женщинами. Ощущения, скажу я вам, потрясающие. Словно балансируешь на канате во время землетрясения... Между Сциллой и Харибдой.
— На какую свадьбу? — удивилась Лола.
— Я тебе потом всё объясню, — прошипел я в её сторону уголком рта, а Пенелопе громко ответил: — Мы уже уходим, мой кактусёночек. Попрощайся за меня с Одиссеем...
 
— Подожди, Макс, — попросила Пенелопа совсем другим тоном. 
— Что-то случилось? — я тоже моментально переключился. — Тебя кто-то обидел?
— Нет. Я просто... — она прижалась ко мне всем телом. — Я просто хотела извиниться. За то, что втянула тебя. Я думала... Это будет весело.
— Это и было весело, Пенни, — я мягко обнял горгониду. — Лично я ни о чём не жалею. Так что, я на тебя не злюсь.
— И вот я подумала... — она прижалась ещё теснее. Пахло от неё потрясающе — чем-то жарким, сладким и похрустывающим. Как накрахмаленная простыня. — Может, нам отметить наше примирение?
Сердце у меня забилось где-то в глазах. А мозг перевернулся на спинку и стал просить, чтобы ему почесали животик...
— Ты правда хочешь как следует извиниться? — промурлыкал я, зарываясь лицом в мягкие, тёплые...
— ОТОРВА!
Рёв Лолы был таким громким, что у меня чуть не случился сердечный приступ.
И хотя мне не слишком хочется это признавать, умер бы я СОВЕРШЕННО счастливым.
Пенелопа отпустила меня и отступила на шаг — тем самым отдаляя приступ на долгосрочную перспективу.
Фух. Весь взмок. Даже в ботинках хлюпает...
— Знаешь, я тебя и так прощаю, — мужественно сказал я, стараясь не смотреть на горгону. В моих мыслях мы с ней были уже далеко, и в более интимной обстановке, — Столько дел, столько дел...
— Завёл новую подружку? — Пенелопа хитро прищурилась в сторону Лолиты. — И не будешь против, если я вернусь к Одиссею?
— Тем самым не дав ему вызвать на бой сто человек? — я с облегчением выдохнул. — Ну что ты, конечно нет!
Пенелопа потупилась.
— Ну... Честно говоря... 
— Ой, да ладно, Пенни, хватит заливать, — нетерпеливо притопнула ногой Лолита. — Мы же с тобой знаем, подруга, что это неправда. Какие ещё сто женихов?
— Вообще-то сто два, — хладнокровно поправила Пенелопа. — Ровно столько дней отсутствовал Одиссей.
Лолита спала с лица. 
— Ну да, — сказала она, едва шевеля губами. — Кто я такая, чтобы тебе указывать? У меня-то всего один жених... — отвернувшись, она сделала несколько шагов... Ускорилась, и побежала, равномерно работая ногами и локтями — на ум сразу пришел образ локомотива.
Я беспомощно посмотрел на Пенелопу, перевёл взгляд на Лолиту...
Задница повис на две ладони над горизонтом.
Чёрт. Это проклятое светило движется гораздо быстрее, чем я успеваю решать проблемы. 
И я широко улыбнулся молодой горгониде.
— Пенелопа, э... Рад, что ты помирилась с Одиссеем. И ни на что не претендую. Нет, правда. Думаю, помолвку можно считать расторгнутой.
Горгона просияла.
— Вот здорово, Макс! Спасибо тебе.
— Да не за что.
— Тогда держи.
Она протянула мне свёрнутый в трубочку листок бумаги. Я его автоматически принял.
— Что это? Приглашение на свадьбу?
— Почти. Официальный вызов от Одиссея.
— Что?.. — глаза мои чуть не выскочили из орбит. — Пенни, тыковка, мне казалось, мы с тобой всё порешали!
— Со мной — да, — горгона гордо вскинула подбородок. — Но моя честь требует, чтобы Одиссей бросил тебе вызов. Он бросил. Ты принял. Так что — удачи.
Улыбнувшись, Пенелопа хлопнула дверью клуба.
А я рассмеялся.
Месть женщин всегда быстрее, эффективнее и коварней, чем месть мужчин. И при этом они ещё умудряются хорошо выглядеть.
Послав ей в спину воздушный поцелуй, я поспешил за Лолитой.
— Что это было? — спросила Лола, когда я её догнал — на грани обезвоживания и далеко за пределами теплового удара.
— Даже не спрашивай. Потом когда-нибудь расскажу.
— Когда-нибудь твои похождения добром не кончатся.
— Похоже, это время уже наступило, — мрачно пробормотал я.
Как-то мне не нравился узел, в который затягивалось всё вокруг меня.