Метаморф. Красный Робинзон (СИ)
— Да, дядя! — склонил голову Сергей, но потом снова поднял взгляд и посмотрел на собеседника. — А что нам ответить на предложение Горских? Может, тогда стоит объединиться с ними?
— Ага, конечно, — хмыкнул старший, подлив себе ещё чая. — От них при любом раскладе будет больше проблем чем пользы. А с учетом этой их мутной авантюры. Нет, если мы хотим собрать сливки с нашей акции, то нужно держаться от них как можно дальше.
— Так что им передать?
— Передай им, что у нас сейчас нет возможности (по понятным причинам) им помочь, но вот у Песчаных она имеется. И мы готовы выступить посредниками в этом вопросе за разумный процент.
— Так нас тут же ототрут от этого предприятия, ты же их знаешь! — удивился парень.
— Вот и чудненько! Зато Песчаные какое-то время будут заняты, и с аристо из-за отказа участвовать в их дурно пахнущей авантюре у нас отношения не испортятся, не смотря…
Они были вынуждены прерваться из-за вежливого стука в дверь, возвестившего об окончании посещения. Обняв племянника на прощание и посоветовав тому следить за своим питанием и уделять Ведам хоть по полчаса в день, Николай Александрович вернулся в своему столу и посмотрел в узкое зарешётчатое оконце, через которое можно было наблюдать всполохи Сияния Грез.
— Никогда бы не подумал, что доживу до появления очередной Лакуны, отец, — пробормотал старый бандит. — Я всегда думал, что твои приготовления были лишь пустой тратой средств и сил, результат которых, быть может, смогут получить лишь мои внуки или правнуки. Но поди же ты, как всё сложилось…
* * *Несмотря на усталость, мне захотелось побольше узнать о селарине. У меня же есть полезная книга, там точно должно быть что-то про этот камень!
Устроившись поудобнее, принялся рыться в своей сумке. Нашёл.
— Как же тебя потрепало, — за последнюю неделю в моей компании ей (книге) досталось.
— Слушай, Алукард, — обратился я к фамильяру, пока просматривал нужный раздел. — Если этот скрытник так тянется к ментальной энергии, то не должен ли он активно расти в городах? С подобными свойствами он был бы настоящим бичом цивилизации, превращая человеческие поселения в селариновые горы!
— Об этом можешь не беспокоиться, — отмахнулся летающий колобок, хитро щуря единственный глаз. — Тут действует принцип «много хорошо — тоже плохо». При перенасыщении менталом, селарин начинает разрушаться, а после и вовсе растворяется, высвобождая впитанную энергию. Так что опасаться точно не стоит.
Я кивнул и углубился в чтение.
Боги! Как же хорошо! Мой рот непроизвольно растянулся до ушей от осознания, что сейчас (впервые с ночевки у мастера-зачаровался) мне не нужно никуда бежать, спасаться от теросов, спешно наверстывать упущенное и к чему-то готовиться. Нет, дел всё так же воз и малая тележка. И постоянно приходится быть начеку. Но именно сейчас, в этот момент, я имею полное право просто устроиться с книгой (и отсутствие света мне совершенно не мешает) и наслаждаться спокойствием под неторопливое потрескивание кристаллов, впитывающих испускаемую мной ментальную энергию.
Вот, кстати, вопрос: а как они вообще образовались, если тут такой дефицит ментала? Хотя… Лакуна же в принципе возникает из-за скопления ментальной энергии, что начинает просачиваться в Мир Грез. Так что вопрос снимается.
Углубившись в изучение подарка Марка Моисеевича, должен был признать, что чтиво оказалось весьма и весьма увлекательным.
Помогали и структура подачи информации, таблицы, перекрёстные ссылки. Даже канцелярский слог вызвал у меня всплеск ностальгии. И понимание того, что с частью описанного я уже встретился, а с другой обязательно столкнуть, делало прочитанное ещё интереснее.
Но вернемся к селарину. Выяснить удалось следующее: этот минерал добывается в лакунах в весьма солидных объемах, и из-за своих свойств взаимодействия с ментальной энергией очень цениться Гильдией Охотников, магами и даже промышленниками.
Охотники, что логично, делают из него скрывающие ментал амулеты. Правда, из-за хрупкости и недолговечности материала, получаются они одноразовыми. Зато производят их в огромных масштабах.
Маги активно применяют скрытник в артефакторике, вкладывая в него всевозможные ментальные структуры. Конечно, из-за его проблем с перенасыщением и разрушением амулеты так же не отличаются продолжительным сроком эксплуатации, но над исправлением этих недостатков активно работают.
В промышленности же он используется как эдакий «кристаллический носитель данных», что можно интегрировать в местный аналог ЧПУ. Правда, в имеющейся у меня книге об этом только упоминается. Так что пока непонятно, но нужно будет обязательно изучить этот вопрос по возвращению…
Так, лениво перелистывая страницы и размышляя уже на темы отвлеченные, я и уснул… А когда проснулся, обнаружил, что меня что-то покалывает. Поднявшись, увидел под собой молодую поросль остреньких кристаллов. Оперативно работают.
— Хорошо-то как! — я сладко потянулся, — давненько так хорошо и так крепко не спал!
— И тебе доброе утро! — передо мной из воздуха соткался Алукард. — Кстати, если мне не изменяет память, селарин ещё и как снотворное (и успокоительное) используют. Сновидения ведь — продукт мышления. Впитывая излишки ментального излучения, камень уменьшает эмоциональное напряжение и способствует спокойному, здоровому сну без сновидений.
— Да? Ну и здорово, — подобная информация меня ни капли не расстроила: чистая голова — залог качественного отдыха! А мне сейчас этот самый отдых ой как нужен! Но на будущее нужно будет учитывать этот «усыпляющий» эффект.
Алукард терпеливо наблюдал за моим пробуждением, за тем как я умываюсь в расположенной в углу пещеры каменной чаше с водой.
Не сказать, что в своей чешуйчато-хитиновой форме я нуждался в водных процедурах. Встряхнулся как следует — вот вся налипшая грязь и отвалилась! Но нормально умыться было просто психологически приятно.
— Нужно будет осмотреть это место повнимательнее, — вспомнил я, закончив наводить утренний марафет. — Я вчера вычитал, что в залежах селарина можно встретить «черный мох». Они с этим минералом, по сути, симбионты: мох оттягивает из камней излишки энергии, тем самым стабилизируя их рост и предотвращая преждевременное разрушение.
— Припоминаю, что-то подобное, — кивнул фамильяр, задумчиво почесав подбородок щупальцем. — Он, вроде, ещё в алхимии использовался. И шел за неплохую цену, кстати. Да и нам пригодиться может, если так подумать…
После детального исследования своих новых «владений», следов интересующего нас мха (как и любой другой растительности) обнаружено не было. Ну, да ладно. Сейчас у меня много других планов, помимо экспериментов с зеленью. Например, марафон безудержной и необузданной культивации, а не на часок-другой.
За последнее время я собрал во Вратах Богов (и во Вратах Бахуса) весьма приличное количество энергии, которую вчера, медитируя на природе, не успел израсходовать и на четверть! Так что, раз с сокрытием ментальной энергии мы, наконец, разобрались, то пора бы и потратить накопленное с пользой.
В итоге в культаторском-ведочитательском угаре я провел почти два дня, прерываясь только на сон и переключаясь с одной Веды на другую. Чтобы чересчур не перенапрягать одни и те же зоны энергетической системы.
И результат не заставил себя ждать! Уже к середине вторых суток я таки пробился на шестнадцатый уровень. Из-за особенностей формирования процесса потратил на это куда больше ресурсов, чем планировал.
Но тут нужно сказать спасибо Алукарду. Он умудрился разогнать нашу циркуляцию так, что мы гудели и трещали, словно трансформаторная будка, на всю пещеру. Это дало фантастическую скорость прокачки, зато серьезно порезало КПД, исчерпав наши ресурсы почти в ноль.
— Не беда! — отмахнулся Алукард, — у нас «на улице» сейчас практически бесконечный источник пищи, так что проблем с пополнением запасов не предвидится…
Ещё Алукард попробовал показать мне Среднюю Веду Развития, но воспроизвести её у меня не получилось. Было довольно обидно.