Свобода в подарок (СИ)
Он же выстроил и логическую цепочку действий, благодаря которым Солодухину и снесло крышу. Слишком хорошо изучил в процессе совместной работы, чтобы предугадать его поведение в созданной ситуации. Сильные и слабые стороны, хитрость, азартность. Но даже достаточно точно просчитав его действия, все равно подстраховался. Потому как чем черт не шутит, все может пойти вовсе не по тому сценарию.
Давая последние указания перед началом, Глеб предупреждал, что скорее всего Солодухин войдет в помещение первым, но возможен и другой расклад. В любом случае, объект надо сразу же отсечь от его людей. И делать это мгновенно и ни в коем случае не засветиться.
Этим и объясняется выбор помещений, где планировалась финальная часть операции. Служебное помещение, куда они заманили преследователей было промежуточным тамбуром, в него выходило две двери. Одна из них вели к стеллажам в зоне складирования, другая — в помещения инвентарной и через коридор к внутренним грузовым лифтам.
Основной упор делался на неожиданность и скорость.
Глеб не ошибся в своих предположениях.
* * *
Солодухин значительно облегчил ребятам задачу, влетев в тот тамбур первым. Перед самым носом у него мелькнула мужская спина и скрылась за следующей дверью. Взревев, он рванулся вперед, успел следом, пока дверь еще не закрылась.
В помещении, куда он ворвался, оказалось тусклое освещение. Какая-то инвентарная. Однако осмыслить ничего так и не удалось. потому что его тут же скрутили. Он даже увидеть никого не успел и не понял, как рот и глаза ему залепили клейкой лентой, также, как и руки и ноги. Во мгновение ока грозный преследователь превратился в беспомощную спеленатую мумию.
Игнат с Вадиком занимались главным героем. Задачей Максима в это время было быстро заблокировать внутренние двери, а потом метнуться и заблокировать вход в служебное помещение снаружи. В итоге вся четверка телохранителей, ворвавшаяся туда вслед за шефом, оказалась заперта в тамбуре.
И пока они пытались вырваться, Солодухина в три пары рук очень быстро упаковали в ящик от большого холодильника. А чтобы не дергался, тем самым портя общую картину, скрутили в бараний рог, зафиксировав километрами широкого и отвратительно липкого скотча.
Правда ящик пришлось немного усилить найденными в той же инвентарной листами гипсокатона для сухого пола, видимо, к мелкому ремонту готовились. Ломать те листы пришлось как попало, но сила есть — остальное не так уж важно. Тут не до эстетики, когда время самым чудовищным образом поджимает.
Дальше предстояло погрузить "упакованного" товарища на тележку, спустить грузовым лифтом и подкатить прямо к той стоянке, где их ждал фургон с надписью "Мебель". Меньше чем через минуту фургон вырулил со стоянки и отбыл в неизвестном направлении.
К тому времени четверка телохранителей уже выбралась из заточения и к ним присоединился пятый, тот что сидел в зале, но было поздно. Солодухина простыл и след. На полу в инвентарной валялся тот самый телефонный аппарат, с которого он держал связь, обломки гипсокартона и все. Больше ни-че-го.
Старший над группы сплюнул, зло выматерился, а потом прошипел в сердцах:
— Говорил же я, слишком уж четко себя эта тварь ведет! Надо было сразу догадаться! Бллл**ь!
А теперь оставалось гадать, кто Евгения Петровича похитил, спецслужбы, криминальные конкуренты или господин Адуховский, которому тот хотел дорожку перейти. И никого из них, хранителей тела, за это дело по головке не погладят, а самое неприятное, что им же его теперь и разыскивать.
* * *
Состояние Солодухина было ужасным. Переход от хищника к жертве произошел моментально, он даже не успел испугаться и перестроиться. Однако, когда его совершенно беспомощного потащили куда-то, он испугался по-настоящему. Можно было не прилагать столько усилий, подколоть его транквилизатором, или просто вырубить. Но Глеб настоял, чтобы тот был в сознании. Чтобы полностью прочувствовал все прелести наказания того наказания, что он ему приготовил.
Фургон двигался по городу, постоянно сворачивая и перестраиваясь на случай возможной слежки. Маршрут был запутанным, но имел он вполне конкретную конечную цель. Убедившись, что преследования за ними нет, в какой-то момент сменил курс и сделал остановку на тихой улочке в промышленной окраине.
Два человека вышли из него, один человек с собакой вошел. Фургон тронулся. Те двое быстро пошли в сторону заставленного мусорными контейнерами тупика, где была припаркована неновая и непрезентабельная тойота. Вскоре двигатель завелся и автомобиль выехал в противоположном направлении.
Игнату Мельникову и Максиму Гордиенко, в машине были именно они, предстояло сделать следующее: доложить ситуацию начальству, ибо оно тоже на иголках сидело, и обеспечить безопасность девушки. Неизвестно, как может обернуться, Глеб хоть и выразил твердую уверенность, что эта мера чисто страховочная, но друг понял, так ему будет спокойнее.
Оба явились в Управление, где их ждали с докладом. После Максим Гордиенко остался в красках расписывать, а Игнат, взяв со стоянки свою машину, поехал к Даше. Но, согласно плану Глеба, все должно было закончиться даже раньше, чем он доберется.
* * *
Постепенно стемнело, и наступил поздний вечер, Даша как неприкаянная бродила по квартире, пыталась читать, фильм смотреть какой-то. Все без толку. Буквы сливались, а происходящее на экране просто не отпечатывалось в мозгу. Сашка с ноутбуком сидел в кухне, ему было куда лучше — играл онлайн. Мелкий предатель Брут дрых у него на коленях.
Когда Даша в очередной раз вплыла в кухню в состоянии нервической полупрострации, не утерпел, рявкнул:
— Хорош нервничать! Иди уже, ляг и попробуй спать.
Видя, что она аж зеленая от волнения, смягчился:
— Иди, Даш. Как будут новости, я тебе сразу сообщу.
Она ничего не ответила, только жалостно вздохнула. Саша сделал грозные глаза и доминантским (в его представлении) голосом велел:
— Малинина. Спать.
Несмотря на дикую нервозность, ей стало смешно. Забрала у него сонного Брута, ушла в свою комнату, прилегла. И, как ни странно, заснула.
* * *
А люди Солодухина, подгоняемые справедливым опасением, что их выгонят взашей, после того, как они про***ли шефа, бросились пытаться как-то исправить ситуацию. Искать похищенного все равно что иголку в стоге сена, вернее, еще хуже — в огромном мегаполисе. Однако кое-какие мысли появились.
Аппарат, с которым Солодухин вел контакт. Отследить аппарат, все-таки взять девчонку, а потом обменять их. Сложно, хлопотно, но возможно. Навигатор, забытый впопыхах выдал местонахождение в одном квартала от торгового центра. Вся бригада немедленно рванулась туда.
Когда они добрались до места, телефон действительно был там. Лежал в урне на перекрестке. Как заметил один из них:
— Хорошая мысля приходит опосля. Вот если б сразу…
На что второй, куда более скептически настроенный, ответил:
— Как пить дать, его гэбисты взяли. Считайте, что нам повезло. Поиски надо начинать заново.
Это означало, что придется таки перерыть весь мегаполис.
* * *
В оперативную машину тогда вместо Игната и Максима поднялся Глеб. Обменявшись с ребятами кивком, устроился на сидении, бесшумная Марта на полу рядом с ним. Фургон попетлял еще немного, потом остановился у распахнутых ворот пустого ангара на заброшенной металлобазе. Навстречу им изнутри моргнули фары. Там их уже ждали Надежда с фотографом Васькой Петровым. Тот вызвался поучаствовать сам, не каждый день выпадает возможность поучаствовать в подобном деле. Эксклюзивные снимки. Адреналин. И другу помочь.
Фургон заехал внутрь. Ворота закрылись.
* * *