Свобода в подарок (СИ)
Все равно он почти что живой труп. Но этот труп еще послужит для пользы дела.
Теперь Глеб ехал к бывшему однокашнику. Пробить у него базе данных все звонки, которые делались ему в ближайшее время. И Даше. Он ощущал внутреннее сопротивления, понимая, что отслеживать телефон, значит влезать в ее личную жизнь, из которой его выставили. Вряд ли ей такое понравится, если она узнает. Однако этические соображения вытеснялись соображениями безопасности. Он хотел защитить ее, а простит или не простит… об этом говорить они будут после.
Глеб морщился, вообще-то, ему, будь он на месте Даши, бы точно не понравилось. Теперь-то хорошо было известно, как она реагирует на всяческие умолчания. С другой стороны, спрашивал он себя, как бы она прореагировала, если в первый же день знакомства взять и заявить:
— Знаешь, дорогая, я садист!
Эта мысль вызвала у него кривую улыбку. Представил визг, с которым она бы улепетывала от него, сломя голову. Черный юмор помог взбодриться, но ненадолго.
Потому что она все равно от него ушла, стоило ей узнать.
Господи… как он ненавидел в себе это… как надеялся избавиться. Видать неправильно надеялся.
* * *
Отравленное утро. Сначала позвонил начальник отдела, вызвал на службу, добить какие-то документы. Игнат прекрасно знал, что раньше понедельника оно не востребуется, но шефу виднее. Начальство вообще обладает уникальным чутьем, и как будто знает, когда именно подчиненный позволил себе расслабиться, чтобы помочь ему взбодриться неожиданными вводными. И выходной день не отмазка, а вчерашний день рождения тем более. На маленькие домашние посиделки приглашались только свои, а теперешний шеф Игната и Вадима в число своих никоим боком не входил.
Разумеется, начальство приглашено на завтрашнее официальное дневное мероприятие в ресторан, которое неизменно устраивалось каждым в их отделе. Те мероприятия… Протокольно-безалкогольные-бездушные. Теперешний шеф обожал пасти своих сотрудников.
Но к этому Игнат отнесся философски, вызывают — надо идти, делать туповато-бодрое лицо, выслушивая ценные указания. И постараться справиться как можно быстрее, предстоящая встреча с девушкой и без того занимала все его мысли.
Второй звонок был от Глеба, застал Игната, когда тот ехал на работу.
И вот тут начиналась этическая дилемма. Глеб просил приглядеть за Дашей. На вопрос, отчего бы ему самому не приглядеть, Глеб ответил странно:
— Я этим и занимаюсь.
— Тогда… — начал было ничего так и не понявший Игнат.
— Просто будь рядом с ней.
Тон у Глеба был как обычно ровный, спокойный, но Игнат, хорошо знавший бывшего командира, уловил в сухих интонациях нотку страдания.
— Хорошо, — ответил он, понимая, что большего тот не скажет.
Но счел необходимым отчитаться:
— Я сегодня с ней встречаюсь в час дня. Поговорить.
Ответил Глеб не сразу, прошла минута, прежде чем Игнат услышал:
— Не оставляй ее без внимания.
На этом и отключился, оставив Игната мучиться сомнениями. Впрочем, сомнения постепенно отошли на второй план, вместе с усилиями удовлетворить шефа и вырваться, наконец, на свободу. Теперь он ехал на встречу с девушкой и думал совсем как Наполеон:
— Главное — ввязаться в бой. А там видно будет.
Созвонился с Дашей, подъехал ее забрать и…
Рядом с ней стоял лохматый рослый парень. Каково же было его удивление, когда Даша познакомила их и сообщила, что Саша поедет вместе с ними. Игнат чуть не скривился от досады, но он спокойно произнес:
— Разумеется, — и пригласил обоих в машину.
* * *
Несколько часов работы. Теперь у Глеба на руках были распечатки всех интересовавших его звонков и сообщений. Еще немного связей и удалось выяснить, что они сделаны одним человеком.
Он взглянул на часы, время приближалось к 13:00. Поблагодарил друга, забрал распечатки и вышел. Некоторое время сидел в машине, обдумывая.
Человек этот был Глебу хорошо знаком. Солодухин Евгений Петрович. В бытность его начальником соббеза банка, помог поймать того на многоходовых финансовых махинациях. В результате господин Солодухин вылетел из банковских служащих с треском. Практически волчий билет. Однако тот не пропал, С его талантами оказалось несложно устроиться в теневых структурах, там как раз подобные спецы востребованы.
Насколько Глебу было известно по своим каналам, Солодухин в конечном итоге даже выиграл. Им потом приходилось пару раз встречаться. Возможно, то была бравада, но Евгений Петрович, высказывал шутовскую благодарность, мол, он, Адуховский ему глаза на истинное призвание открыл. Тогда Глеб не придал значения его словам, они разошлись, как в море корабли, взаимно довольные или недовольные друг другом.
Потом, кстати, он пару раз видел Солодухина на разных тусовках, тот открытой враждебности не проявлял. Не трудно догадаться, что все его миролюбие показное, на самом деле Евгений Петрович вполне мог затаиться и просто ждать удобного случая, чтобы отомстить.
Однако слишком уж это изощренно, слишком притянуто…
Солодухин уж скорее заказал бы ему автомобильную катастрофу или, на худой конец, виртуозный обходной маневр, например, оставить его без гроша в кармане. Впрочем, Глебу оставалось только признать, что он недооценил противника. И самое неприятное — выяснить, кто из его ближнего круга слил тому подробности его личной жизни.
Но сейчас Глеб собирался сделать другое.
Позвонил Игнату, выезжая со стоянки. Тот как раз ехал на встречу с Дашей.
— Куда пойдете обедать? — спросил его.
Игнат назвал небольшое кафе в районе вуза, в котором училась Даша.
— Хорошо.
Глеб просил Игната присмотреть за Дашей, он не сомневался в друге. И тем не менее. Пусть Игнат будем рядом с ней, он тоже будет рядом, но на расстоянии.
* * *
Первая реакция Игната на появление Даши «с кузнецом» прошла, он даже слегка развеселился от ситуации. Скрыл улыбку и, обратившись к настороженно молчавшему парню, предложил:
— Саша, не возражаешь, если мы поведем нашу даму обедать в рок-кафе?
— Ээээ… кхе… Нет. Не возражаю, — твердо ответил после некоторого замешательства тот.
Тогда Игнат кивнул и обратился к Даше:
— Дама не возражает?
Дашу слегка задело, что он сначала спросил у Сашки, она скрестила руки на груди и спросила, чуть откинув голову:
— Если джентльмены все уже решили, зачем спрашивать у дамы?
На что Игнат галантно ответил:
— Потому что последнее слово всегда за дамой.
Убедил.
— Не возражает, — проговорила Даша.
* * *
Такой Игнат был ей незнаком, собственно, о знакомстве-то говорить нечего, один раз вместе ели мясо. Но там, у Глеба (не вспоминать о Глебе!) он был совершенно другим. Он казался моложе, дурашливее. Этакий веселый добродушный медведь. Медведь не потому что неповоротливый, просто очень крупный. Даша помнила, ее тогда поразили его руки. Большие, как лопаты, но удивительно ловкие, гибкие пальцы. Умные, что ли.
А теперь он казался старше, вернее, выглядел на свои тридцать. И вел себя совершенно иначе. Уверенный, уравновешенный, ироничный, галантный. Джентльмен, одним словом.
Непрост этот мужчина, ох, непрост…
Пока добирались до того рок-кафе, Игнат завел ни к чему не обязывающий разговор с Сашей. Даша решила не спешить с выводами, а приглядеться, тем более что от него ждала некоей информации.
Честно говоря, ее немного удивил выбор Игната. Не ожидала, что он пригласит их именно туда. Рок-кафе «Квадро» находилось недалеко от вуза, где они учились, и студенты иногда бывали там, но обычно вечером, когда там собирались рокеры. Окунуться в атмосферу, послушать музыку. Даше никогда еще не приходилось бывать тут днем.
Это был довольно большой, хорошо декорированный подвал, оборудованный наподобие зрительно зала с эстрадой в углу, только вместо рядов кресел столики с полукруглыми диванчиками — кабинки. Вдоль одной из стен длинная барная стойка, в нишах разнообразная роковая атрибутика. Ниши были различные по размеру, в одной из них размещалась ударная установка, в другой стоял навороченный Харлей с именной гравировкой, еще в одной на стальном каркасе кожаный прикид, в других тоже что-то знаковое и интресное. По стенам гитары и прочее, и прочее…