Только ты (ЛП)

— Тяжелый случай, — прошептал он.
— Что?
Тристан опустил на меня взгляд, которым, казалось, пытался передать все свои мысли.
— Мы.
Прежде чем я успела осознать, слова сами вырвались из меня:
— Есть мы? — Готовый выскочить из моей комнаты, Тристан запустил пальцы в волосы. — Поговори со мной.
— Что ты хочешь услышать? Что я не могу не думать о тебе, даже когда ты рядом? — выпалил он. Его слова будто ударили меня под дых. — Черт, что я не могу дождаться, когда настанет ночь и я смогу прийти сюда — чего не должен делать — только потому, что люблю смотреть, как ты спишь? — Я остолбенела, а в животе запорхали бабочки. — Что я хочу выбить все дерьмо из Криса и каждого, кто старается приблизиться к тебе, потому что я не отвечаю за свои действия? — Я с трудом проглотила образовавшийся в горле комок. — И что меня до чертиков пугает тот факт, что за тобой устроена охота?
Мои ноги подкосились одновременно от того, что его слова меня и испугали, и обрадовали.
— Я думала, ты меня терпеть не можешь.
— Я терпеть не мог, как ты ведешь себя здесь. — Он положил ладонь на грудь. — И между нами ничего не получится, потому что это сплошное безумие.
Я пропустила его слова мимо ушей и, подойдя к нему, обняла за шею.
— Тристан, замолчи.
Я притянула его к себе и запечатлела на губах поцелуй. Теперь точно не позволю ему отстраниться от меня. Подтолкнула его к кровати и, отпрянув от его губ, прислонилась ладонями к груди Тристана, заставляя его опуститься на одеяло. Он сел в ожидании моих следующих действий. Я забралась к нему на колени и заключила его лицо в ладони.
— Тристан, рядом с тобой я чувствую себя в безопасности. — Его веки опустились, будто его пронзила боль от моих слов. — Ты сидел под моей дверью, потому что понимал, как сильно был нужен мне. — Тристан открыл глаза и взглянул на меня. — Потом ты стал оставаться в комнате, потому что понимал, что только твое присутствие, а не что-то другое, успокоит меня. — Губы Тристана дрогнули, моя откровенность озадачила его. — Ты научил меня стрелять, чтобы в случае необходимости я смогла защитить себя. — Он приоткрыл рот, будто собираясь что-то ответить, но вмиг закрыл его. — И если уж быть честной: каждый раз, когда на тебя пялится какая-нибудь девчонка, мне хочется прокричать во все легкие, что ты спишь в моей комнате. — Уголки его губ дрогнули. — Когда ты рядом, я чувствую такое притяжение, какое никогда и ни к кому не испытывала, — продолжила я. — И я пыталась убедить себя, что все это неправда — мы же едва пару минут можем сладить, но это правда, и, по-моему, ты тоже так считаешь.
Он промолчал, однако вместо него заговорили морщинки в уголках глаз.
— Тристан, я хотела, чтобы ты поцеловал меня еще с того момента, как мы столкнулись у мужского туалета. Так что целуй меня.
На его лице появилась ухмылка, которую я вмиг захотела убрать поцелуем.
Мои ладони опустились на его плечи и вернулись на затылок. Запустив пальцы в его волосы, я притянула Тристана к себе. Он не стал сопротивляться и поцеловал меня со всей страстью, выраженной в признанной мне правде. На душе появилась легкость, а тело затряслось, желая его. Я горела желанием соприкоснуться с ним. Почувствовать каждую клеточку его тела. Я изогнулась, почувствовав между ног его стояк, о который не могла не тереться бедрами, пока чувственно целовала Тристана в губы. Страсти накалялись, но я не собиралась — и не хотела — останавливаться. Однако Тристан отстранился от меня. Переводя дух, он пересадил меня на кровать и встал.
В моих висках бил пульс. Он сожалел? Уходил? Продолжая сидеть, я надеялась, что Тристан вновь не оставит меня.
Но нет: он отошел в угол комнаты, потянулся к камере и направил ее к потолку. Обернувшись, Тристан заметил хитрую ухмылку на моем лице.
— Итак, на чем мы остановились?
Он вернулся на кровать и посадил меня к себе на ногу. Его руки скользнули под мою майку. На мне не было бюстгальтера, отчего его большие ладони сразу соприкоснулись с моей кожей, когда я нагнулась ближе и впилась в его губы. Я немела от блаженных прикосновений его пальцев и пыталась впечатать каждое из них в память, желая запомнить момент, когда Тристан признал, что хочет меня.
 
Обычно я никогда не спешила. Не стремилась поскорее снять с себя одежду. Не желала так отчаянно оказаться в чьих-то объятиях. Но эту жажду разогрел Тристан. Я подняла руки, Тристан стянул с меня майку и бросил ее на пол. Я не успела смутиться от своей наготы, потому что Тристан прильнул к моему телу и скользнул языком по соску. Я закрыла глаза, выгнув спину и не веря происходящему. Не веря, что мое тело ожило от прикосновений Тристана. Он проделал то же самое с другим соском.
— Тристан, — прошептала я, запрокидывая назад голову от удовольствия.
— Да?
— Не останавливайся.
Его хриплый смех затих, как только он вновь соприкоснулся губами с соском. Схватив его за плечи, я почувствовала пульсирующие толчки между ног. Тристан снова скользнул языком по соску и нежно прикусил его. Я втянула в себя воздух. Оставив на коже прикосновение своей улыбки, Тристан умерил легкую боль, сладостно облизывая сосок.
Он отстранился от меня и стянул с себя рубашку, под которой была надета майка и наплечная кобура. Тристан отстегнул кобуру и положил ее на стол. Затем снял с себя майку.
Я съедала его взглядом — накаченного и идеального. Мои ладони медленно заскользили по его груди, запоминая каждый выступ, и остановились прямо над его сердцем. Я почувствовала размеренный ритм его сердцебиения.
— Хочу тебя, — выдохнул он, притягивая все мое внимание к своим глазам. — Всю.
Я кивнула, не в силах оторвать от него взгляд.
Он привстал, удерживая меня, развернулся и уложил на кровать. Расстегнув джинсы, Тристан снял их вместе с боксерами, я же загляделась на его обнаженное тело. Не заметить его эрекцию было просто невозможно. Все парни, с которыми я спала, не могли сравниться с голым Тристаном. Каждый мускул его тела казался гранитом. Взглядом я проследила, как он опустил руку и обхватил ладонью свой стояк, не отрывая от меня глаз. Он ухмыльнулся — скорее всего, от моих опьяненных глаз. Тристан разжал ладонь и снял с меня шорты и трусики. Его взгляд обжигал мое обнаженное тело, а виднеющийся в нем голод разжигал пожар внутри меня.
— Не думаю, что неверное решение когда-либо казалось таким правильным.
Тристан оказался надо мной и раздвинул мои ноги коленом.
— По-твоему, это неверное решение? — спросила я, когда он устраивался между моих ног.
— Мягко сказано. — Я вскинула брови. — Плохо, что обратной дороги уже нет, — сказал он и сомкнул свои губы с моими.
Мы целовались не спеша, языки переплелись в медленном опьяняющем танце. Наши обнаженные тела двигались в унисон, как притягиваемые друг к другу магниты. Тристан пошевелил бедрами, и его член уперся между моих ног. Я изогнулась, ощущая резкую необходимость в Тристане. Он снова пошевелил бедрами, и наши тела продолжили свой танец. Поцелуи становились более страстными: языки сплетались, зубы стучали друг о друга — мы терялись во времени. Но я все же нуждалась в Тристане, несмотря на то, что мы пытались продлить тот танец, который танцевали еще с нашей первой встречи. Я хочу его, сейчас же.
Почувствовав мое нетерпение, Тристан оторвался от моих губ и покрыл поцелуями мою шею.
— Только подумай, как будет приятно… — прошептал он, целуя изгиб моей шеи и оставляя на ней блаженное тепло, — когда я возьму тебя.
По всему моему телу пронеслась дрожь от его слов. Я приподняла бедра, но его вес крепко прижимал меня к кровати. Однако Тристан прекрасно понимал, чего я хотела, потому что сам этого желал. Пошевелив бедрами, он крепко прижался ко мне своим членом. Я закатила глаза от невероятно ярких ощущений. Я была готова. Ни к чему в своей жизни еще я не была так готова.
Он потянулся к лежащим на полу джинсам и достал из бумажника фольгированный пакетик, который разорвал зубами. Удерживаясь на боку, Тристан надел презерватив и снова навис надо мной.