Только ты (ЛП)

Я вскинула голову.
— Что вам известно?
Элоди осмотрела помещение, не желая, чтобы кто-либо — в том числе и Марко, стоящий у стены — услышал ее слова.
— Что ты сохнешь по своему телохранителю.
Мои глаза расширились.
Элоди поправила свои очки.
— Убеди меня в обратном.
— Убеждаю, — ответила я.
Но на нее это не подействовало.
— Я видела его возле твоей комнатой.
— И?
— И знаешь ли ты о телохранителях кинозвезд, которые сидят под дверью их комнат?
— Я не кинозвезда, — возразила я.
— Раз уж никому из нас не перепадает…
— Говори за себя, — отрезала Элоди Элис.
Элоди закатила глаза.
— Раз уж мне не перепадает, то кому-то же должно.
— Моя подруга пытается сказать, — перебила ее Элис, — что если под твоей дверью сидит чертовски сексуальный мужчина…
Я закусила нижнюю губу и отвела взгляд, понимая, что из-за пределов комнаты он перебрался в нее.
Элоди укоризненно указала на меня.
— Что ты скрываешь?
— Ничего.
— Рассказывай, — настаивала Элис, наклоняясь все ближе ко мне и явно заражаясь всеобщим настроением. Предательница.
— Возможно, прошлой ночью он сидел в моей комнате.
Они вскинули головы и театрально вздохнули.
— Какого черта? — проскулила Элоди.
— Счастливее тебя я никого не встречала, — бросила Элис.
Раньше мне казалось, что я самая счастливая. Да и отец всегда этому способствовал. Однако после Франции создавалось ощущение, что сама судьба настроена против меня. Черт, все это благодаря тому французу.
— Он точно хочет тебя, — сказала Элоди.
— Он просто следит за моей безопасностью.
Элис закинула в рот еще одно луковое колечко.
— Вот уж не смеши.
***
Около одиннадцати я доделала домашнюю работу, переоделась в пижаму и забралась в кровать. Лежа на боку, я смотрела на дверь и ждала, когда под ней появится тень Тристана. Нужно ли мне будет просить его войти? Будет ли он дожидаться, пока я не начну ходить по комнате? Или просто зайдет?
В голове всплыл наш обеденный разговор с девчонками. Не ошибались ли они насчет моих возможных чувств? В моей жизни все уже шло наперекосяк, и никаких улучшений не предвиделось. Неужели у меня и правда есть чувства к своему телохранителю? Или я просто была ему благодарна за внимательность и честность, которую он проявил — в отличие от остальных, — рассказав о предстоящей угрозе?
После полуночи в комнате раздался легкий стук. Я вылезла из кровати и, подкравшись к двери, прижалась ухом.
— Кресли? — прошептал Тристан.
По коже побежали мурашки. Твою мать.
Я открыла дверь.
Тристан, одетый в шорты и футболку, стоял как вкопанный, не пытаясь зайти в мою комнату.
— Войдешь? — спросила я.
Тристан продолжил стоять в нерешительности.
— Тебе это нужно?
Я не отрывала взгляда от его глаз. Хотел ли он зайти? Или всего лишь шел на это, решив, что я нуждаюсь в его присутствии?
— Не знаю. Наверное, да.
Он сделал шаг вперед, а я отступила.
Сердце бешено заколотилось. Сквозь меня пронеслась волна эмоций и — осмелюсь сказать — страсти. Эти чувства — желание — совершенно не походили на то, что я испытывала к Крису. Здесь было что-то другое. Что-то, с чем я не могла справиться, хотя должна была.
Тристан зашел в комнату и закрыл за собой дверь.
— Ложись.
— Ты это всем девушкам говоришь?
Его взгляд говорил сам за себя: Тристан не расположен к шуткам.
— Извини, — пробормотала я, залезла под одеяло и повернулась к нему лицом.
Сев на стул рядом с моей кроватью, Тристан наклонился вперед, положив руки на колени.
— Ты в порядке? — спросила я.
— Да.
— Ты так не выглядишь.
— А ты не выглядишь спящей. Засыпай.
Я долго лежала с открытыми глазами, наблюдая, как Тристан что-то обдумывает.
Наконец, он перевел на меня взгляд.
— Ты рассказала Марко о моих словах.
— Нельзя было? — спросила я.
Он пожал плечами.
— Ты злишься?
— Почему ты не спишь? — отрезал он.
— Ты же понимаешь, что у тебя раздвоение личности? — Он взглянул на меня. — Есть добрый Тристан. Есть повелительный Тристан. И мой самый нелюбимый — грубый Тристан.
 
— Что же, все три Тристана могут уйти в свою комнату и оставить тебя одну.
Он привстал.
— А еще есть упрямый Тристан. И этот упрямый Тристан может сесть обратно на стул.
Он фыркнул.
— Я не заметила кольца на твоем пальце, — добавила я. — Значит ли это, что ни одной девушке не удалось совладать со всеми четырьмя Тристанами?
— Мне всего лишь двадцать пять.
— Люди женятся в любом возрасте.
— Только сумасшедшие, — возразил он.
Я закатила глаза.
— Почему ты не спишь? — В его голосе явно звучало разочарование.
— Просто ты мне любопытен. Разве в этом есть что-то плохое? Мы вместе проводим время. Вот я и хочу узнать больше о тебе.
Он закрыл глаза и глубоко вздохнул.
Я его раздражала? Или он жалел о решении сидеть в моей комнате?
Когда он открыл глаза, в них виднелся проблеск уступки. Тристан вздохнул.
— Что ты хочешь знать?
Черт. Я и предположить не могла, что он так легко согласится. Спросить ли о его девушке? Спросить ли о месте, где он вырос? Или спросить планирует ли он всю жизнь работать телохранителем?
— Ты играешь в боулинг? — выпалила я.
Тристан вскинул брови, удивленный вопросом не меньше меня.
— Играю ли я в боулинг?
— Полноправный вопрос.
Он фыркнул от смеха.
— Не знаю. Если приходится.
— Принято к сведению.
Я повернулась на другой бок и закрыла глаза.
Пусть я и не узнала что-то стоящее, зато заставила рассмеяться Тристана Стоуна, отчего мне стало очень приятно.
***
— Нет… хватит… пожалуйста… нет…
Я распахнула глаза — из сна меня вытянули слова Тристана.
Опустив голову, он спал на стуле, говоря во сне.
— Пожалуйста… не…
Я замерла, не зная, что делать. Ему снился кошмар. Страшный кошмар. Мое сердце пронзили его исказившееся от боли лицо и отчаянно произносимые слова. Мне редко доводилось видеть, как он проявляет слабость, но сейчас я даже не могла ясно мыслить при взгляде на ранимую часть его души. Я встала с кровати и осторожно — чтобы не напугать Тристана — на цыпочках подошла к нему. Опустившись перед ним на колени, нежно положила руки на его ноги.
— Тристан? — прошептала я.
Он распахнул глаза и схватился за ту часть футболки, под которой находился пистолет.
— Нет! Ты в порядке. Все в порядке. Это был всего лишь сон, — заверила я, хотя у самой сердце вот-вот выпрыгнуло бы из груди.
Он несколько раз моргнул, словно выходя из транса.
— Это был всего лишь сон, — повторила я. Черт, он мог застрелить меня.
— Твою мать, — прорычал Тристан и вскочил на ноги.
От его внезапных движений я упала на попу, а он даже не подумал помочь мне. Вместо этого запустил пальцы в волосы и принялся расхаживать по комнате.
— Как долго я спал?
Я поднялась с пола и взяла лежащий на столе телефон.
— Несколько часов. Сейчас три.
— Твою мать.
— По-моему, тебе снился кошмар, — добавила я, усаживаясь на кровать в надежде, что он расскажет мне о своем сне.
Намеренно не смотря на меня, он пошел к двери.
— Посижу там.
Он повернул дверную ручку.
— Тристан?
Он замер перед еще закрытой дверью, но все же не обернулся.
— Я рядом, если тебе что-то нужно.
Затем потряс головой, пробормотав что-то себе под нос, рывком открыл дверь и вышел в коридор. Разразившийся на улице гром слился со зловещим хлопком двери, за которой я осталась одна.
Я не отводила взгляда от двери, под которой виднелась тень Тристана. Во всяком случае, он рядом.
Я осознавала, как стыдно ему было. Тристан же грозный телохранитель. Ему не могли сниться кошмары. Ему нельзя показывать слабость. Но разве он не понимал, что я увидела часть его души? Нас всех преследуют свои демоны, но они нас не определяют.