Мой порочный Новый Год (СИ)

— Я беременна, милый… родной… так люблю тебя! — пытается поцеловать.
Ложь!
— Хватит ломать комедию! — пытаюсь скинуть её с себя.
Мне неприятны касания девушки, которая трахалась с моим другом в моей же постели.
— Это твой малыш! Ребеночек, понимаешь? Маленький! Между нами все склеится благодаря ему. Ты же так хотел стать отцом! — она липнет, как банный лист.
А я вдруг начинаю чувствовать жжение между лопаток. С силой отталкиваю бывшую. Она невинно хлопает ресницами, корчит жертву. Нет уж, дорогая, со мной не прокатит.
— Оставь меня, Леся! Не знаю, чей это ребенок, но на меня ты его не повесишь! Мы с тобой всегда предохранялись, я следил за этим.
— Как ты… — она обнимает себя руками, — как смеешь обвинять меня?!
Я знаю этот тон. Леська готовится устроить громкую истерику. Мне нужно обрубить это дерьмо на подходе, иначе потом эту девчонку не остановить. Научен горьким опытом.
— Может, Ваня на твою актерскую игру и купился. Но я люблю другую девушку! И ни на кого её не променяю! Уезжай и будь счастлива.
Её глаза становятся огромными, наливаются новой порцией слёз. Начинаю злиться.
— Эй! — слышу яростный голосок со стороны входа, — ты кто вообще и что забыла рядом с моим мужчиной?
Охреневаю. Моя маленькая воительница! Аня подлетает к нам, глаза сверкают яростью. Крошечная, но она не боится. Приобнимаю своего боевого помпончика. На сердце сразу становится тепло и уютно.
— Кто это?! Лёша… КТО ЭТО?! — верещит Леська.
Дверь приоткрывается, внутрь вваливаются Дрон, несколько постояльцев и довольная собой Машка. Аня крепко держит меня за руку.
— Я девушка Лёши, а ты кто? — фыркает малышка.
— Это я его девушка! — брызжет слюной Олеська.
— Бывшая, — вставляю важную ремарку.
— Как тебе не стыдно? — качает своей прекрасной головой помпончик, — унижаться, пытаться обмануть мужчину, который охладел к тебе… позорище…
Леська таращится на Аню. Та цокает языком.
— Шла бы себе дальше по жизни, но неееет… тебе нужно вернуть его. Хотя ты сама предала! И бросила! Что это, как не эгоизм и равнодушие? Лёша тебе не игрушка!
— Это не так…
— Разве? — выгибаю бровь.
— Ты изменила самому лучшему мужчине на свете! Лёша любящий, внимательный, добрый. Он потрясающий! — выпаливает Аня, — и, в отличие от тебя, я это ценю! Он мой! Так что уходи, пока я твои крашеные патлы не повырывала!
Ого! Мне пиздец как приятно это слышать. Леська поджимает губы.
— И ты любишь её? Ради этого недоразумения готов забыть всё то, что было между нами?! — визжит она.
— А что было? — хмыкаю, — постоянные скандалы? Твои претензии, что я много работаю? Нытье, манипуляции? Нет уж, Лесь, хватит с меня этого дерьма. Сейчас я понял, что такое любить и быть любимым.
Прижимаю малышку Аню к себе так крепко, как могу. Чувствую стук её смелого и любящего сердечка. Люблю! Обожаю!
— И я никогда не променяю Аню даже на тысячу таких, как ты. Уезжай.
Внезапно осознаю, что наши пламенные речи слышали все «Петушки». Люди начинают хлопать, кто-то даже всплакнул. Офигеть! Дрон с одобрением глядит на меня.
Верно, я свой выбор сделал. В этот раз он правильный. Но пока я предаюсь счастливым мыслям, Аня вдруг оседает в моих руках. И теряет сознание…
Андрей
Развернувшееся передо мной зрелище в очередной раз доказывает, что Аня — боец. И мы действительно важны для неё. Приятно, чёрт возьми! Даже несмотря на то, что она говорит приятности моему другу.
Я четко ощущаю, что её чувства для нас обоих. У Анечки огромное сердце.
И когда она падает в обморок, вся компания, наблюдающая за этой драмой, дружно ахает. Тут и Валерон, и его мать, и Лена с парнем, который даже оторвался от мобилы.
Бегу к Анютке. Лёха берет её на руки. Держит, словно самое большое и важное сокровище.
— Что с ней?! — подлетаю.
Малышка вся бледная. Губы сухие, ресницы подрагивают.
— Врача! — командую, и друг Лёши Олег хватает мобилу.
Мы кладём ее на мягкий диванчик, садимся рядом по обе стороны. Плевать, как это выглядит, мы оба её любим. А зашоренные товарищи в белых пальто пусть идут лесом. Но вопреки всему, люди смотрят без осуждения, а с сочувствием.
 
Леськи уже и след простыл. Жаль, я бы с ней побеседовал. Кладу ладонь на нежную щёчку Анечки.
— Что с ней случилось?
— Не знаю… — напряженно тянет друг, — она была в порядке, потом пошатнулась и вот. Надеюсь, всё в порядке.
— Вызвал врачей, — к нам подходит Олег, но Лёха яростно подскакивает и подлетает к мужчине.
— Что… — блеет тот, но кулак друга впечатывается в его лицо, — ЭЙ!
— Еще раз влезешь в чужую жизнь и начнешь, сука, примерять на себя роль купидона, все зубы выбью… это ясно?!
— ДА! — орет тот, — ты чего дерешься?
— Нахуя ты Леську позвал?! — рычит друг.
— Я не звал, — растерянно говорит Олег, — она позвонила. Плакала… сказала, что ребенка ждет. Что мне было делать?
— И тебя отманипулировали, — улыбаюсь, — Лёх, остынь.
Приезжает врач. Расталкивает скопившуюся толпу, выгоняет всех прочь из комнаты. Нас тоже. Все расходятся, только Валерон топчется рядом.
— Ты чего здесь? — хмурюсь.
— Ну это… типа… с Аней всё хорошо будет! — и бежит к такси, где вовсю командует его маман.
— Так, мужчины, — выходит деловая врачиха, — заходите.
Мы, как шкодливые коты, заходим внутрь. Анечка сидит на диванчике, сжимает в руках какие-то штуки. Подхожу ближе. Вижу тесты на беременность.
— У вашей девушки здоровье слабое, — с укоризной говорит врач, — не заставляйте её нервничать.
— Спасибо вам! — Аня улыбается, щечки уже розовые, ей явно лучше.
— Не за что. Ты как приедешь, обязательно купи препараты, что я прописала, проверься и встань на учёт. Симптомы характерные, но слишком рано проявились. Нужно убедиться и исключить проблемы с иммунитетом и другие заболевания.
— Что? — таращим глаза, — беременность?
Врачиха цокает языком.
— С наступившим, папаши, — ухмыляется, — что же не бережете девочку? Взрослые такие мужики. Не стыдно?
— Очень стыдно, — блеет Лёха.
— Впредь будьте внимательнее. Устроили ей стресс! — закончив нас отчитывать, врачиха уезжает.
— Аня? — садимся рядом с ней.
Она краснеет, опускает взгляд. Такая скромняжка, милашка. Взмахивает пушистыми ресницами.
— Возможно, я беременна, — бормочет.
— Я хочу знать сейчас! — выпаливает друг, — если вы поедете к Дрону, я же не доживу! Ань! Пожалуйста!
— Хорошо. Подождите меня, — лепечет.
— Если ты не хочешь, не нужно, — рычу, гневно глядя на друга, — потерпит, не рассыпется.
— Нет, нет! Я тоже хочу знать, — малышка убегает.
Время тянется бесконечно долго.
— Я уже сумки в машину засунул, — говорю тихо.
— Угу…
Молчим.
— И медведя усадил. На заднее сиденье.
— Угу…
Еще порция молчания. Напряжение зашкаливает. Я никогда не думал, что буду так переживать, когда моя девушка делает тест на беременность. Гляжу на часы. Секунды еле-еле идут, натягивая мои нервы до предела.
— Тачку заново разогревать нужно, чтобы Аня не замерзла.
— Понял…
Девочка возвращается, спешит к нам. Вся взволнованная. Держит в лапках два теста. Молча показывает. Две полоски на обоих. Блядь! Тут меня прорывает.
— Иди ко мне, — притягиваю малышку, обнимаю, глажу, — моя хорошая. Анютка…
— Блядь, и ко мне! — Лёха тянет к себе.
Она стоит, мы жмемся к ней. Девочка зарывается пальчиками в наши волосы, стягивает. Кайф!
— Ты беременна, — выдыхаю, — никогда не думал, что скажу это, но… я пиздец счастлив!
— И я! — лыбится Лёха.
— Мальчики… это правда? Вы не обманываете? Мы неделю знакомы и…
— Нет. Тебя никогда, малышка, — встаю, целую её в розовые губки.
Таким сладким наш поцелуй ещё не был.
— Надо будет узнать, от кого, — хмурится Лёха.
— Зачем?
— Чтобы потом своего требовать, — ухмыляется.