Я тебя нагадала
– Он занимает высокую должность, Софья, ответственную. Вполне естественно, что время от времени ему приходится задерживаться на работе.
– А запах женских духов и помада на рубашке – тоже вещи вполне естественные? – с сарказмом спросила Соня.
Свекровь долго молчала, а потом сказала:
– Что ж, он мужчина, а мужчины, как известно, существа полигамные…
Соня встала с места и, с опаской покосившись на подставку для ножей, прислонилась к разделочному столу, скрестив руки на груди.
– Лидия Васильевна, зачем вы здесь? Чтобы уговорить меня не разводиться с вашим сыном? Вам-то что от этого? Я ведь не слепая, знаю, что ни вы, ни Илья Андреевич никогда меня не жаловали.
Свекровь оторвала взгляд от чашки и посмотрела на Соню.
– Ладно, я буду откровенной. Мы действительно тебя никогда не любили, считая не ровней нашему Вадиму. Знаешь, ведь до тебя у него была девушка, Катерина. Из хорошей семьи, образованная. Мы были уверены, что они с Вадимом поженятся.
«Не та ли это коллега Катерина, с которой он всю ночь так усердно трудился», – подумалось Соне.
– Ну а потом эта твоя беременность, – продолжила свекровь, – и Вадиму пришлось жениться на тебе. Все-таки он у меня не подлец, воспитали мы его хорошо. Жаль, конечно, что выкидыш не случился пораньше, тогда бы жениться ему не пришлось.
– Вам не стыдно? – Соня смотрела на свекровь с отвращением. – Как вы можете такое говорить, вы же тоже женщина!
– Давай только не будем здесь разыгрывать вселенской трагедии, – фыркнула свекровь. – Что теперь прошлое ворошить? Сейчас о другом думать надо.
– Не о чем тут думать, – резко бросила Соня. – Разведемся – и дело с концом, а там пусть ваш хорошо воспитанный Вадим женится хоть на Кате, хоть на Маше, хоть на всех сразу.
– Не получится, – вздохнула свекровь и добавила примирительно: – Выслушай меня, Софья, без эмоций. Я понимаю, неприятно осознавать, что у мужа есть другая женщина, что чувства поостыли, да и вообще… Но, как ты знаешь, у Вадима впереди большая карьера. Совсем скоро он может стать не просто сотрудником фирмы, а полноценным партнером. Это его цель, мечта, если хочешь. Это очень важный шаг и задел на прекрасное будущее.
– Я не понимаю, какое отношение его карьера имеет к развалившейся семье?
– Самое прямое. Видишь ли, господин Царев, основатель фирмы, где работает Вадим, консервативен и считает, что человек, не сумевший наладить семейную жизнь, вряд ли сможет оказаться надежным партнером. Его не столько волнуют денежные вливания в его фирму, которые может сделать Вадим, сколько репутация. Если Вадим сейчас разведется с тобой, то партнерства ему не видать, понимаешь? – Соня хмурилась, а свекровь продолжала: – А потому я тебя прошу: подожди еще чуть-чуть с разводом. Дай Вадиму хорошенько встать на ноги, а уж когда все устаканится, делай как знаешь.
– Подождать? – с содроганием в голосе спросила Соня, чувствуя, как под напором свекрови, голос который будто обволакивал Соню, лишая силы воли, она теряет появившуюся было решительность. – И сколько же, вы хотите, чтобы я ждала?
– Вадим говорит, что Царев вскоре намеревается пересматривать дела своей фирмы, будет привлекать новых людей и где-то через пять-шесть месяцев собирается предложить Вадиму партнерство. Он почти прямым текстом обещал это. Ну а там еще полгодика и можно будет потихоньку развестись. Там-то уж Царев не сможет ничего Вадиму возразить, он же внесет свою долю в развитие… Ну, я в этих делах плохо разбираюсь, Вадим тебе лучше расскажет.
– То есть вы предлагаете мне подождать еще год?
– Да, Софья, примерно так, а может, и того меньше. – Свекровь поднялась, подошла к Соне, положила руки ей на плечи, сжала их и, улыбнувшись, сказала, заглядывая в глаза: – Ну же, Софья, мы с тобой хоть особо и не ладили, но ты всегда была девушкой разумной, этого не отнять. Ты должна поддержать Вадима на таком важном этапе в его карьере. Он столько для тебя сделал, а ты для него что? Ты должна хоть раз в жизни помочь ему. Договорились? Помнишь, какие у него планы были до вашей свадьбы? Ведь он мечтал свое дело открыть. А тут ты и твоя беременность. Все насмарку. И вот – новый шанс, который упускать нельзя. Ведь не сломаешь же ты ему карьеру второй раз.
– Я ничего ему не ломала… – проблеяла Соня. Взгляд свекрови приковывал к себе, Лидия Васильевна смотрела пристально, будто вгрызаясь в Сонино нутро. От этого у Сони повело голову, все затуманилось вокруг, на виски давило, и ее даже качнуло.
– Соня, будь честна хотя бы перед самой собой: если бы не ты, Вадим давно бы открыл собственную фирму, – вкрадчиво говорила Лидия Васильевна. – Ты ему должна, так что, прошу тебя, повремени с разводом, а там глядишь – и все наладится.
– Я… Я не знаю, – пытаясь найти последние пути к отступлению, пробормотала Соня.
– Подумай, ладно? А потом, через годик-другой, если все-таки надумаешь разводиться, Вадим обязательно тебя отблагодарит как следует. Я уж позабочусь. Ну, договорились? – улыбнулась свекровь.
– Я подумаю, – кивнула Соня.
– Вот и умница.
Когда дверь за свекровью закрылась, Соня почувствовала, будто морок отступил, и по спине скатилась капелька пота. А еще ей показалось, что ее только что купили.
Глава 6
В тот день Вадим вернулся домой поздно. Соня сделала вид, что спит, когда он вошёл в супружескую спальню и лёг на свою половину кровати. Она провела весь день в метаниях, размышляя над просьбой свекрови. К вечеру ей даже стало казаться, что она сможет скрепя сердце подождать эти несколько месяцев, пока Вадим не получит партнёрства, чтобы не портить ему репутацию и открывающиеся перспективы. Но когда под мужем промялась кровать, когда он потянул на себя одеяло, Соня мысленно поежилась. Неужели они будут и дальше делать вид, что все в порядке? Он будет вот так вечерами ложиться рядом с ней после того, как вернётся от любовницы? Будет по-прежнему критиковать её кулинарные таланты? И она будет это терпеть? Ради чего? Она и так уже слишком давно притворялась, что ничего не понимает.
Так ничего и не решив, Соня уснула лишь к утру, а на следующий день проспала. Впервые в их супружеской жизни, между прочим. Раньше она всегда вставала рано, чтобы успеть приготовить Вадиму завтрак и сварить кофе. Изо дня в день на протяжении нескольких лет. А он воспринимал это как должное.
Когда Соня открыла глаза, то увидела на циферблате часов, что стрелки показывают начало девятого. Первая мысль была: «Как же Вадим без завтрака уедет?» А потом её оглушило осознание, что ещё вчера утром она была намерена развестись.
Соня встала, накинула длинный бирюзовый халат из плотного шелка и уже собралась отправиться в ванную, как услышала приглушённый голос мужа. Значит, он ещё дома. Тихонечко приоткрыв дверь, Соня прислушалась – Вадим разговаривал с кем-то по телефону. Подумав, что подслушивать нехорошо, Соня открыла было дверь сильнее и шагнула в небольшой коридорчик, чтобы проскользнуть в ванную, но замерла.
– Да куда она денется? – донёсся до неё уверенный голос мужа. – Мать её вчера уговорила. Думаю, пару недель нам не надо встречаться, Катюш. Да. Я сделаю вид, что раскаиваюсь, чтобы эта овечка успокоилась и не испортила мне все планы. Развод мне точно сейчас ни к чему, сама знаешь. Царев узнает – даже разговаривать со мной не станет. Консервативный старый козел! – Чем больше он говорил, тем глуше стучало у Сони сердце, подпрыгивая до самого горла. – Ну, потерпи, малыш, ты же знаешь, что я только тебя люблю.
Соня вдруг четко осознала, что муж прав: она и правда овечка. Глупая, доверчивая овца, которая все эти годы верила ему и преданно любила. А ещё осознала: не покончит с этим прямо сейчас – сойдёт с ума.
– Ну, давай, котик, я сам позвоню, – закончил Вадим разговор и послал в телефон смачный поцелуй.
Только тут он заметил Соню, которая, больше не таясь, стояла в дверях кухни, прислонившись к косяку. Он замер, растерянно уставившись на нее.