Мои неотразимые гадюки. Книга 3 (СИ)
Могучая затрещина Радгара вбила обратно в глотку обиженного похабника откровение о неиспробованных им лично, но грозных сексуальных извращениях. Чедом поперхнулся. Вытаращенные глаза обобранного богатыря метали громы с молниями. Глыба, непонимающе поквакивая, попытался выяснить причину бучи у задыхающегося от смеха друга. Длинная зубастая морда попыталась поддеть подбородок сложившегося пополам Радгара. И тот завалился набок, подвывая и утирая слезы.
Мамонт тоже недоумевал и доискивался ответа у нетерпеливо топчущегося Глыбы. Радгар отскрёб себя от земли и повис на морде Глыбы. Обхватил её двумя руками и уткнулся лбом в бронированную щёку. Участвующая в комедии Даслана глубокомысленно разглядывала безоблачное небо, преувеличенно высоко задрав голову. А Чедом, сжав зубы и кулаки, уже готовился к нападению на тупую свинью, возомнившую себя эпическим защитником людей от их собственной добычи.
Первое нелепое выступление в роли спасителей – это ещё можно понять. Инстинкты и всё такое. Молодого, но уже вошедшего в силу кабанчика Чедом присмотрел ещё на подходе к месту схватки. Здоровенный граг превосходно подходил на роль Сивки-бурки для крутого удальца – другого такого в целом свете не найти! Будущий водитель танка даже не оценил толком экстерьер добычи, как Мамонт с Тараном взяли избранника в клещи. Армы, конечно, молодцы и всё такое. Но, по мнению Чедома, слишком увлекаются единоборством, бросая свой транспорт без присмотра. А тот и сам не дурак кого-нибудь прирезать.
Короче, насколько понял Дон, Чедом только успел распахнуть рот – погромче гаркнуть – как его драгоценному избраннику вспороли бок. Даже хвалёное колдовство щупа не поспело за нападающей с визгом парочкой – за что досталось и Даслане. Которая, кстати, была поразительно терпелива и кротка. Тут богатырю Чедомушке конкретно свезло: на щупа лучше не гавкать, дабы гавкалка в кишки не провалилась. Даслана глянула на своего манипулятора и равнодушно пожала плечами, дескать, не нравится, могу вообще всё бросить. Сами возитесь с вашими дурацкими грагами. И тут же выполнила немую угрозу: развернулась и гордой лебедью заскользила к своему любимому, занявшемуся похоронами.
Во второй раз Чедом попытался опередить старательных мерзавцев. Мужик аж застонал, когда Мамонт, как нарочно, с ходу врезался в бок сородича, предназначенного для охомутания. А ведь Гнер с Гобом постарались взять за рога дебилов с нечеловеческим размахом охотничьего азарта. Армы из шкур повылазили, пытаясь удержать своих питомцев в момент драки с чужими. Гоб чуть не поплатился, отвлекаясь на пустяки – Гнер буквально выдернул его из-под разверстой пасти. И буквально взорвался, ибо нечего отвлекаться на всякую хрень, когда война – прокомментировал его праведный гнев «системник».
Согласен – машинально поддержал всех подряд Дон. И осмотрел грага, предназначенного в систему на пару с Чедомом. Дон не уточнял, но по роже утирающего слёзы Радгара и так всё понятно: система заполучит троицу сопровождающих в полном составе. Прямо, хоть в Черногорье не показывайся. Трёх богатырей колдуны сманили – ах-ах-ах!
– Не смешно, – проскрежетал зубами Чедом и плюхнулся на землю: – Радгар, забрал бы ты… этих ваших и валил куда подальше. Хватит с меня вашей заботы. Или я буду искать себе кабана в одиночку, – набычился богатырь. – Пусть уж меня лучше сожрут, чем выставят скоморохом.
– Я вам не мешаю? – насмешливо осведомился манипулятор у черногорцев.
– Только тебя и ждали! – поднял руки Радгар, давясь остатками недовыкатившегося смеха. – Всё, уходим. Глыба, конец гулянке. Пошли, братец. Нас здесь больше не любят.
Накрепко сомкнув разъезжающие в ухмылке губы, он ухватил свой бронетранспортёр за ухо. Тот удивился нечаянной ласке, но безропотно подчинился несправедливому изгнанию. Мамонта несправедливо изгнал сам манипулятор, надавив на мозги. Гигант обиженно квакнул, укоризненно мотнул башкой, развернулся – чуть не сметя обидчика – и потрусил туда, где его любят и ценят. Дон представлял, как насущно необходимо Гнеру участие в похоронах его танка. Дежурное злорадство поставило галочку в списке «борьба с армами за самоопределение манипулятора».
«Системник» засуетился: у него тут бесхозный транспорт торчит – весь такой деревянный да неохваченный – а манипулятор фигнёй мается.
– Весь день псу под хвост, – с лёгким раздражением объявил Дон и скомандовал Чедому: – Вставай! Чего расселся? Тебе кабан нужен?
– Отчего ж не нужен? – насторожился этот Никита Кожемяка.
– Тогда не трать моё время, – грозно нахмурился манипулятор.
И запустил процесс внедрения в свеже выдраенный мозг зверя дежурной программы управления. Граг шевельнулся, шумно сипло выдохнул и рухнул на задницу, смешно раскорячив задние ноги. Чедом мигом бросил выпендриваться, подскочил и сунулся к кабану:
– Э! Ты мне его не попорть, гляди!
«Барбос» не слишком разобрался: угроза это или неудачная шутка. Да и не собирался разбираться: дал невеже по мозгам в целях профилактики и угомонился с чувством выполненного долга. Чедомушка пал на колени и ввинтился шибко умной башкой в землю. На его громкий надрывный вой обернулись все – кто бы где и чем не занимался. Так же дружно все оценили размах карательной операции манипулятора и… продолжили заниматься своими делами. Манипулятор зазря шашкой махать не станет – это аксиома. А посвящённые вообще были уверены, что внешняя оболочка манипулятора в заложниках у собственной башки – та рулит всегда, однозначно и бесспорно. Так что, с Дона какой спрос?
Процесс одомашнивания дикого транспорта, между тем, шёл своим чередом. И молодой, но уже почти матёрый секач вполне удовлетворял претензиям «системника» на чистоту арийского экстерьера с повадками. Поначалу всё шло гладко: кандидат в домашние питомцы прошёл тесты на пригодность, непригодность и баланс между обоими факторами. Коды оперативного управления влетали в его башку и укладывались по местам. Но тут на экспериментальном полигоне появилась пара неразлучников: Мурка с хахалем. Вслед за ними притащился старый мрачник с иронично скорченной мордой. Наглый кошак вместо хлеба насущного в виде неподвижного грага обратился к зрелищу, разворачивающемуся будто специально для него.
Публика – по доносу «системника» - ожидала, что раздосадованный манипулятор наподдаст наглецу под зад, попрощавшись с ним быстро и бескровно. На вопросы с подначками никто не отважился – никому не улыбалось корчиться на земле в ожидании трепанации чувств. Дон, по общему мнению, злодеем не был и должностными привилегиями не злоупотреблял. А вот его «барбосу» явно не доставало собственных мозгов, хотя в чужих гадёныш торчал по самые уши. Так что зрители продолжали молча любоваться зрелищем с ощущением бессмысленности привычного действия в местных условиях.
Тигр, начисто забыв о цели, с какой сюда приблудился – если такая вообще существовала – залёг рядом со сценой, на которой нервничал граг. Кошак мешал «системнику» работать. Но Дон и сам помирал от любопытства, а потому запретил «барбосу» лезть с его инквизиторскими инициативами. Мрачник же не сводил вдумчивого взгляда с опасного, но притягательного двуногого – с манипулятора собственной персоной. На остальных старый экспериментатор плевал с неподражаемым самомнением обладателя всех известных природе преимуществ. Насторожившиеся армы ещё немножко постояли в состоянии готовности номер один. А потом плюнули и продолжили заниматься собственными делами с видом побеждённых обстоятельствами победителей.
И вот, наконец, процесс завершился ожидаемой победой науки над личностью мутанта: граг приобщился к цивилизации и встрепенулся. Чедом сиял надраенной монетой с ликом оголтелой мамаши, свято убеждённой во всех тридцати трёх талантах своего отпрыска. Его приобщение к системе тоже прошло гладко, так что рачительный приобретатель и приобщитель «системник» также сиял – по-своему.
Громадный секач, в глазах которого поблёскивал пробудившийся разум, внимательно разглядывал своего напарника-водителя и что-то обдумывал. Прям, будто приценивался к доставшемуся ему двуногому, вторгшемуся в личную кабанью жизнь. Лэти, как подкралась к их тёплой разномастной компании, так и прилипла к подопытным. Перехватила у манипулятора инициативу и занялась образовавшейся парочкой с видом важной пацанки, надзирающей за голопопой малышней. По её приказу Чедом лапал Богатыря – как все немедленно узнали – за разные места, приучая танк к своим визуальным и прочим параметрам. Черногорский богатырь из кожи лез в новом необычном ученичестве, обещающем избавление от множества проблем в будущем.