Мои неотразимые гадюки. Книга 3 (СИ)

В сознание протёк коктейль из дикой ненависти и жуткого страха. Поганец «эрудит» решил на практике объяснить биологической половине манипулятора, что его сантименты просто бред. От коктейля щупа не просто мутило – выворачивало в собственном неконтролируемом ужасе. Тот длился пару секунд, но Дону хватило, чтобы захлебнуться своими интеллигентскими соплями. Женщина была не просто неадекватна – опасно и решительно настроена в своей жажде убивать. Эта идея являлась стержнем её расхристанной психики, без которого та психика давно бы рассыпалась прахом. В систему не пригоден – выдал до нелепого ненужную оценку «системник». Тётка и для обычной-то жизни абсолютно не пригодна, а он тут о системе толкует. Сам ты псих – обругал Дон блок защиты системы и ему чуток полегчало.
К тому же «эрудит», как всегда вовремя, подсунул ему выдержку из речи Драгомии. Дескать, щупы Утробы стали как бы хранительницами ненужных людям опасных знаний. Утверждение спорное, ну, да это неважно. А важно то, что эти самые хранительницы спятили. Значит, они должны уйти, и они уйдут – резала Драгомия чудовищную правду, словно булку к обеду нарезала.
То, что произошло дальше, смоталось в один рычащий, визжащий ком, прокатившийся где-то впереди. Бегемот с перепуга встал столбом, и манипулятор всё-таки навернулся с обормота. Хотя и сам хорош: нашёл, где предаваться размышлениям. Совсем опупел от великого ума.
 Дон поднялся, морщась от боли в левой ноге – кажется, потянул. Левый бок вообще весь саднило, ибо на него и пришлась экстренная посадка. Бегемот сидел на заднице и виновато лупал упрямыми глазками, мол, режь меня, но дальше я не пойду. Обойдёмся – отмахнулся Дон и поковылял к эпицентру криминальных разборок. Как любит повторять «барбос», отправился подвергать психику дестабилизирующему воздействию. А куда деваться, если этот дебил «системник» приказал спешить нестабильного щупа парочке кошаков? Дескать, те бесполезно гнались за добычей из одного лишь любопытства. Манипулятор не терпел, когда объекты системы встревали в процесс бесплодным балластом. Вот и употребил мрачников для пользы дела. Науськал их на грага под задницей слетевшего с катушек щупа. Это человечину кошки не жрут, а свинину обожают. Так что свинина уже испустила дух, а щуп вот-вот отправится следом.
Дона эта инфа подстегнула так, что он сам обалдел. Что его зацепило? Скорей всего то, что женщина ещё жива. Помогли называется! Один чёрт придётся всё делать самому. Верней, не самому, но присутствовать. Просто паскудство какое-то – мысленно взвыл он, доковыляв до расковыривающих броню кошек. Бес, было, недовольно заурчал при виде человечка, который припёрся к обеду незваным. Однако Мурыська его осадила, дескать, не лезь на рожон, пока усы не повыдергали. Манипулятор её ментально приголубил и подтащился к объекту «нестабильный во всех отношениях щуп».
Странно, Драгомия ей в матери годится, а выглядит значительно лучше. Даже моложе – занимался фигнёй Дон, стоя над умирающей женщиной и не зная, что делать. На её тонких изломанных немым воплем губах пузырилась розовая пена. Значит, повреждены лёгкие – припомнил Дон кое-что из киношной медицины. Гадина натурально шипела в попытке его обругать – уровень агрессии по заверениям «системника» никак не спадал. Она умирала, но думала не об этом, а о своей ненависти к нему. Ненависть была лишена конкретики, резонов и берегов. Бессмысленная и беспощадная.
Дон смотрел в красивые выпученные на искажённом лице глаза пожилой женщины и грустил. Не подари ей судьба эту сволочную долю мутанта, могла бы прожить счастливо. Или хотя бы достойно. Или могла бы… Женщина коротко пискнула, дёрнулась, выпучилась ещё страшней и замерла. Кажется, даже не выдохнула, ибо так и не пошевелилась. «Барбос» сделал своё дело спокойно и аккуратно – не зря тренировался держать в узде боевой режим.
Дон, было, переключился на разрешение дилеммы: всё-таки он её убил, или не он? «Эрудит» пресёк его самокопания очередной цитатой из выступления Драгомии: дескать, манипуляторы ликвидируют сумасшедших хранительниц тайны Утробы, но для них этим всё не закончится. Для системы с этого всё только начнётся. Ведь именно система Дона станет новым хранителем легенды… И так далее. Вот это «далее» нравилось Дону всё меньше и меньше. Мечта дойти до земли обетованной свершилась. А вот мечта о спокойной жизни, кажется, накрылась медным тазом. Может, замутить новый поход к окончательно обетованной земле?
   
Глава 7
 
Только не говори, что и ты решил навязаться на мою голову 
Хронометр манипулятора отмерил минут десять бесполезной для дела углублённости Дона. А ему показалось, будто он стоит тут с позавчера. Во всяком случае, за это время его приказ не вмешиваться нарушили все, кто мог. Первыми принеслись Дайна с Юратом. Ну, это понятно: их кошек «системник» погнал прикончить старушку, а ребята в ответе за тех, кого приручили им на шею. Дон оценил, что Юрат не обогнал Дайну, а приволок её на буксире: жёнушка в придачу к Мурке получила телохранителя.
Интересно будет посмотреть, как в кошачью семейку будут встроены Лэти с Ромео, если у мелкой срастётся с Юратом. Ромео у них, конечно, первый интернационалист-космополит: готов любить каждую сволочь, на которую укажет «системник». Он-то как раз охотно полезет любить кошек, коли так положено по уставу. А вот Мурка с Бесом компот кислый. Этих насильно всученной любовью не обморочишь. Да и вообще не понять, что у них там на уме. Объектами системы кошаки стали, а вот её частью хрена лысого. С одной стороны, хорошо: не станут вязаться к манипулятору. С другой…
Время покажет, а пока ничего конкретного в голову не приходит.
– Чем ты её? – не поверила глазам Дайна, прилипнув к его левому боку.
Мёртвая гадина и впрямь выглядела здорово покарябанной: лететь с грага на полном ходу – это вам не традиционный компактный удар в ухо. Тут все части тела так или иначе подвергнуться. И будут сочиться кровью из порезов да проколов: не потоками, но заметно.
– Сама с грага свалилась, – пояснил Дон и вздрогнул.
Из-под косы супруги выполз крысёнок и прыгнул ему на плечо, дабы лучше рассмотреть добычу. Его рыжая бусинка на кончике носа буквально крутилась, вынюхивая обстановку – прикольный фокус.
– А грага свалили наши мрачники? – опознал Юрат опытным взглядом охотника.
Дон зыркнул по сторонам: граг, хрипя, умирал, а кошки что, пропали? Крысёнок утвердительно запищал и дважды отчётливо кивнул – свят-свят-свят! Совпадение вербальных и мышечных реакций – успокоил его «эрудит», мол, это тебе крыса, а не заколдованный принц. Нечего высасывать истерики из манипуляторова пальца.
– Ага, – выдавил Дон, приходя в себя.
– А где Мурка? – закрутила головой Дайна.
И тут же отклеилась от морально пострадавшего, мужа, который вдруг отошёл на второй план.
– В Караганде! – окрысился Дон на всех сразу.
– Где?! – выпалили кошатники дуэтом.
– Там, – ткнул Дон пальцем в сторону затаившихся кошек. – И свалите поскорей. Мне не до вас.
Дайна хотела, было, что-то сказать – серые глаза переполнились состраданием с извинениями за нечаянную чёрствость. Но Дону было реально не до её скачкообразных переживаний. Юрат это учуял: цапнул коллегу за руку и поволок в указанную сторону.
– Хорошо, что прогнал, – буквально через несколько секунд сухо прошелестел за спиной голос степной гадюки. – Не надо им тут.
– А тебе надо, – язвительно констатировал манипулятор.
– Сама её убить хотела, – с прелестной отталкивающей прямотой поделилась красивая, изящная молодая женщина, в чёрных глазах которой светилась знакомая Дону беспощадность щупа.
– Чего ж не убила? – стало интересно стабилизатору, занявшемуся, наконец-то, профессиональными обязанностями.
– Драгомию жалела, – пожала плечами Баира. – Бабушка меня любит. Она для меня родней всех.
– Это её дочь, – поняли Дон с «эрудитом» почти одновременно.