Мои неотразимые гадюки. Книга 3 (СИ)

Следующее пока непознанное помещение оказалось складом мужской одежды. Дон ощутил горячий прилив интереса, когда из первого же контейнера Паксая выудила небольшой мешок, а из него комплект: брифы-боксеры и футболку без рукавов. Тёмно-серые и обалденно шелковистые на ощупь – Дон зацапал истинный подарок судьбы и машинально огляделся в поисках ширмы.
– Разбежался! – нагавкала на него сестрица, отобрав обновку. – Ты вчера даже не сполоснулся. И сегодня бродишь тут, воняешь потным мужиком.
– Отдай ему, – вздохнула Лэйра, вскрыв второй пакет и внимательно осмотрев бельё. – Пусть примерит прямо сейчас. Тогда мы сможем хоть примерно понять местную нумерацию размеров, – указала она на пару цифр и букву, вытатуированные на трусах и майке.
– А вам оно надо? – удивилась Лэти, соскучившись от бесцельного времяпровождения в неправильном складе. – Бросьте его тут, и пусть сам выбирает. И ребята пусть сами лезут одеваться. У нас что, других забот нет?
Девчонка вскинула подбородок, вырулила из помещения и распахнула дверь напротив. Лэйра двинула за ней, а вот сестрица осталась. И с самым загадочно-зловредным выражением лица залезла в соседний контейнер. Достала комплект белья, вскрыла: боксеры и тот же фасон майки.
– Что встал? – прицепилась она к недотёпе братцу. – Помогай. Смотрим в каждом ящике. Думаю, по одному будет достаточно. Ты же хочешь испоганить девкам настроение?
– Испоганить? – провернул Дон в башке шестерёнки и допёр: – Думаешь, тут только мужское бельё?
– А ты думаешь, что немногие обретавшиеся здесь учёные одевались на военном складе? – хмыкнув, осведомилась трудившаяся, не покладая рук, Паксая. – Наверняка у них было своё барахло. И вряд ли среди них было много женщин. Как думаешь, из этого можно сделать нормальные трусики? – сунула она под нос расплывшегося в ехидной улыбке манипулятора боксеры небольшого размера.
– А что тебя не устраивает в таком практичном фасоне?
– Хочу сразить любимого супруга видом бикини, – призналась Паксая, приложив трусы к себе. – А этим даже Мамонта с Троцким не сразить.
– По-моему, ваши бикини можно сделать даже из носового платка, – съязвил Дон. – А что касается сразить, так вы вечно заблуждаетесь на наш счёт. Лучше всего женщина выглядит голой.
– Дегенерат, – нарочито горько вздохнула сестрица и разрешила: – Вали отсюда. Свободен.
– Ну, уж нет, – встал в позу Дон. – Теперь и мне интересно. Я же не знал, что тут…
В соседнем помещении раздался матерный стон Лэйры.
– Что тут будут бушевать такие страсти, – даже облизнулся он в предвкушении череды гадских обломов. – Если она обнаружила залежи камуфляжа, дальше будет ещё интересней. Особенно поиски вечерних туалетов и пеньюаров с боа. Или каких-нибудь изысканных парфюмерных линий. Лучшее, что вам светит, лабораторные халаты ботаников, скрещивающих свиней с крокодилами. Ты сумеешь сварганить из такого сексуальную комбинашку?   
– Свинья, – буркнула Паксая, явно обидевшись.
Не на зловредного болтуна, отыгрывающегося за их произвол. А на судьбу, не подкинувшую им военную базу с лабораториями по разведению женского барахла.
– Да ладно, – стушевался Дон, уразумев, что перегнул. – У тебя же руки золотые. А ниток с иголками тут просто не может не быть. А хочешь, закажем тебе с большой земли самые шикарные тряпки. Исключительно королевские. И вообще. Что-то я не замечал за тобой раньше тряпочно-ленточной жажды. К тому же мы и десятой части не осмотрели.   
– Ты прав, – приободрилась Паксая, ещё раз осмотрев боксеры. – Кажется, мне подойдут. А девчонки, как хотят. Пусть хоть голяком бегают. Ты думаешь, местные гадюки ходят в таких же? – растянула она трусы.
– Вряд ли на обе местные базы имелась одна наша каптёрка, – показалось разумным Дону. – Только не факт, что аборигенки наденут такое бесстыдство, – хмыкнул он, припомнив местные панталоны. – Так что всё вам достанется. На три жизни хватит.
– Когда ты ими займёшься? – как о чём-то незначительном спросила сестрица.
– Когда надо, – отмахнулся Дон. – Не люблю на шопинге думать о работе. Хватит трясти трусами. Пошли, потрясём находками Лэйры.
 
В покинутое помещение напротив они лишь заглянули, хихикнув над комом барахла из камуфляжа. Лэйра и впрямь иногда ведёт себя, как ребёнок. Чего она ожидала здесь увидать? Пусть радуется, что вообще есть, чем срамоту прикрыть. Всё равно не станет тут щеголять в барских нарядах: перед кем здесь выделываться? А в быту сама первая преклоняется перед практичностью да носкостью.
Сестричек Лээт и Даслану обнаружили в соседнем помещении поширше. Тут девчонкам свезло чуть больше: отрыли для себя нечто, что вполне прокатит, как домашнее. Неизвестно, что подразумевали древние, запасаясь брючными костюмами марки «пижама». Явно не деловой прикид и не коктейльный. Неширокие мягкие штаны и длинные туники с рукавами. Никаких тебе вышивок с узорчиками, даже карманами не украсили – натурально пижама. Ткань – дивно мягкая и шелковистая – чертовски приятна и отлично сохранилась.
Лэйра вытащила фляжку с водой и вздумала поэкспериментировать. Выяснилось, что пижама не промокала. К тому же практически не цепляла грязь – сколько не возили по полу этой заразой – и не рвалась, хоть тресни. Но всё это семечки по сравнению с её главным достоинством: она была разных цветов, пусть и однотонная. Просто блеск во всех отношениях. У девчонок отлегло. Их можно понять: мало радости таскаться всю оставшуюся жизнь в казарменно-инкубаторском прикиде. А просто так сгноить всё это добро неупотреблённым – жаба сожрёт с потрохами. Даслане пофиг, а вот для переселенок явно повеяло чем-то родным: отменная ткань, демократичное унисекси. Местные наряды изрядно достали, словно ты круглый год таскаешь карнавальный костюм. А тут такой ультра продвинутый примитивизм.
В этом же отделе универсама отрыли залежи рубах – оказалось, что круто цивилизованные предки не сподобились изобрести воротник с острыми углами мысков. На этой планете в любые времена признавали только стоячие воротнички разных видов.
– Это для меня? – раздался голос Фуфа, когда Паксая, распаковав одну такую, мяла её в руках, одобряя немнущуюся гладкую ткань.   
Армы явились в полном составе. Естественно не за обновами, но пройти мимо не отважились. Увидав Гнера, Даслана вскрыла упаковку с рубахой и развернула шикарное, вроде атласное творение цвета кофе с каплей молока. Реально клёвая рубашка. Аэгл вежливо шагнул ближе, и его пассия приложила находку к могучему торсу.
– Он грязный, как крот, – поморщилась Паксая, сунувшись к ящику со столь престижными шмотками. – Пусть сначала вымоются, а после померим.
Рубахи мужиков, претерпев на ниве долгих путешествий и физических трудов, и вправду давно просились на помойку.
– Мы помоемся, – покладисто пообещал Гнер, развернулся и вышел.
Ухмыляющийся Гоб за ним. Мужики не стали распространяться на тему женской правоты. Этим дурам хоть заорись, что ты мылся и вчера вечером, и утром – они всё рано лучше знают о состоянии твоего неправильно мытого тела. Фуф поцеловал жену, определившуюся с размерами мужа, дабы приодеть своё золотце. Затем она сунулась в распахнутый ящик, а он сдристнул вслед за братьями по оружию, силком вытащив с собой манипулятора. У армов есть какая-то цель – наябедничал «системник», когда Дона проволокли в самый конец коридора. Здесь так же была лестница наверх, за которой торчала дверь сейфа в рост человека.
– Вы уже что-то откопали, – выдал он догадку за осведомлённость.
– Да, вчера не удержались. Порылись, – не стал ломаться Гнер. – Но при масляных светильниках много не разглядишь. Сейчас и разберёмся.
– А я вам зачем? – не понял Дон. – Что я понимаю в ваших игрушках?
– Вуг сказал, что ты знаешь о древних гораздо больше, чем мы себе представляем.
– И что это меняет? – ещё больше не понял Дон.
– Да, Вуг объяснил, что твои познания ограничиваются политикой древних и прочей ерундой, – не постеснялся опустить манипулятора Гнер. – А в военном снаряжении или вооружении ты ничего не смыслишь.