Похищение Эми (ЛП)

Она даже не осознает, в какой опасности находится. Что-то бормоча, Эбигейл прижимается к нему, и его руки крепко ее обнимают.
— Я могу понести ее… — протестую я.
Он полностью игнорирует меня.
— Следуй за мной, и я покажу тебе вашу комнату, — говорит он, поворачиваясь и уходя.
Подскочив с дивана, я хватаю ее рюкзак и следую за ним по пятам.
Каждый маленький нерв в моем теле гудит. Эндрю сказал, что мы находимся под его защитой, но распространяется ли эта защита на него?
Он ведет меня вверх по покрытой ковром лестнице, а затем по короткому коридору с четырьмя дверями.
Остановившись перед третьей дверью, мужчина кивает мне, ожидая, что я ее открою. Повернув ручку, толкаю дверь, но не захожу, пока не войдет он.
Занеся Эбигейл, мужчина направляется к большой кровати, стоящей в центре комнаты. Я напряженно наблюдаю, как Эндрю осторожно опускает ее.
Выпрямившись, он некоторое время смотрит на нее сверху вниз, а затем поворачивается ко мне.
Не знаю почему, но между нами внезапно возникает напряжение. Его лицо становится жестким, и почему-то он выглядит еще злее, чем раньше.
Дрожь пробегает по моей спине при его взгляде.
Он делает шаг ко мне, и я поднимаю рюкзак Эбигейл, используя его как щит.
Сегодня я впервые вижу, как его лицо смягчается, а губы изгибаются в улыбке.
— Спокойной ночи, Эми. Увидимся утром, — говорит он, идя мимо меня, и выходит из комнаты.
Я выдыхаю, не осознавая, что задержала дыхание, и быстро закрываю за ним дверь. Закрывшись на замок, наконец, чувствую, что могу немного расслабиться.
Стараясь успокоиться, я поворачиваюсь и осматриваю комнату. Кровать королевского размера занимает большую ее часть, а по бокам расположены две прикроватные тумбочки. Изголовье кровати прижато к правой стене, а высокий шкаф вишневого цвета стоит возле левой. На задней стене располагается единственное окно.
Подойдя к окну, отдергиваю шторы и пытаюсь его открыть. Оно открывается легко, и я, приподняв створку, высовываю голову наружу.
На улице тихо. Единственные звуки, доносящиеся до моего слуха, это случайные порывы холодного ветра и скрип голых деревьев.
Глядя вниз, у меня замирает сердце, когда я понимаю, что для Эбигейл это слишком высоко. Возможно, я смогу пережить это, но не ничто, что могло бы смягчить наше падение. Наружная стена дома оформлена гладким сайдингом бежевого цвета. Нам нечего использовать для спуска.
Эбигейл бормочет во сне, и я, подавшись назад, смотрю на нее. Она дрожит и пытается глубже зарыться в одеяло.
Со вздохом смирения опускаю створку и закрываю окно.
Даже если бы я смогла соорудить веревку из простыни, это было бы слишком рискованно. Эбигейл, вероятно, пострадает. Если я попытаюсь протиснуться в это окно, держа ее, мы, скорее всего, сломаем себе шеи.
Подойдя к ней, я снимаю с нее туфли и накрываю ее толстым пушистым одеялом. Пристроившись в кровати рядом с ней и положив голову на подушку, я чувствую легкий укол в шее.
Опустив взгляд, хмурюсь, увидев ожерелье, которое мне подарил Иван. После всего происходящего я совершенно забыла о нем.
Сев, расстегиваю ожерелье, а затем позволяю нитям бриллиантов, скользя сквозь пальцы, наполнить мою ладонь. Ужасное количество бриллиантов. Я знала, что когда Иван надел мне его на шею, он ждал благодарности… в постели.
Держа бриллианты в руке, смотрю, как они сверкают в лунном свете, и чувствую теплый прилив надежды.
Кому нужен кошелек, когда у него есть это? Даже если я получу лишь малую часть того, что они действительно стоят, этого будет более чем достаточно, чтобы сбежать...
Все, что мне нужно сделать, это попасть в ломбард.
  
Глава 6
 
Эми
Ворочаясь и крутясь, изо всех сил стараюсь заснуть. Примерно через час сдаюсь, признавая, что этого просто не произойдет.
Я слишком много пережила сегодня, и мой мозг не перестает повторять это снова и снова. Я продолжаю вспоминать холодное прикосновение Ивана, тлеющий взгляд Эндрю.
 
И то, как Люцифер приставляет пистолет к моей голове.
Сунув руку под подушку, проверяю лежащее там ожерелье, а затем сажусь. Осторожно стянув одеяло и стараясь не побеспокоить Эбигейл, я вылезаю из постели.
Когда я встаю, мои ноги утопают в плюшевом ковре.
Поправляя одеяло вокруг Эбигейл, я подавляю желание откинуть ее волосы назад.
На цыпочках я прохожу через комнату и открываю дверь.
Коридор абсолютно темный. На мгновение останавливаюсь, надеясь, что мои глаза привыкнут к темноте, но каждый источник света в доме должно быть выключен.
Я не вижу дальше своего носа и мне, наверное, стоит просто вернуться в постель, но мне кажется, что какая-то невидимая сила тянет меня, побуждая шагнуть в темноту.
Прижимая ладонь к стене, я на ощупь иду по коридору, осторожно переставляя ноги и проверяя наличие пола, прежде чем сделать шаг.
Я так много внимания уделяю ходьбе, что даже не осознаю, что уже не одна.
Я добираюсь до следующей двери, когда меня внезапно хватают.
 — Куда ты собралась? — рычит Эндрю.
Грубо схватив, он разворачивает меня и прижимает к стене.
Я так напугана, что даже не могу кричать, только задыхаюсь, ловя ртом воздух, мой мир вращается, а глаза напрягаются в темноте, пытаясь разглядеть его лицо.
Вокруг так темно, что я его не вижу, только чувствую.
Его тепло.
Его злость.
Его энергетику.
 — Ты пытаешься сбежать? — резко спрашивает он, его руки стискивают мои запястья, причиняя щемящую боль.
 — Н-н-нет, — бормочу я, и мое сердце бешено колотится. Конечно, это выглядело так, но все же. — Я не могу заснуть.
 — И что? — зловеще рычит он и делает шаг вперед, прижимая меня грудью к стене.
Его твердое тело прижимается к моему, и в моей голове начинают звенеть тревожные звоночки, когда он удерживает меня словно в клетке.
Одно неверное слово, и это может произойти в действительности…
 — Я… я просто хотела попить воды, — пискнула я, пытаясь не обращать внимания на то, насколько тепло он чувствуется.
Серьезно, он горячий. Жар его груди опаляет мою грудь сквозь платье.
 — Это все? — спрашивает он, его голос становится мягче, а пальцы на моих запястьях начинают расслабляться.
Решив, что мы устранили небольшое недоразумение, я начинаю немного расслабляться и на мгновение перевожу дыхание, прежде чем ответить:
 — Да.
 — Ты не... — его колено пытается пролезть между моими. — Пытаешься найти дорогу в мою комнату?
 — Конечно, нет! — задыхаюсь я и сцепляю колени вместе, не давая ему войти.
Что, черт возьми, он делает?
Внезапно он тянет мои запястья вверх, растягивая меня на стене, как на вертикальной стойке.
Я не могу сжимать ноги, стоя на цыпочках.
Он легко раздвигает своим коленом мои ноги, а затем прижимается к моим бедрам. Я так потрясена и взволнована, что замираю, не зная, что делать.
Он причинит мне боль, если я буду драться с ним? Или он рассчитывает на мое подчинение?
Теплое дыхание ласкает мое лицо, касается носа, щек, а затем губ.
 — Какая жалость, — тихо говорит он.
Кажется, что тьма вокруг нас мерцает. Я старательно всматриваюсь в нее, желая увидеть его лицо. Хотелось бы, чтобы у меня было больше, чем просто звук его голоса.
 — Правда? — осторожно спрашиваю я, надеясь, что ошибаюсь, и он имеет в виду не то, о чем я думаю.
 — Да, — хрипло говорит он, его голос становится глубже.
 — П-п-почему?
 — Потому что я хочу тебя.
Вздрогнув, как будто он только что ударил меня, чувствую, как волна желания врезается мне прямо в сердце. Он хочет меня? Почему это открытие так пугает и волнует меня?
 
Боже, я так облажалась.
Чем дольше он прижимается ко мне, тем больше я физически на это реагирую. Чувствую покалывание в своих напряженных сосках, упершихся в его грудь.