Похищение Эми (ЛП)

Что он делает? Он с Люцифером? Убивает людей?
Или он с другой женщиной?
Меня это не должно волновать. Не должно, но волнует. Одна только мысль о нем с кем-то еще злит меня до такой степени, что я могу заплакать.
Я действительно не в силах контролировать эту ситуацию. Он может делать все, что захочет и с кем захочет.
Не похоже, что у нас с ним здоровые отношения.
Я ненавидела его за то, что он не сказал мне, куда идет и что собирается делать. Я ненавидела его за то, что он заставил меня так себя чувствовать. Прежде всего, за то, что заставил вообще что-то чувствовать. Это гребаное безумие.
Безумие.
Но как только Эндрю вошел в дверь, промокший насквозь и слабо пахнущий кровью, мне не хотелось знать, где он был и что делал.
И больная, извращенная часть меня была рада, что этот мужчина наконец-то вернулся домой.
Я завязла по уши и глубина только увеличивается.
Эбигейл рядом со мной беспокойно ерзает на стуле, глядя в сторону телевизора. Зная, что ее ждут французские тосты, она больше не интересуется хлопьями.
— Иди, посмотри телевизор, — улыбаюсь я ей. — Ты свободна.
Одарив меня яркой улыбкой, дочь соскакивает со стула.
Я встаю и убираю миски с хлопьями. Я не тороплюсь освобождать их и мыть, ожидая, пока Эндрю вернется вниз.
Когда он этого не делает, решаю пойти и проверить его.
Аромат мятного мыла и пара приветствует меня, когда я открываю дверь спальни.
— Эндрю? — зову я. — У тебя все нормально?
Когда мужчина не отвечает, я решаю проверить. Кто знает, в каком дерьме он вчера участвовал.
Может, от него пахло кровью потому, что он истекал кровью?
Зайдя в спальню, я тут же перешагиваю через большой черный мешок для мусора, оставленный на полу. «Странно», — думаю я.
Приоткрыв мешок, чувствую доносящийся оттуда медный запах крови. Быстро закрываю мешок, решая, что в действительности не хочу знать, что там лежит.
— Эндрю? — снова зову я, подходя к двери ванной.
По-прежнему нет ответа.
Боясь, что он ранен, толкаю дверь.
— Эндрю? — зову я, пытаясь что-то увидеть сквозь густое облако пара.
И снова он мне не отвечает.
Зайдя в ванную, подхожу к двери душевой кабинки. Сквозь затуманенное стекло я могу различить его большой силуэт. Похоже, он все еще стоит там. Может, он меня просто не слышал?
— Эндр…
Дверь кабинки открывается, и меня затаскивают внутрь.
Я начинаю визжать, попав под струи воды, но рука тут же закрывает мне рот.
— Тише, — бормочет он. — Не стоит тревожить Эбигейл.
Он толкает меня к стене душевой и смотрит мне в глаза.
Сморгнув с ресниц воду, я смотрю на него.
Он медленно начинает убирать руку.
— Что ты делаешь? — шепчу я ему. — Моя одежда полностью промокла.
Он смотрит вниз, и его темный взгляд нагревается, медленно, почти лениво блуждая по мне. Его губы начинают изгибаться в улыбке.
— Ты права, она промокла.
Схватив за подол моей рубашки, он поднимает ее вверх.
— Подожди… — шиплю я, но Эндрю не останавливается. Стянув с меня рубашку через голову, он небрежно отбрасывает ее в сторону, где она приземляется с мокрым шлепком.
— Почему ты это сделал? — хмурюсь я.
Его рот опускается на мой, когда он начинает стягивать бретельки бюстгальтера.
Подняв руки, я пытаюсь остановить его, но его рот продолжает прижиматься к моему рту, сводя меня с ума.
Его поцелуй становится глубже, и когда мой бюстгальтер падает, его губы жадно пожирают мои. Одна теплая, гладкая рука опускается на мою правую грудь, сжимая ее, а другая спускает вниз мои пижамные штаны.
— Эндрю, — стону я ему в рот. — Мы не должны…
— Тише, — рычит он и целует меня сильнее, чтобы я замолчала.
Подтолкнув мое колено своим, он подтягивает мою ногу вверх, зацепляя ее за свое бедро.
Застонав мне в рот, он наполняет меня своим твердым членом.
Я откидываю назад голову. Он так глубоко, а я такая наполненная, что мне кажется, будто Эндрю только что пригвоздил меня к гребаной стене.
Медленно подавшись назад, он сразу же толкается вперед.
С моих губ слетает тихий звук.
 
Его рука закрывает мне рот.
— Тихо, — шипит он.
Я стараюсь, действительно стараюсь, но так сложно молчать, когда он начинает меня трахать так, словно наступил конец света.
Его мокрое тело врезается в мое так, словно он пытается пробить мной стену. И трахает меня так сильно, так глубоко, что сила его толчков заставляет меня встать на цыпочки.
Я царапаю его спину, бока и плечи, отчаянно пытаясь найти что-нибудь, за что можно было бы держаться, но он слишком скользкий и слишком мокрый, чтобы я могла сделать это.
Мои руки просто скользят по нему.
— Кончи для меня, — рычит Эндрю мне в ухо и, к своему ужасу, я чувствую, что мое тело начинает откликаться на его команду.
Мой разум протестует против подчинения, но мое ядро пульсирует, и давление внутри меня нарастает.
— Кончи для меня, Эми, — снова рычит мужчина, а затем его зубы вцепляются мне в шею.
Он проникает в меня все сильнее и глубже. Расплющивая мою задницу об стену.
— Эндрю, — стону я из-под его ладони, и он плотнее прижимает ее к моим губам.
Глубоко проникая в меня своим членом, он задевает мой клитор.
Я судорожно подергиваюсь на нем, снова выкрикивая его имя.
Его зубы отпускают мою шею, и он шипит:
— Я сказал тихо.
Его рука скользит вверх, закрывая мне нос и перекрывая доступ кислорода.
Я не могу дышать. В отчаянии пытаюсь сделать глоток воздуха, но меня душит его ладонь.
Я пытаюсь бороться с ним, пытаюсь оттолкнуть его, но он слишком силен, слишком решителен.
Его тело врезается в мое тело снова и снова.
Перед моими глазами вспыхивают пятна.
Я умираю.
Задыхаюсь.
Но, что удивительно, мой оргазм все еще нарастает.
— Я сказал, кончи, — ворчит он мне в ухо, и я взрываюсь.
У меня горит нос, болят легкие, но оргазм, пронизывающий все мое тело, очень силен. Цвета вытесняют пятна, вспыхивающие перед моими глазами, и сквозь мою сердцевину проходят теплые влажные волны.
Думаю, недостаток кислорода усилил мое освобождение.
Удовольствие ощущается вдвое сильнее обычного, и этот странный поток переполняет мои нервы.
— Да, — тихо ворчит он, когда моя киска стискивает его. — Хорошая девочка.
Я чувствую, как он набухает, растет внутри меня и, особенно глубоко толкнувшись, медленно наполняет меня своим теплом.
Как раз тогда, когда я собираюсь потерять сознание, он убирает руку, и я делаю судорожный вдох, глотая столь необходимый мне воздух.
Он крепко держит меня, пока я подергиваюсь и спазмирую на его члене, хватая ртом воздух и все еще кончая.
Как только последний спазм утихает, я восстанавливаю часть своих сил и отталкиваю Эндрю.
Наши взгляды встречаются.
Мой – сбитый с толку и туманный.
Его – теплый и нежный.
— Ты чуть не убил меня, — шиплю я.
Он ухмыляется и заправляет мне за ухо выбившуюся прядь волос.
— Если бы я хотел убить тебя… — начинает он, но его обрывает голос Эбигейл.
— Мамочка? Эндрю?
Похоже, она в спальне.
— Минутку, дорогая! — в панике кричу я. — Мамочка в ванной!
— О, хорошо! — весело отвечает она с некоторым облегчением.
Интересно, как долго она задавалась вопросом, куда я пропала.
— Я еще немного задержусь… Подожди меня внизу.
— О… Хорошо! — отвечает она с меньшим энтузиазмом.
Задержав дыхание, внимательно слушаю, как дочь выходит из спальни. Мгновение спустя мы слышим, как она скачет по лестнице.
— Боже мой, — стону я, сползая по стене. — Мы едва не попались.
— Да, — соглашается Эндрю, задумчиво хмурясь. — Думаю, ей пора вернуться в школу.
  
  Глава 16
  
Эндрю
Черт. На самом деле я никогда не был мыслителем. Я имею в виду, когда мне это было нужно? Всегда было «иди сюда», «стреляй туда», «ликвидируй это».