Рапсодия в тумане (ЛП)

 — Давай не будем грустить, а? А то я щас вообще заплачу! Все хуево-о!
 — Давай, рыдай. Ток, погоди, найду рюмку. Соберу слезы и буду их продавать. Прикинь, реклама: «Слезы вампира, в единственном экземпляре!»
 — Тебе не поверят, так что не разбогатеешь. Кстати, слезы я свои не проверял, интересно, а у них тоже какое-то свойство есть или они обычные, как у всех?
 — Так надо выяснить! — Мур тыкает вверх кусочком сыра. — Давай! Рыдай!
  
 — А если они опасные? Не, не буду, а то вдруг у тебя кожу от них разъест, как от кислоты.
 — Значит, надо провести эксперимент на мышах!
 — Какой ты добрый, оказывается. Бедные мыши, я уже слышу, как они жалобно пищат перед смертью.
 — Так я ж Кот ! — заявляет Мур и пихает мне в рот кусок сыра, которым размахивал. А следом меня хватают за плечи, встряхивая зачем-то. — Плачь давай!
 — Да не хочу я, — шлепаю его по руке, чтобы меня не колыхал. —  Я не помню как!  Оно же само как-то было…
 Ну да, всплакнул, когда Аш очнулся, но я это сделал не специально, это все от эмоций.
 — Это ради науки!  Ученый ты, или пес драный?!
 — Я не умею по заказу, — чуть отодвигаюсь от этого любопытного Кота и отпиваю виски. Боюсь предположить, что он еще удумает, чтобы проверить, на что способны мои слезы. Бутылку у меня выдергивают прямо изо рта, так что капелька сбегает по подбородку и сигает на мою футболку.
 — Тоже хочу… — говорит, вздохнув.
 — Плакать? — не понимаю я.
 — Вампиром быть, — Мур пихает меня в бок и еще отпивает.
 — Хочешь, обращу?
 — Хочу. Но нельзя.
 Я хмурюсь. Где это сказано, что Кошкам нельзя быть вампирами?!
 — Почему?
 — Потому что я не ты!
 — Было бы странно, если бы ты был мной. Сейчас, смотрю, легче перерождение проходит, на Ирсане проверено.
 — Мозг включи! — Мур стучит двумя пальцами по моему лбу. — Он нужен не только для того, чтобы его ебать. Я не смогу, имея такие способности, сидеть дома и перебирать пробирки. Моя душа требует приключений!
 — И в чем проблема? Не сиди дома, путешествуй. Зато у меня будет вечный друг, — улыбаюсь я и, плюхнувшись, укладываю голову на бедро Мура. Было бы хорошо всегда знать, что он есть.
 — Да не таких приключений… это, во-первых, будет нечестно. Во-вторых, потеряет свою привлекательность. Станет слишком легко. О! Придумал! Обратишь меня после тридцати пяти! Если доживу. Хм, надо постараться, что ли…
 — Постарайся уж. А то я без тебя буду скучать.
 — Говорят, после тридцати пяти Кошки успокаиваются. Как думаешь, на мне это сработает?
 — Я люблю тебя неспокойного, ты такой яркий из-за этого. Но, уверен, что даже если ты когда-нибудь успокоишься, ты все равно будешь очарователен. Главное, чтобы не начал бурчать как старик.
 Мур, изображая старичка, втягивает губы и шамкает-шепелявит что-то непонятное, но вскоре бросает эту игру и хохочет, а я тяну его на подушку. Она же прям тут, мягонькая такая…
 Допиваем мы уже лежа и продолжаем трещать, строя странные планы на будущее. Хорошо, что я его узнал. Так и засыпаем, прямо на полу, в обнимку, на одной подушке.
  Глава 33. Охота  
 Ирсан
 Он определенно мне не нравится. Ну сказал же ему брат — нормально все. Дай ты человеку самому разобраться со своей влюбленностью. Так нет, лежит теперь, потолок разглядывает, сто процентов ждет, пока брат позвонит. Муть. Мне не нравится.
 Не спрашивая разрешения, влетаю на кровать и, не слушая возражений, усаживаясь сверху, прям на колени, чтобы не сбежал, еще и руками для надежности в плечи упираюсь.
 — Это выглядит очень… Ты же не воспылал ко мне внезапными чувствами?
 — У тебя все в койку упирается, извращенца кусок? Нет! Я пришел сообщить важную весть!
 — И ничего не извращенец, не надо мне тут. Когда сам поймешь, что это такое, посмотрю на тебя. И какая весть? И что еще более любопытно, откуда ты ее взял?
 — Из головы! — заверяю гордо и, так как сбегать он не собирается, отпускаю его плечи и откидываюсь назад, садясь ровно. — Мы идем на охоту!
 — Требую стрелы и лук, никогда из него не стрелял.
 — У нас есть кое-что получше! — и в подтверждение своих слов довольно улыбаюсь, демонстрируя острые клыки. Классные такие, а я их игнорирую, не пользуясь! — Ты хищник! Нельзя все время получать пищу из пакета,  а то за ненадобностью зубы отвалятся. Не жалко будет?
 Я указываю на его клыки, что постоянно торчат из-под губы,  так как, в отличие от нас с Аманом, Аш не удосуживается их убирать вообще никогда. Во-от! Значит, нравятся они ему, а сам посасывает кровушку из донорского пакетика!
 — Ну, вообще-то, я кусал человека.
 Он аж глаза прикрывает с дебильной улыбочкой, вспоминая приятный момент, за что и получает легкий тычок в бок. Мне тут же прилетает ответкой шлепок по бедру, но я не концентрируюсь на ненужной сейчас перебранке.
 — Судя по блаженному выражению твоего лица, тебе явно понравилось. Давай, поднимай окорочка и побежали!
 Я даже соскальзываю с него, надеясь на его добросовестность, но он смотрит на меня скептически. Десяток секунд, и аллилуйя! Ленивая красавица соизволяет подняться, точнее, сесть, свесив ноги с кровати. Уже прогресс! Одеяло соскальзывает на бедра, демонстрируя обнаженный торс, и мне приходится отвести взгляд, так как пялиться на других — неприлично.
 — И куда ты намылился, умник? Будем приставать к ранним прохожим?
 — Нет! Утренний сон самый крепкий. Я все продумал. Найдем дом, от которого пахнет вкуснее всего, проберемся в него, используя суперскорость и… ЦАП! — клацаю я зубами. — Пока они спят!
 — Я, если что, не умею запертые двери открывать… И если ты меня там оставишь, то я окажусь в ловушке. Ну, окно, конечно, открыть смогу. Изнутри. Но не факт, что меня там не попробуют покалечить.
 — Ты за кого меня принимаешь?! — возмущаюсь, глаза округлив, и даже руки в боки упираю. — Я те че, кидалово? Да на моем районе за такие предъявы тебе бы клыки повыбивали!
 Аш ржет, и я поднимаю на него взгляд как раз в тот момент, когда он поднимается. Одеяло окончательно соскальзывает, и я имею честь лицезреть две бледные ягодицы. Быстро отворачиваюсь, чувствуя, как жар к щекам стекается. Не то чтобы я не видел чужих задниц — живя в большой семье, да при нехватке отдельных комнат, это невозможно, но то родственники, а это другое совсем.
 Аш не торопится, одевается медленно, будто специально время тянет, а я от нетерпения начинаю ерзать и крутиться. На самом деле, я не голоден, точнее… Есть хочется всегда, но это привычно и не вот  жесткая необходимость. Мне гораздо интереснее сама охота!
 Чувствую, что он приближается, но не поворачиваюсь, жду, пока он скажет, что готов. Только Аш ведет себя странно, вместо этого вдруг касается подбородка и поворачивает мою голову к себе, после чего спрашивает:
 — Ты чего?
 Стараюсь смотреть в его глаза, а не ниже, но взгляд все равно убегает. К счастью, он оделся уже.
 — Не понял вопроса. Чего я «чего»?
 — Я не понимаю твоего смущения. Ты же сам голым по комнате ходишь, так почему?
 Пожимаю плечами. Когда я ходил тут без трусов, как-то проще было. И вообще, я не виноват, надо было вещи постирать, это Аману не стоило пялиться. Это же нормально: не смотреть на людей, когда они — вынужденно! — не одеты. Аш же не стриптиз для меня устраивал, а просто переодевался.
 — Знаешь, когда-то давно, я очень переживал, к ак у меня все пройдет с парнем, и Аман мне сказал, что если уж собрался с кем-то в кровать, то смущаться — глупость несусветная. А мы с тобой в кровати уже были, так что,  давай не будем заниматься глупостями.
  
 И улыбается широко, только вот от его намеков совсем не проще.
 — Я просто не считаю вежливым разглядывать чужие ягодицы. Ты же мне их не специально демонстрируешь.
 — Хорошо, так бы и сказал. В следующий раз я повернусь к тебе передом.
 Я не успеваю ответить, как Аш берет меня за руку и на улицу тянет, будто это я всех задерживал, три часа трусы натягивая!