Не совсем запад (СИ)
— Что это хоть за оружие? Ни разу не слышал.
— Все называют плазменной винтовкой, но так дольше говорить. Почти тысяча пунктов урона за один выстрел.
— Понятно, опять немецкие словечки. Моя пушечка больше выносит, вспомни, как того летуна с одного выстрела сбил! И отец Лёхи — мощный зубр, здесь уже не первый год работает.
— Все снаряды с собой возьми, бластер и накопители. Ты хоть тренировался сегодня?
Быстро высветив короткий список навыков, я получил сообщение:
Выносливость 24 (+1); Ловкость 6 (+1); Бег 19 (+1) Стрельба 14 (+2).
Пересказав Витьке мои успехи, неожиданно услышал похвалу:
— Молодец! Хорошо подтянулся. А у меня стрельба так и застряла на пятёрке. Всё равно аккуратней там.
После ужина я пошёл в хранилище, забрал телефон и первым делом позвонил маме. А когда выслушал все её причитания, очередной раз объяснил, что со мной страшного ничего не может случиться. Разве что, коленку расцарапаю, но для таких целей у нас имеется прекрасный лазарет, и вдруг она меня спросила:
— Как там твои спортивные успехи?
Не зная, что отвечать, на ходу начал придумывать:
— У нас здесь балльная система применяется, если смотреть по ней, у меня хороший прогресс по бегу, ловкости, выносливости и силе. Но лучше всего успехи в стрельбе. Помнишь, я же за школу выступал. А здесь сказали, что у меня хорошие способности. Если их развивать, то и до мастеров спорта дойти смогу. А когда в армию попаду, то за команду ЦСКА выступать стану.
Мама ещё немножко поплакала в трубку, наказав мне тренироваться хорошо и не филонить. Закончив разговор, залез в свою палатку, а чтобы никто случайно не позвонил, переключил телефон в «режим полёта» и лёг спать.
Глава 7
Проснувшись по будильнику, я сходил в ангар и экипировался, плазменную винтовку с собой брать не стал, так как оружие «засветилось» в прошлый раз, а пушечку и неполную запасную коробку патронов с поясной сумкой прихватил! Пришёл на стоянку номер пятьсот двадцать три, увидел, что Лёха со своими предками уже готовы и даже автобус выкатили со стоянки.
— На пять минут раньше, молодец! — констатировал батя моего приятеля, садясь на водительское место. — Раз все в сборе, по коням!
Мы расселись на мягкие сиденья и поехали, Лёхина мать устроилась рядом с водителем, а мы с Лёхой на один диванчик. По дороге непринуждённо болтали, вспоминая прикольные моменты из школьной жизни, даже не заметили, как приехали.
Войдя в ущелье, Лёхин отец принялся нас натаскивать, как вести «боевое охранение». Чтобы идти впереди колонны, следить каждому за своей полусферой, находить места возможных засад и засекать любое подозрительное движение. Предки моего приятеля изображали ту самую колонну и давали советы.
Нам новая игра понравилась, только слушать замечания быстро надоело, мы выдвинулись вперёд и пошли самостоятельно. Пройдя двенадцать километров, Лёха заметил в своём секторе движение, и крикнул, как нас учили:
— Слева по курсу огневая точка, в укрытие!
Мы за время пути раз сорок, если не больше, успели отработать такие сигналы, потому я без промедления бросился к «своему» краю ущелья. Почти успел забежать за скальный выступ, как буквально в метре сзади рвануло, меня подбросило, и ноги перестали ощущать землю. Упасть на песок посчастливилось уже в безопасной зоне, машинально посмотрел на слот скафандра и неприятно удивился — шестьсот пунктов защиты как корова языком слизнула.
Поднявшись на ноги, первым делом оглянулся на Лёху — успел спрятаться за скалой, не зацепило пацана. Показав поднятый вверх большой палец, увидел в ответ такой же знак, значит, всё нормально. И вдруг раздались два мощных взрыва там, откуда мы шли. Обернувшись назад, увидел неприятное зрелище. Лёхины предки бежали нам на выручку, но попали под огонь и тоже спрятались за камнями. Сколько им сняло защиты — непонятно, но главное, что уцелели, после взрывов сами добежали до края ущелья и затаились.
Попробовав аккуратно высунуться и посмотреть, кто же напал на мирный отряд, как в меня снова выстрелили. И хоть шарик с самовоспламеняющимся веществом попал в двух метрах передо мной, но взрывная волна, осколки камней и огонь меня зацепили. Ещё четыреста пунктов защиты улетели в никуда, единственно успел заметить, что стреляли из бойницы в скале.
Оглядевшись вокруг, увидел недалеко от моего укрытия отходящий от основного ущелья «рукав» и понял, что там можно подняться на плоскогорье. Недолго думая, знаками показал Лёхе, чтобы он оставался за камнем, а я пойду на разведку.
Карабкаясь по круче, одновременно высчитывал: если до засады метров пятьсот, надо отойти ещё на шестьсот-семьсот, чтобы оказаться вне зоны поражения. Если не удастся попасть в самих стрелков, то снаряды могут вывести из строя оружие.
Поднявшись по склону, я оказался на плоском скальном участке и побежал в сторону от засады, стараясь держаться дальше от края обрыва, чтобы меня раньше времени не заметили. А когда увидел чахлый кустик, росший на самом краю, лёг на живот, подполз к обрыву и выглянул из-за естественного укрытия.
От дна ущелья мне удалось подняться метров на сто, если не больше, и отсюда хорошо просматривались позиции бандитов, устроивших засаду. По разные стороны ущелья они лежали на скалах с плоскими верхушками, скрываясь за небольшими камнями с проделанными в них бойницами. Тактический бинокль услужливо подключился и плавно приблизил картинку.
«Наверное, бластерами дырки прожгли», — подумалось мне, пока снимал свою «пушечку» с предохранителя и «захватывал» первого стрелка. Задержав дыхание, я совместил перекрестие и «точку прицеливания», нажал на курок и сразу раздался выстрел.
Снаряд летел долго, в последний момент увидел, как бандит вскочил на ноги и собирается спуститься со скалы. Помня про ослепление, в последнее мгновение закрыл глаза, и тут же грохнуло. Взрыв почему-то получился двойным: первый — слабенький, а через долю секунды раздался второй — мощный и раскатистый.
Сквозь дым и пыль увидел, как другой стрелок спрыгнул с камня и бежит от нас по песчаному дну ущелья. Захватив и вторую цель, прицелился, нажал на курок, и снова после долгого ожидания взрыв получился двойным. Намного мощнее того, что случился, когда я сбил летуна, порезавшего крышу дядиной машины. Даже на таком большом расстоянии и через броню, почувствовался жёсткий удар воздушной волны.
Не собираясь разлёживаться, вскочил и побежал назад к боковому рукаву ущелья. И выбрал такой путь не потому, что найденный мной вариант оказался удобным, а чтобы не тратить время на поиски новых. Спустившись, подбежал к месту, где располагалась засада, и увидел там Лёху вместе с родителями. Отец моего приятеля осматривал воронку от второго взрыва, но только я подбежал, сразу встал и сказал:
— А ты молодец, догадался забраться наверх и снять врагов оттуда.
— Вы в порядке?
— Нормально, только кое-кому, кто слишком много из-за камней высовывался, две тысячи единиц защиты сняло. Но ничего, восстановится.
— А почему так сильно рвануло?
— Насколько я понял, эти чудики хранили заряды к плазменной винтовке в кармашке разгрузки или поясной сумке россыпью. Они и детонировали так, что никакой добычи не осталось, только два шара тяжёлой брони. Но даже такие девятки не смогли защитить стрелков от собственной глупости. Забирай себе законные трофеи, под скалой валяются, а мы сходим поговорить с остатками банды.
— Так ведь хотели на четверых делить! Сдадим на реализацию, а деньги переведём.
— Нет, забираешь всё ты, так как твоя победа. Мы ещё должны тебе останемся.
— Про какие остатки банды вы говорите, и куда стрелки делись?
— Тех, кто сидел в засаде, как бы сказать мягче, разорвало на мельчайшие ошмётки и сожгло так, что ничего не осталось. Чувствуешь, как здесь горелым шашлыком пахнет? А остатки банды — впереди по ущелью попрятались и трясутся. Мы пойдём с ними поговорим, а вы с Лёхой останетесь здесь. И броню забери, не забудь.