Не совсем запад (СИ)
— Вглубь лабиринта. Станем убегать и отстреливаться.
Первые двести метров оказались самыми тяжёлыми, три раза нам навстречу выскакивали небольшие группы игроков по три-четыре человека. Девчонка, предложившая нас преследовать, наверняка хорошо знала лабиринт, посылая маленькие команды, чтобы преградить пути отступления. И хоть мы всякий раз находили укрытие, откуда расстреливали преследователей, но с нас тоже снимали пункты условной жизни.
Спасало то, что мы точно знали: все метки на экране обозначают лишь врагов. А вся остальная толпа таких явных подсказок не получала — попробуй разберись, кто там прячется — свои «охотники» или мы? Но когда удалось проскочить опасные места, стало легче — все преследователи оказались сзади. Только они начинали нас нагонять, мы находили надёжное укрытие, отстреливались, вынося самых шустрых, и снова неслись дальше по лабиринту. Через полчаса непрерывного бега от погони с небольшими остановками для перестрелок Лёха сказал:
— Всё, дальше я не знаю расположения ходов. Так далеко ещё ни разу не заглядывал.
— Ерунда, двигаемся прямо. Если попадём в тупик, станем отстреливаться до последнего.
Нам повезло, лабиринт оказался длинным, и мы каждый раз сворачивали в нужном направлении. Хоть против нас двоих объединились почти все игроки (а те, кого выносили, перезапускали сеанс и возвращались), мы не «умерли» ни разу. Зато когда у нас погасли перекрестия, вся толпа преследователей возмутилась и стала требовать, чтобы мы продлили игру и продолжили.
Я отбрёхивался, что наставники отпустили только на три часа, потому остаться не можем, даже если за нас доплатят другие. Ситуацию разрядил Лёха, посоветовав бросить жребий и выбрать новую «дичь», чтобы продолжить игру самостоятельно.
А когда мы пришли сдавать экипировку, до меня дошло, почему начался такой хайп. Пожилой служащий как раз вешал на стену распечатку с турнирной таблицей игроков. И в первых двух строчках стояли имена: Вован и Лёха.
— А почему у тебя число меньше получилось? — удивился я.
— В прошлый раз у меня одного здесь столь удачно выступить не получилось. А в рейтинге считаются все нанесённые поражения минус полученные, делённые на время, проведённое в лабиринте. Ещё получаешь плюс за каждого игрока, отправленного на перезапуск сеанса.
— А такие возможности изначально в скафандрах и оружии заложены, или уже местные умельцы доработали?
— Наверное, всё имелось, ведь скобы на бластеры явно инопланетного производства, как и вся чужая техника. Да и программировать их оборудование, насколько мне известно, ещё не умеют.
— Но такие попытки предпринимаются?
— А как сам думаешь? Тысячи людей над такими задачами работают. Но даже русифицировать скафандры и капсулы пока не научились. А почему ты не захотел остаться дальше поиграть, даже когда ребята предложили за нас заплатить?
— Они бы в итоге нас завалили, а так мы ушли победителями. Потом, у меня стрельба два раза поднялась, бег один — хорошо потренировались.
— Кстати, у меня те же характеристики тоже апнулись, пойду предкам похвастаюсь!
Вернувшись к своей палатке, первым делом посмотрел, что у меня подросло:
Бег 18 (+1); Стрельба 11 (+2).
Очередной раз, слушая озвученные значения навыков, повторял произнесённые названия, чтобы лучше их запомнить. И вдруг на экране скафандра высветилось другое окно, где показывали видео, рассказывающее про упражнения для тренировок с бластерами. Саму речь я не понимал, но когда демонстрируют приёмы обращения с оружием, только полный дурак не догадается, о чём говорится!
От способа получения информации у меня случился лёгкий шок! Во-первых, скафандром можно управлять не только взглядом, но и голосом. А во-вторых, операционная система инопланетян (не знаю, как иначе её назвать) содержит гораздо больше справочной информации, чем казалось сначала.
Взяв другую толстую тетрадку, я перерисовал все «иероглифы» со страницы, разъясняющей стрелковые навыки. Подчеркнул встреченные знакомые слова, таких оказалось немного: «бег» и «выход». Последний использовался, чтобы вернуться из навыков в обычный режим.
Попробовав покинуть экран подсказки, произнеся вслух соответствующее слово, не получил в ответ ничего. Но когда стал настойчиво повторять, подгоняя произношение к оригиналу, на двадцатый раз сработало! От радости подпрыгнув, снёс палатку, а когда успокоился и ликвидировал разрушения, записал в тетрадку: «Выход, скорее всего, означает: вернуться на уровень назад».
Прозанимавшись незнакомым языком до темноты, снова поужинал, разведя лапшу из коробочки кипятком, и лёг на боковую. Бластер так и оставил, пристёгнутым к бедру скафандра, так как спать не помешает, другой человек не снимет, да и лень идти до административного здания.
На следующее утро, когда я завтракал, пришёл Лёха и предложил пострелять по летающим тарелочкам. Хоть мне и хотелось продолжить языковые исследования, но поднимать боевые навыки тоже требовалось, особенно с бластером.
Снова мой приятель заплатил за обучение, объяснив, что здесь тоже ведутся рейтинги стрелков. Собирался уже снимать с оружия накопитель, как мне объяснял Витька, но к своему удивлению, узнал, что здесь тоже стреляют «со скобами». Только если в лабиринте «дружественным» игроком на экране подсвечивался один Лёха, то здесь зелёным цветом выделялись все. А тарелочки, вылетающие из аппарата запуска, красным. Кстати, оказалось, что цели вовсе не глиняные, а такие же, как и все инопланетные изделия — из силового поля.
Найдя себе удобное место, мы три часа добросовестно отстреливали «врагов». Так как цели вылетали «дуплетом», то сбить сразу две, пока не упали на землю, у меня поначалу не получалось. И только доведя до автоматизма работу с кнопкой захвата цели и сам процесс сопровождения, наконец, приноровился и стал успевать.
Оплаченное время подошло к концу, а уровень у меня повысился всего на единичку:
Стрельба 12 (+1).
Хотя Лёха апнулся на два пункта, может, всё дело в том, что начинал тренировку с более низкого уровня?
Вернувшись к палаткам, я развёл костёр и сварил нормальный суп из куриных консервов с рисом. Поел и продолжил заниматься лингвистическими исследованиями. Понятно, что не удастся выучить язык пришельцев в совершенстве, но хотя бы минимальную часть, необходимую для голосового управления, и то дело!
Ближе к вечеру, Витька так и не появился, честно говоря, у меня стали закрадываться смутные опасения: «А может, он кинул меня? Продал медицинскую капсулу и свалил. Такие около миллиона кредитов стоят, зачем делиться, когда можно забрать всё себе»?
Отнеся тетрадки в хранилище, я пошёл к забору, вынул из бластера накопитель и принялся целиться в птиц. Надо сказать, что после двух тренировок с оружием пистолетного типа, у меня сопровождение целей и стрельба начали получаться намного лучше. Но мысли, несмотря на мои попытки отвлечься, потекли в мрачном направлении: «А вдруг Витьку там убили? Чтобы не платить за капсулу, грохнули, обобрали, а труп спрятали». Старался думать о чём-нибудь другом, или вообще «отключить мозги», но ничего не получалось.
Когда совсем стемнело, пошёл в административный ангар, убрал в шкафчик бластер, накопитель прицепил к скафандру и туда же добавил аптечку. Вроде она должна снимать излишние волнения тоже. А пока шёл к стоянке, обдумывая ситуацию, выдал себе следующую «установку»:
«Хорошо, предположим, Витьки больше со мной нет. И какого хрена я трясусь, как маленький мальчик? У меня есть скафандр, накопитель, аптечка, бластер и пушечка с тринадцатью снарядами. Инопланетный рюкзак, наконец. А ещё имеются новые навыки, открытый счёт в местном банке и пара-тройка знакомых: Михей, Гоша, Лёха. Хоть завтра могу идти в горы и начинать добывать артефакты. Лучше, конечно, прибиться к поисковой группе, в крайнем случае можно поработать одному».