После развода. Красное и черное (СИ)
За месяц вахты у них с Егором уже дыбом стояли волосы на голове. Так что, когда через месяц принимать вахту приехали родители Женьки, они готовы были сбежать куда угодно. Хоть на край света.
И вот тогда…
Но об этом потом. Теперь немного о другом.
Дачный участок в одном приличном, расположенном не слишком далеко от города, удалось найти почти сразу. Хороший участок, семь соток, недалеко от реки, с деревьями. Прежний владелец даже сети успел протянуть. А дальше было дело техники.
В общем, если бабушка Саша бралась за что-то всерьез, у деда не было шанса соскользнуть. Быстренько поставили готовый модульный домик. Правда, изначальный замысел был изменен, и модуля теперь там было уже два: один поменьше, другой побольше. И между ними общая веранда под крышей.
Но об этом тоже после.
В общем, дед с бабкой теперь практически безвылазно жили там в маленьком модуле. Потому что в их квартире теперь жили сваты (в смысле, родители Женьки), когда приезжали «на вахту». Ну и бабушке нравилось. Огород, цветочки, грядки, рабсила в лице деда, ну там, воды натаскать, грядки вскопать. Дед, кстати, ту большущую веранду и обустроил.
И вот на той веранде справляли семейное торжество.
Да, они с Егором вчера расписались.
Потому что тянуть уже было некуда, Владу начало тошнить по утрам. Нет, устраивать большую пышную свадьбу никому бы не пришло в голову. Не тогда, когда двое взрослых людей, у которых уже внучка родилась, сходятся в повторном браке. Просто сходили в Загс и расписались.
А сейчас собралась вся семья, сваты приехали, Олеська с Женькой носились, подавали на стол. Дед гордо сидел с маленькой внучкой на руках. Девочка громко гукала и вертела головой по сторонам. И вдруг, дед ахнуть не успел, как она молниеносно цапнула с его тарелки куриную ножку и потянула в рот.
Дед кинулся отнимать, поднялся хохот, шуточки, кто-то снимал. Влада смеялась.
В это время зазвонил ее телефон, она глянула на гаджет и приняла вызов. А оттуда донеслось:
- Ну здравствуй, подруженька. Поздравляю!
И хрипловатый смех. Синицына Марианна. Год назад Владу бы бросило в дрожь, теперь многое воспринималось иначе.
- Между прочим, с вас причитается, - продолжала Марианна. - Если бы не я, вы бы хрен сошлись, так и жили бы порознь.
- Спасибо, - сказала Влада. - Сама-то как?
- Я нормально. С работой у меня все хорошо. Недавно ездила домой на пару дней в отпуск, посмотрела издали. Иногда полезно вернуться к истокам.
- А как у тебя с Семеном?
После принудительного лечения в реабилитационном центре, но об этом Влада справшивать не стала.
- Никак, - бодро проговорила Марианна. - У нас с ним ничего нет. Но он помогает. И Олегу взялся помочь. Сказал, не страшно, что парень не может говорить, есть вариант подобрать для него работу.
Влада хорошо представляла, чего стоило Марианне, страшной эгоистке, зацикленной на успехе, перешагнуть через себя и начать заниматься сыном. Понятно, что ничего не вышло бы без помощи Семена, который, оказывается, работал в реабилитационном центре, помимо всего прочего. Но для матери знать, что ее ребенок не безнадежен, что для него есть будущее — это дорогого стоит. Ведь какой бы законченной стервой ни была Марианна, она тоже мать. Потому и сказала:
- Это хорошо.
Короткая пауза закончилась.
- Ладно, чего это я? – хмыкнула Марианна. – Короче. Ты давай там, держи крепче своих мужиков, а то я нагряну с внезапной проверкой, если что.
- Я тебе нагряну!
Тогда, четырнадцать лет назад, если бы они с Егором действительно доверяли и держались друг за друга, разве удалось бы какой-то левой бабе разлучить их? Они были глупы и слепы. И сами виноваты в том, что все потеряли. К счастью, не все.
Сейчас не то что тогда. Прошли времена слепоты, деликатности и страданий. «С любимыми не расставайтесь». Это был жестокий урок, но теперь Влада глаза бы выцарапала и выдрала все волосы любой гадине, которая на свою беду посмела бы приблизиться к ее мужикам. И это сейчас был единственный и последний раз, когда они с прежней подругой общались.
А Синицына, словно поняла, хрипловато рассмеялась.
- Счастья тебе, подруженька!
Всепрощением Влада не страдала, но чисто по-человечески.
- И тебе, - проговорила тихо.
Вызов прервался.
- Что там? – спросил Егор.
А она убрала телефон в сторону и улыбнулась:
- Все хорошо.
Конец