"Фантастика 2024-150". Компиляция. Книги 1-23 (СИ)
«Заброшенный шахтерский поселок Алабама. Территория под управлением клана Первые люди», — подсказал Эфир. Никакой защиты у поселка не было — ни ограды, ни рва. Хотя в такой глуши мангровый лес сам по себе мог считаться оградой. Жители заметили меня, засуетились, забегали. Кто-то двинулся мне навстречу, но некоторые нырнули в проем в скале и быстро вернулись с подкреплением.
Существа, идущие мне навстречу, все меньше казались похожими на людей или на любую известную мне расу. Прямохождение, руки, ноги, голова — на этом сходство заканчивалось. Все остальное было какое-то скрюченное, перекошенное, со странными черными наростами. Один хромал и волочил за собой жуткую каменную ногу, у другого на голове вспух огромный желвак, у третьего не было рук, а вместо них торчал отросток из живота. Лишь несколько человек были почти нормальными — в них, несмотря на черные язвы, угадывались мои земляки.
Подумалось, что здесь-то я точно буду в безопасности от Хранителей. Но нужен ли я местным, особенно с моим эскортом? Оружия ни у кого из них не было, и я даже подумывал развернуться, чтобы не привести монстров к беззащитным созданиям.
Толпа остановилась на границе городка, некоторые махали мне отростками, призывая бежать быстрее. Вперед протиснулся высокий мужчина, совершенно нормальный, без единого признака проказы, и при этом игрок. Тлейклэль — гибрид шамана и воина, имеющий сто двадцатый уровень.
Он пропустил меня к себе за спину и поднял к небу руки. Некоторые в толпе повторили этот жест. Я обернулся на преследователей и едва поверил свои глазам. Черные мифриловые колья поднялись из земли и проткнули аллигатора, вырвавшегося вперед. Вокруг шамана закружилось темное облачко прионной пыли. Мельчайшие частицы, вытягиваясь из земли и из тел прокаженных, сбивались в шарики покрупнее, размером с дробь. Теперь это напоминало осиный рой. Шаман махнул рукой, и эти дробины-осы метнулись к аллигаторам — невероятно быстро, практически со скоростью выстрела.
Двум зверям начисто снесло головы, как будто в них и правда пальнули из чудовищного дробовика. Сама дробь при этом не остановилась — перегруппировалась в фигуру, похожую на бумеранг, и перебила лапы еще одному монстру.
Шаман при этом, как дирижер, водил руками, лицо его побледнело, а из носа потекла кровь. Двое из толпы поддержали его, приложив ладони к голой спине, и вокруг них появилось голубое свечение. Еще четверо вышли вперед. Наросты, которые покрывали их тела, вытянулись, превращаясь в вороненые клинки разной длины. Этими клинками местные владели в совершенстве — прыжок, несколько взмахов, и больше никто меня не преследовал.
— Приветствую тебя, брат, — шаман вытер кровь с лица и показал мне открытые ладони, подчеркивая, что в его намерениях нет агрессии, а толпа за его спиной загудела. — Мы ждали тебя, бессмертный смертный, будь нашим гостем, окей? И добро пожаловать в Алабаму!
Интересное кино, ждали они меня. На краю зрения мигнул заблокированный квест Первого человека, что-то там явно обновилось, и мне насыпали опыта сразу на четыре уровня.
— Здравствуй, Тлейклэль, спасибо за помощь. — Чуть язык не сломал, пока выговаривал. — Как вы узнали, что я приду?
— Это я тебя призвал. — Он протянул руку. — И зови меня просто Вождь, окей?
* * *Он действительно был похож на вождя — на такого, как рисуют в книжках про североамериканских индейцев. Голый мускулистый торс, весь покрытый наполненными силой татуировками, кожаные штаны и мокасины, головной убор из перьев, спускающихся на спину. Вождь был не совсем простым игроком. В игру он пришел не от скуки и не ради заработка, а потому что иначе было нельзя.
В реале он еще месяц назад лежал под капельницей в заведении, где виртуальные игры — единственный способ хоть как-то сгладить жестокие выкрутасы судьбы. Он был почти полностью парализован, сколько себя помнил, но теперь ему стало еще хуже. Денег на собственную капсулу у него никогда не было, он мог только смотреть чужие стримы. Даже со смартфона играть был не в состоянии — руки хоть и сохраняли некоторую подвижность, но пальцы едва слушались.
Вайп и обновления в игре, однако, не просто так считались шансом на новое начало. У компании DRUGA были социальные программы в реале. Может, так она снижала себе налоги, а может, у ее руководства иногда просыпались человеческие чувства (хотя после знакомства с некоторыми акционерами мне с трудом в это верилось). В одной из таких программ как раз и поучаствовал Вождь.
При каждом обновлении больницам безвозмездно выделяли почти сто капсул, а пациентам выдавали квоту на участие в альфа-тестах, позволяя играть только за определенные расы. Как правило, на альфа-тест предлагали новых спорных персонажей, от которых не ждали серьезного изменения баланса. Еще квоты были у профсоюзов и разных некоммерческих социальных организаций, но тех вообще ограничивали всякой фигней, которую не хотели выбирать игроки — гоблины, огры, крысолюди и тому подобные расы. Все ради игрового баланса и сценарного насыщения.
— Я даже проверять ничего не стал. Как только увидел, что меня везут к капсуле, выскреб из-под подушки заначку обезболивающих. Боялся только, что до рта не донесу, так рука тряслась.
Вождь вел меня по поселку и на ходу рассказывал свою историю.
— У меня же боли дикие были, но терпел, откладывал по таблеточке. А потом все разом бахнул — и в Эфир. Даже персонажа не успел выбрать, как в реале сердце отказало. А от игры контракт на НПС прилетел. Сначала стражником меня сделали в Бартахе, та еще дыра, но мне пофигу было. Я такие чувства испытывал! Такая любовь к миру проснулась, к окружающим, к каждому цветочку-лепесточку! Там игровой суд охранять нужно было. Механика какого-то судить собирались, а у меня же любовь ко всем, вот я и подошел к нему спросить — может, надо чего? И началась заварушка, его свои отбивать пришли. Уж не знаю, отбили или нет, но меня со штрафом на перерождение отправили…
Я не стал рассказывать ему свою историю, выдумал байку про передоз и отказ системы контроля — примерно как у Ники было. С той разницей, что в моей истории я не выжил в реале. Причин не доверять Вождю у меня пока не было, но Эйп отбил у меня желание открываться симпатичным людям со странными мотивами.
— Потом меня в аборигены закинуло, — продолжал Вождь, — испытание прошел и получил направление в эту глушь местным шаманом-знахарем. То ли на мне печать больнички, то ли действительно нравится мне людей лечить, вот и местных тоже пытаюсь. Только не лечится эта гадость, а игроки-подранки не торопятся пока из леса выходить. Так и провел первый день, опыта по нулям. Потом перечитал контракт, но там все расплывчато. «Приноси пользу родному краю, верни былую доблесть и славу» и прочая ерунда в том же духе.
Мы добрались до центра поселка, где, как и положено, стояла резная стела возрождения игроков. А перед ней вместо каменной статуи, как в других деревнях, лежал и выкусывал блох из лапы совершенно живой матерый волчара.
— Здравствуй, большой брат, — поклонился Вождь и кивнул в мою сторону, — пришел, как я тебе и говорил.
Большому брату было явно меньше дела до нас, чем до блох. Он не среагировал ни на слова Вождя, ни на мое тихое приветствие.
— Не обращай внимания, — сказал мне Вождь, — он не обвыкся еще, только недавно еще был каменюкой, пока не возродили. Не поверишь, все как в сказке было. Закручинился я, по улицам бродил, у стелы рядом с камнем уселся, слезу пустил, а он мне ответил. На каком-то ментальном уровне помощи попросил. Оказалось, что это дух поселения, который может как в камень обратиться, так и в силу войти при определенных условиях. Как видишь, зверя я оживил, и столько игрового опыта в награду дали, что контракт почти закончился.
— А остальное как? — Это была очень полезная информация, ведь дома у меня была статуя, как и в деревне, куда ушли минотавры.
— А дальше сила капитала и технологий: пару хижин подлатал, колодец выкопал, больничку отстроил, запас приона из старой шахты распродал. Может, повезло, но я уже на третий день контракт сдал.