"Фантастика 2024-150". Компиляция. Книги 1-23 (СИ)

— Откуда ты это…
— Это важно? Мне лихорадочно что-то придумать, или возьмём на веру? Я это знаю. Я это уже видел.
— Оракул? — с озарением вздохнул Оладушкин. — Точно! Это же столько объясняет! Редкий дар предвиденья! Да? В истории упоминался один Оракул. Луи де Марес, предсказавший падение европейских государств и возвышение Российской Империи! Точно же!
Насколько я помню, Луи де Мареса за это вот предсказание и сожгли в просвещённой Франции. Аналогия у чародея возникла та ещё, но… Неважно это всё.
— Давайте не отвлекаться, Святослав Игнатьевич. Мне нужно прикрытие. Человек с достаточной силой, чтобы в плохом варианте помочь выбраться из внезапной заварушки, и при этом человек не до конца вменяемый, чтобы согласиться на это дело вообще пойти. Вы бы прекрасно подошли.
— Мы были на ты. Не то, чтобы это мне нравилось, учитывая нашу разницу в возрасте, но…
— Ты бы прекрасно подошёл, — перебил его я. — Я хочу встретиться с этим Мордардом. Но в последний раз он устроил настоящую резню и положил кучу паладинов Первой Церкви.
— Это звучит как бред сумасшедшего, Илья. Однако, ты столько раз меня удивлял, что проще поверить, чем требовать доказательств.
Он явно сдался.
— Я с тобой. Если это окажется самой большой ошибкой в моей жизни, пусть. После того, как мы отпустили Беса — мне следует привыкать к жизни изгоя и врага государства.
У меня на этот счёт оставались определённые сомнения. Господин Родионов вполне мог исполнить свою угрозу. Если же то представление Многоликого, с праведным гневом в адрес рабовладельца, это лишь хитрость, то я, конечно, ошибся.
Вот только ошибки это не мой профиль.
— Есть зарядка для «МыУрала»? — я показал Оладушкину разряжённый телефон.
Претендент кивнул, и из соседней комнаты выплыло зарядное устройство. Вот ведь позёр ленивый. Столько сил на показуху тратит.
Впрочем, чародей такого уровня мог себе такое позволить.
Первым делом я набрал девчонок. Они уже успели натерпеться и напереживаться. Весь о бое посреди торгового района разлетелась по кампусу моментально, как и моё участие в драке. Преподавательский состав встал на уши. Распорядительница Анастасия уехала куда-то прочь из кампуса в компании с воспитанными, но очень холодными людьми.
Василиса задействовала Мордарда, чтобы тот начал поиски, и Князь Падали обещался ей помочь. Я передал ей место, в котором готов был встретиться с демоном, и, судя по интонации ведьмочки, моё решение ей не слишком понравилось. Пришлось терпеливо, но с нажимом, настоять на своём. Сказать, что: да, это важно. Да, пусть приходит. Да, я буду готов и помню нашу предыдущую с ним встречу. Нет, я вас с собой не возьму. Точно не возьму. Совершенно точно не возьму. Княгине где я тоже не скажу. Да не скажу. Вася! Просто передай Мордарду то, что я сказал, хорошо? Вот и спасибо! Привет Лизе!
Оладушкин слушал разговор без попыток изобразить вежливое невнимание. Хорошо хоть не комментировал, за это можно и уважить. Потому что я бы, уверен, не сдержался бы от парочки острот.
После беседы с девчонками я позвонил Обухову. Осторожно уточнил про его загрузку, и когда Андрей сообщил, что новые разломы в его регионе больше не появляются, отметил этот факт как подтверждение серьёзности ситуации. Мордард перестал распылять силы. Мордард принялся разыскивать меня. Мордард либо готовится к финальному удару по мне (хотя зачем он ему, ведь куда проще дождаться пока могущественный смертный сам зачахнет под грузом души), либо он действительно занят.
Вообще, откуда он взял то, что Пожиратель решил вернуться? У него оповещение где-то настроено? До планеты с Илюшой Артемьевым осталось сколько-то световых лет и четыре километра? После Юпитера поверните налево, во двор?
Так, много вопросов самому себе, а это уже признаки шизофрении. Суть в том, что на моё предложение Обухов отреагировал с удивлением, но согласился сразу и пообещал поинтересоваться у «медведей». Парень хоть и наивен в некоторых вопросах, а тут проявил себя толково.
 
После общения с Андреем я ещё раз попил чая. Потом попросился в уборную, где старательно помылся, с удивлением глядя на серые потёки на белизне раковины. После того, что случилось на той улочке, я даже не помылся. Илья! Нельзя так. Апокалипсис апокалипсисом, но гигиену никто не отменял.
Так что на этом решение о судьбе этого мира чуточку отступило на первый план. Выбив из Оладушкина полотенце, я с удовольствием принял душ в странного вида ванной, находящейся в башенке, возвышающейся над лесом. Окна снова в пол, и, надеюсь, что снаружи они непрозрачные. Впрочем, если прозрачные, то это не мои трудности.
Вокруг усадьбы Претендента раскинулся дикий лес. Никаких следов цивилизации. Уже вечерело, и на горизонте огни так и не появились. Где же я нахожусь-то, а? Деревья могучие, вековые, а не северная карликовая поросль. И не так тут жарко как на юге. Сибирь? Точно не центральная Русь-Матушка, там таких просторов никогда не увидишь с такой высоты. Где-то да будет огонёк гореть, а здесь просто дикий край.
— Как ты себе такое местечко раздобыл? — поинтересовался я у Оладушкина чуть позже. Мы сидели в столовой, за огромным столом. Претендент смаковал вино под жаркое, а я наслаждался пельменями. Когда увидел их в холодильнике чародея такого ранга, то не смог отказаться. Уж если благородный человек не считает зазорным вкушать подобное, то я должен их попробовать.
— Службой отечеству, — уклончиво ответил на мой вопрос чародей.
— Хорошо. Давай иначе. Как много таких мест у тебя есть, и как скоро мы должны ожидать появления в этих краях людей Разумовского?
Вместо алкоголя я снова пил чай. Прекрасный набор трав оказался у Оладушкина. Надо бы свистнуть у него немного.
— Нескоро они нас отыщут. У меня только официальных резиденций семь штук. Три неофициальных. А про эту избушку вообще никто не знает. Делали канадцы, конечно, так что качество хромает, но когда я строил, был немного стеснён в финансах потому и нанял их, а не уроженцев восточного строительного альянса. Однако заплатил меньше, да ещё и руководство их сквозь пальцы на всё смотрело. Полагаю, они до сих пор считают, что возводили дом для американского чародея.
— Мы же в России? ­— уточнил я.
— В ней, конечно, где ещё, — удивился Оладушкин.
Я лишь хмыкнул и вернулся к еде. Пельмени были очень сочные, и производитель мяса в них положить не пожалел. По специям тоже идеально получилось! Не очень остро, не недосолено. Тесто таяло во рту, но не расплывалось там бульоном. Когда последний из пельменей исчез с тарелки, я с некоторым сожалением откинулся на спинку стула. Взглянул на сотрапезника. Тот подлил себе ещё красного вина.
Ладно. Вздрогнем, Илья. Время пришло для больших свершений. Этот звонок может быть важнее других. И вот за его результат я откровенно сомневался. Надеялся, что всё пройдёт как по маслу, но… Всяко бывает.
Я взял телефон и набрал номер. Трубку очень долго не брали, но затем тишину нарушил вялый голос игумена Петра. Вялый и удивлённый.
— Илья? Ночь на дворе!
Хм, значит часовые пояса у нас схожие. Значит, мы где-то в районе Урала.
— Когда речь идёт о спасении мира, нет нужды смотреть на часы, — максимально пафосно заявил я. — А мы будем говорить именно о спасении мира. Ваше Высокопреподобие, остались ли в вашем распоряжении живые паладины?
— Живые паладины? — переспросил игумен. — Живые паладины⁈
— Я плохо выразился, — признался я. — Это всё от нервов. Но вопрос важный. Мордард снова хочет говорить, и у него плохие новости. К нам едет…
— Я знаю, Илья… — неожиданно грустно прервал меня игумен. — Наши медиумы всё знают. Но наши лаборатории разгромлены. Кто-то предал нас. Исследовательский центр в Новосибирске разбомбили вооружённые силы… Армия, Илья… Ночной налёт. Все наработки Первой Церкви уничтожены. Опытные экземпляры имплантов, работающие в условии сопряжения. Прототипы нового вооружения и брони. Биологические наработки, химические вариации боевых эликсиров. Они сровняли наш исследовательский комплекс с землёй, будто знали по чему именно бьют! Епископы думали, что у нас ещё было время. Что они ограничатся оцеплением. Всё кончено, Илья. Мы потеряли всё!