"Фантастика 2024-150". Компиляция. Книги 1-23 (СИ)

Мне пришёл сигнал от доппеля о ЧП, незамедлительно подключаюсь к нему.
— Стоять, не двигаться! — Выкрикнул один из авроров, косоглазый лысый негр, с черными глазами и огромной золотой серьгой в левом ухе. Этого голубчика я узнал, не безызвестный Кингсли Бруствер.
Второго аврора тоже узнал. Джон Долиш, пожилой седой маг с неестественно голубыми глазами. Он чем–то напоминал бульдога, как внешне, так и исполнительностью. Насколько знаю, он цепная собачка министра, выполняет личные поручения Фаджа.
Остальные трое были незнакомы.
А сейчас попробую испытать новый способ применения магии слова. Обвожу мысленным кругом зону в которую попадают все авроры и запускаю свою разработку, заклинание Незаметное снятие матрицы, проводя оное через себя и доппеля.
Заклинание сработало, мне пришёл пакет информации. Осмотрел авроров, они ничего не почувствовали, это уже хороший показатель работоспособности заклинания. Ладно, авроров запомнил, так что, развеиваю доппеля. Достаю Гримуар и начинаю записывать матрицы этих магов.
В это время на вокзале Кингс — Кросс на платформе девять и три четверти творился бардак. Вначале большая группа авроров окружила маленького мальчика, первокурсника, угрожая ему волшебными палочками. После чего, этот первокурсник на мгновение замер и пропал, словно воспользовался порт–ключом. Авроры долго и громко матерились, привлекая к себе неодобрительные взгляды старших волшебников, провожающих детей на поезд. Они пытались что–то колдовать, должно быть, ища следы, ведущие к конечной точки телепортации, но у них ничего не получалось.
Спускаюсь в гостиную, там, на диване сидит Белла и пытается использовать медитацию для превращения вещества в ману. Увидев меня, она прервалась.
— Господин, у вас удивленное лицо. Что–то произошло? — Поинтересовалась девушка.
— Да, Белла. Представляешь, меня только что пытались арестовать авроры! Ну, точнее не меня, а моего доппеля, но это сути не меняет.
— Неужели из–за убийства того бретера у Малфоев? — Спросила Беллатриса.
— Наверное. — Пожимаю плечами. — Но ведь там убийства и не было, там было типичное самоубийство. Ведь подойти к сильному магу и начать оскорблять его, это равноценно прыжку с высокой башни или самому встать под удар молнии. Результат один и тот же.
— Вы абсолютно правы, господин. Но что теперь делать? Министерство магии и авроры теперь от вас не отстанут. — Сказала Беллатриса.
— Министерство магии, говоришь? Ну–ну. — На моё лицо наползла хищная улыбка. — Спасибо, Солнце, ты мне очень помогла. — Подошёл и поцеловал Беллатрису. — Позови на завтра Риту Скитер для интервью.
— Хорошо, мой Лорд. — Кивнула Беллатриса.
Расположившись в удобном кресле, призываю посох и начинаю забивать его ментальными заклинаниями. Остаток дня потратил, но заполнил посох приличным количеством Печатей раба.
Кто у нас имеет свободный доступ в министерство помимо чиновников? Дамблдор, доппель которого у меня имеется.
На следующий день беру одного из доппелей Дамблдора, снабжаю его разговорной каппой и отправляю в министерство магии. В течение дня обошёл все отделы, кроме отдела тайн и аврората, просил приватного разговора с начальником отдела, затем заместителем. На каждого установил Печать раба. Последним, вишенкой на торте, стал министр магии Корнелиус Фадж.
Доппель Дамблдора вечером зашёл в приёмную министра магии. В приёмной сидела Долорес Амбридж. Приземистая, довольно толстая и пухлая женщина, напоминающая своим видом большую бледную жабу. Ростом она настолько низенькая, что стоя она не на много выше, чем сидя, так как ноги слишком короткие. У неё широкое рыхлое лицо и короткая шея, глаза большие, круглые и немного навыкате, с кожистыми мешками, а рот широченный и дряблый с очень острыми зубами. Волосы Долорес полуседые, мышино–каштанового цвета, кудрявые и коротко стриженные. У Долорес толстые короткие пальцы–обрубки, на которых она предпочитает носить старомодные уродливые перстни. Она была одета в розовый пиджак и юбку, на месте груди красовался огромный белый бант.
 
— Мистер Дамблдор? Здравствуйте. Вы к господину Фаджу? Я сейчас ему доложу о вашем визите, обождите в приёмной. — Сказала Амбридж тонким, по–девчоночьи неустойчивым голосом с придыханием, который звучал ядовито и льстиво.
— Да, Долорес. Я обожду. — Сказал доппель.
Вскоре Амбридж вышла из кабинета министра магии.
— Мистер Дамблдор, проходите, министр ждёт вас. — Произнесла Амбридж.
Доппель вошёл в кабинет министра. За столом сидел Корнелиус Фадж. На доппеля уставились водянистые серые глаза с усталого озабоченного лица невысокого, но осанистого пожилого человека, у него были седые спутанные волосы. Одежда его являла собой необычную смесь: костюм в тонкую полоску, малиновый галстук, черная мантия и остроносые лиловые ботинки, на письменном столе лежал светло–зеленый котелок.
— Мистер Дамблдор, добрый день. Что привело вас ко мне? — Произнёс он.
— Корнелиус, здравствуй. Секундочку, я наложу чары приватности. — Через доппеля наложил на кабинет указанные чары. — Меня беспокоит, что авроры стали заниматься беспределом. Ты же слышал, что недавно на платформе девять и три четверти они напали на первокурсника? По–моему, это недопустимо!
В этот момент поймал взгляд Фаджа, подготовился и активировал установку Печати раба. Фадж замер в одном положении и стеклянными глазами смотрел. По завершении установки министр дернулся.
— Ты что со мной сделал? — Взвизгнул Фадж.
— Корнелиус, не беспокойся, сейчас всё объясню. Всего лишь наложил заклинание, связывающее тебя с тем самым мальчиком, Хермионом Котоура. Если с ним что–то случиться, то и связанным с ним людям будет очень плохо. Если он погибнет, то и связанные умрут. И да, ты ничего не можешь рассказать или сделать, что могло бы ему навредить. Попробуй.
— Да я сейчас авроров поз… — Выкрикнул Фадж и упал на пол, дико вереща от боли, как от Круцио. Так продолжалось секунд пятнадцать. — Нет, нет! Я не буду делать ничего плохого мальчику! — Выкрикнул Фадж и боль отступила.
Несколько минут он сидел, обхватив себя руками и приходил в себя, затем уставился злобным взглядом на, как он думал, Дамблдора.
— Зачем тебе всё это? — Злобно спросил Фадж.
— Корнелиус, как же, пострадал невинный ребенок, мой ученик, разве я мог остаться в стороне?
— Мне доложили, что этот невинный ребенок убил человека на глазах у толпы народа, используя темную магию! — Сказал министр.
— Ложь и навет. Если кого–то убили, то где тело? — Прищурившись, спросил доппель. — Это была невинная шутка, представление для развлечения гостей. Всего лишь иллюзии! А те, кто принял всё за чистую монету, глупцы! Как можно без доказательств, из–за шутки, нападать на главу сильного магического рода? Ты думал, что тебе подобное сойдёт с рук?
— Шутка? Но, мне сказали, что он рукой вырвал душу у мага и развеял его! — Неуверенно произнёс Фадж.
— Ха–ха–ха. — Рассмеялся доппель. — Ты сам–то понял, что сказал? Ты знаешь о существовании чар, способных на такое?
— Нет. — Опустив голову, произнёс Фадж.
— То–то и оно! Это же спектакль, а в реальной жизни маги на подобное не способны! Короче, делай что хочешь, но накажи всех участников этого балагана. Если подобное повториться, то ты на своей шкуре ощутишь без всяких предупреждений то, что недавно испытал.
— Я понял — Скрипнув зубами, через силу выдал Фадж, злобно прожигая взглядом Дамблдора. — Это всё?
— Да, Корнелиус. Счастливо. — Сказал доппель и развеялся.
Точнее, это я развеял доппеля, имитировав трансгрессию.
В этот момент к нам в поместье наведалась Рита Скитер, одетая как и в прошлый раз. Я сидел в кресле в гостиной, откуда только что руководил доппелем.
— Добрый день, мистер Котоура. — Кивнула она.
— Здравствуйте, мисс Скитер. Присаживайтесь. — Показываю ей в кресло напротив.
Рита вооружилась блокнотом и Прытко пишущим пером и сходу спросила: — Скажите, это правда, что вы убили мага на приёме Малфоев?