"Фантастика 2024-150". Компиляция. Книги 1-23 (СИ)
Славный оказался городишко, тихий относительно столицы нашей Родины. Машин в нем было не в пример меньше. Дети радостно резвились на улицах - каникулы у них были числа до десятого января. Многие из ребятишек, что попались нам на пути, тупили коньки о местами проглядывающий асфальт - вероятно, где-то рядом был каток. Мы шли за одним таким, спотыкающимся, несущим клюшку на плече, пока он не свернул в сторону жилого дома. А там уж и нам недолго идти осталось, мы были уже почти на холме - копии того, что на изнанке. Только тут, вместо тюрьмы, находилось высшее учебное медицинское заведение. Через проходную сновали студенты, в воздухе витал нервный экзаменационный дух. В холле стоял работающий автомат с горячими напитками. Я выпила чашку какао, и почувствовала себя куда бодрее (и веселее). Как настеганная, неслась я по коридорам, компаньоны, ругаясь в полголоса, еле поспевали за мной. Здание представляло собой четырехугольник, в котором протекал учебный процесс, и двор посередине. И, хотя никаких вышек не было (вероятно, их просто снесли за ненадобностью), никаких сомнений в былом предназначении строения у меня, лично, не возникло. Никакого хода на изнанку мы не обнаружили.
– Что-то не хочется мне тащиться на другой холм, - покачал головой металлист. - Не будет там ничего.
– А вдруг?
– Не будет, - поддержал товарища Никола. - Если бы там что-то было, то было бы и в этом месте. Уж поверь мне на слово.
– Ладно, верю. В Урск направляемся?
– Надеюсь, мы тудапопадем, - буркнул металлист. - А не в какое-нибудь мерзкое поле.
В Урск мы попали. В городе было тихо, точнее, сонно. Странное поле, от которого мы бежали на лютый мороз, ничем себя не проявляло. Деревья, растущие вдоль центральной улицы, попирали голыми ветками хмурое небо. Теперь, при дневном освещении, стало заметно, что листьев-то на них и нет - несмотря на аномальную теплынь.
– И куда мы теперь? - Осведомился Никола.
– Может, погуляем просто? К народу приглядимся?
– Давайте, к другой тюрьме пойдем гулять, - внес коррективу в предложенный план металлист.
И мы пошли по раскисшей дороге. По пути нам встречались редкие вялые прохожие. Они останавливались, задерживали на нас взгляд на мгновение, и шли себе дальше. Не удивлялись, нет. Отмечали что-то в своем сознании, и вяло продолжали свой путь. Даже собаки и кошки не избежали тяжкой участи - передвигались, точно снулые мухи. Последние и вовсе отсутствовали.
Так прошли мы километр. Близилось время послеобеденного сна, и постепенно с нашего пути исчезли остатки аборигенов. Хотелось спать. Мы, не сговариваясь, присели на облупившуюся лавчонку. Глаза закрывались сами собой, но что-то оберегало меня от дремы: "не спи, тут опасно!"
Я разлепила глаза, и увидела перед собой совсем еще маленькую девчушку. Она остановилась напротив нашей скамейки, и глядела в нашу сторону.
"Не хочу туда!" - Уловила я крик о помощи. - "Там нет кукол!"
Помыслив (ой ли?) таким образом, девчушка поплелась дальше.
А я наконец-то поняла, что "тут было не так". Все люди в городе, как один, были заражены одной общей идеей: они стремились попасть в тюрьму. В белую ли, черную - неважно. Хотели заработать высокую привилегию примерным трудом и поведением. Вырвать у закадычного друга заветное место на грядущем отборе. Только эта мысль заставляла их передвигать ноги. Работать, готовить, кормить детей. Заводить новых. Уряне жили ради будущего конкурса. Те, кто сдались окончательно, выделялись странной вялой бодростью на общем не в меру вялом фоне.
– Просыпайтесь, друзья, - пихнула я в бок задремавшего металлиста. - Ну же!
– В самом деле, что это мы? - Вскочил, как ужаленный, металлист. - Никола! Вставай. Нельзя тут спать.
– А? - протер глаза технарь. - Я заснул? Надо же! Мне же всего три часа в сутки на сон требуется! И я уже спал, в той избушке с нарами… Странно…
Я шмыгнула носом. Везет же человеку - всего три часа на сон!
– Пошли, - поднялась я с лавочки. - Нас вторая тюрьма ждет.
И снова был холм, и снова на нем стояла тюрьма, на этот раз - белого цвета. Впрочем, от этого ничего не менялось - нас в нее не пустили, и, как и в предыдущий раз, обругали опарышами. А когда загудело поле, то оно нас не застало врасплох - мы успели телепортироваться к избушке Зуба. Зеки по призванию сидели вокруг стола. Обедали.
– Присаживайтесь, истинные люди, - пригласил нас авторитет. - Пообедаем. Шуша!
Появился крысоподобный домовой, зыркнул подозрительно, поставил дополнительные чурочки, плошки и ложки. Мы сели, вкусили вольной кашки.
– Как прошло? - Спросил Зуб, как только наши миски опустели.
– Пока еще ничего нельзя сказать, - покачал головой металлист. - Маловато у нас данных, но одно я знаю точно. Вляпались мы в какую-то нехорошую историю, братцы.
Зуб крякнул.
– То-то и оно, что в нехорошую, - сказал. - Я человек черной зоны, и мне свою территорию вернуть хочется. И дожить так, как мне привычно, среди людей.
Зеки угрюмо кивали нечесаными головами. А я смотрела и думала, что не знаю, что означает "черная зона", но в целом, все правильно - жить надо среди людей, а не среди зомби. Стоп. Зомби?! Кажется, я начинала понимать, кого мне напоминали жители Урска…
Но, в то же время, "свободные" уряне еще не были зомби в полном смысле этого слова. Вялые они были слишком, но имели остатки воли. Значит…
– Нам надо попасть в тюрьму, - твердо сказал Зуб.
Это поставило точку в моих размышлениях. Действительно, для полноты картины нам просто было необходимо попасть в тюрьму. Но…
– А не боишься? - Недоверчиво покачала я головой. - Что крыша съедет?
– Мы же в облике крыс пойдем, - не очень уверенно ответил авторитет. - Этих тварей ничего не берет. Я понимаю, что это большой риск, но другого выхода у нас нет, - добавил он. - Верно, орлы?
Немытые зеки кивнули головами. Не слишком синхронно, зато вполне искренне.
* * *А где-то через полчаса я направила амулет на Зуба. Остальные уголовники уже были обращены главарем в крыс.
– Крысой стань, честной пацан.
Ноль эффекта.
– Может, ты не можешь стать крысой? - Усомнилась я в успехе предприятия.
– Верзила же стал, - покачал головой Зуб. - Он честный вор. Значит, и я смогу.
Я поскребла макушку. Снова направила амулет:
– Крысой стань, авторитет.
Получилось. Зуб исчез, вместо него на полу нарисовалась крыса с нереально-большими бусинами черных глаз. Она наклонила усатую морду в знак признательности, и кивнула своей команде - крысы выстроились друг за другом.
– Удачи, ребята, - тихо сказала я
Крысы одна за другой исчезали в дыре. Когда мелькнул последний лысый хвост, металлист оживился:
– Посоветуемся, друзья?
– Да, конечно. Шуша! Чаю нам принеси, пожалуйста.
Явился домовой сразу, но зыркнул крайне подозрительно:
– По какому праву?
– По такому праву, что жизнь последних честных пацанов города Урска в наших руках, - показала я крысоподобному домовому амулет. - А, может быть, и не только их жизнь. Так понятно? - Подумала, и сменила тон: - Давай все же поговорим по-хорошему.
Домовой согласно кивнул. Картинка на мгновение моргнула… И нары исчезли. Мы оказались в светлой просторной избе, в уютных креслах, за добротным струганным столом. По бревенчатым стенам стояли лавки. Напротив входа в горницу появилась беленая печь. Дыра прикрылась деревянной крышкой. Окна увеличились в размерах, и приоделись в веселенькие занавесочки.
– Ой.
– Нравится? - Задал вопрос толстый енотоподобныйдомовой. Важный такой, умный и симпатичный.
– Еще бы!
Шуша грустно вздохнул.
– Что поделаешь, если хозяина засосала уголовная трясина? Ему теперь только нары и милы, - покачал он усатой головой. - Так вам чаю? Из самовара? С пряниками?
– Давай! - обрадовалась я.
Шуша расцвел: