"Фантастика 2024-150". Компиляция. Книги 1-23 (СИ)

Зимой существовать в таком доме можно было только возле газовой горелки, да и то практически вплотную к оной.
– Пойдем, - рассмеялась аборигенка, и я порадовалась, что успела расширить звуковой диапазон. - Не замерзнешь, не бойся.
"Ну да, оно внутри, конечно же всяко теплее, чем снаружи", - скептически думала я. - "Градусов на пять".
Но я ошиблась. Внутри было тепло. Очень.
"Придется спать головой на улицу", - мрачно подумала я, чувствуя, как промокают от пота джинсы. - "Это что же у них вместо очага? Вулкан, что ли?"
Пол жилища был каменным и очень горячим, чуть ли не обжигающим.
"Хана кроссовкам", - подумала я. - "Единственно, кому здесь может быть комфортно, так это нашему огнедышащему спутнику".
Дракон, занявший чуть ли не половину огромной комнаты, в которую нас привела Илана, сложился покомпактнее, и, прикрыв глаза от блаженства, уставился на "очаг", или попросту говоря, оплавленную дыру в центре, из которой вырывались огненные сполохи. Я почувствовала, что скоро расплавлюсь. Голова, по крайней мере, уже кружилась. Друид сжался в комок - так он меньше контактировал с окружающим миром. Металлист также не выглядел довольным - с его лба непрерывной струйкой тек пот.
Хозяйка, заметив наше прибалдевшее состояние, нажала на какую-то кнопку, и отверстие в полу затянуло чем-то, похожим на стекло. Дракон недовольно заворчал, зато всем остальным жить стало веселее.
– А где Иззя? - вспомнила я.
– Сын сейчас на горячей стороне, - со вздохом отозвалась Илана. - Он уже вышел из младенческого возраста.
– Это там, что ли? - указала я дыру в полу.
– Не совсем, - покачала головой Илана. - Это, так сказать, ядро просвечивает.
Антон побледнел. Илана с беспокойством поглядела на друида.
– Ничего, сейчас я целебный напиток принесу, и вы малость пообвыкнетесь, - пообещала она. - Ночь проведете на нашей планете, а потом вам не захочется ее покидать, уверяю вас.
Денебка вышла из комнаты, притворив за собой дверь.
– Ну и местечко, - произнес металлист.
– Жарковато, - поежился, как от холода друид.
– Тут ещщщще прохххладно, - приоткрыв красный глаз, прошипел дракон. - Вот там, где сссамццы жжживут, куда теплее.
– Но ведь мы туда не пойдем? - осторожно спросил Антон.
– Как зззнать, - ответил дракон, и снова закрыл глаза.
Между тем температура в доме упала до терпимой. Металлист хотел было что-то уточнить у ящера, но потом передумал, и отправился в обход комнаты по своей давнишней привычке. Друид воспрял духом, откинул на плечи волосы, которые были упиханы между коленями, пока он сидел, сжавшись в клубочек, начал тихонько мурлыкать себе что-то под нос. Я, сама не знаю почему, подсела к дракону. Не стала задавать глупых вопросов, просто настроилась на него.
Мне было спокойно и мудро, если так можно выразиться. Внезапно я почувствовала, как меня подхватила мягкая сила и повела за собой.
Бережно ведомая, я шла сквозь прожитые века, сквозь толщу сделанных выводов, горечь сожалений, к радости от празднования побед. Я соединилась с исполином настолько, что мне стало казаться, что это я, полная энергии и юношеского задора, лечу сквозь Вселенную куда-то на планету, где обитают красивые драконессы, побеждаю в схватках и соревнованиях, и испытываю по этому поводу гордость. Это я посещала заброшенные миры, опасные, населенные лишь ядовитыми гадами, поедающими друг друга (точнее, враг врага) потому как иной пищи больше не осталось. Я видела невероятно техногенные цивилизации, изобразить которые на экране не смог бы даже Роберт Зимекис, даже спевшись со Стивеном Спилбергом, даже при поддержке самых крезанутых программистов моей родной планеты. А вслед за этими мирами меня нередко заносило в ненаселенные, только-только становящиеся миры, где с шумом сталкивались друг с дружкой тектонические плиты, бушевали ураганы, гоняя по бескрайним океанам огромные волны. На одной из таких планет я попала в сильнейший шторм, летела сквозь красивейшее грозовое облако, то и дело пронизываемое электрическими разрядами, и, судя по всему, выжила лишь чудом.
 
Посещала я и планету 14856747, "Землю", причем довольно часто, если сравнивать с остальными мирами. В первый раз попала на гладиаторские бои, ужаснулась чудовищной бессердечности самок древнего Рима, требующих добить запутавшегося в сети самца, и устроила нехилый пожар в городе от избытка чувств. Потом, забегая вперед, эдак на десяток веков, разочаровавшись в жизни, поселилась в Англии, обложив народонаселение посильной им данью - пара овец в одну неделю. Нередко овцы были под завязку начинены местной магией, действующей на местных пресмыкающихся, но только меня она не брала. Покинула я Англию, когда овцы почему-то закончились, зато одна за другой повалили девицы сомнительной девственности, да все в тягости. Видно, кто-то придумал таким образом избавляться и от позора, и от лишнего рта.
Гораздо больше мне понравилось на Руси, где довелось пропутешествовать в компании пары вечно пьяных детинушек. Именно по их непросыхающей милости возникла легенда о трехголовом Змее Горыныче, хотя это, как вы сами понимаете, была неправда чистой воды. Подвигов (сомнительных) в виде поджаривания разбойников и степных кочевников из засады, я совершила немало, и все во славу земли Русской, пока один из моих соратников не сложил по пьяни буйну голову, провалившись в выгребную яму. Его напарник мигом протрезвел, и узрел, наконец, что у меня одна голова. Этого почему-то вполне хватило для его тотального и, увы, бесповоротного просветления, в результате которого здоровенный детина запел псалмы басом, и направил стопы в ближайшую пустынь.
Я же, безмерно удивленная подобным поведением этого смертного, так же решила провести хотя бы век в молитвах и покаянии. Я перепробовала десятки миров, пока, наконец, не выбрала один с быстротекущим временем, в меру жаркий, без разумных существ, населенный тупыми турами и худосочными хищниками. Мяса одного тура хватало на месяц, так что житие мое можно было смело называть святым. Вдобавок ко всему, рядом с моим логовом обнаружилась светлая огненная магическая жила, и мой организм очистился настолько, что стала сама себе напоминать себя же, после ритуального окунания в священный источник на планете Огненной…
…Тогда-то и нашел моего дракона мой давнишний друг, Отблеск Зари На Вершине Западной Горы, и поведал, что его призывает отец, потому как почувствовал, что ему пришел срок слиться со стихией.
Он постарел, Грохот Полярных Льдов.
В нем не было больше интереса к тому, что происходило вокруг него.
"Жаль, что я так долго был вне дома", - думал мой дракон, с грустью глядя на бывшего ранее блескуче-золотым, а теперь потускневшего, но все еще величавого ящера.
"Ничто не случайно", - подслушала я ответ. - "Я познал наш путь до конца, и растворюсь в огне без остатка".
Да, друзья мои, я уже не была самим драконом. Скорее уж, его спутницей.
"Что мне делать?" - спросил мой проводник.
"Правь мудро", - услышала и я ответ старого ящера. - "Будь терпелив к простому народу, и все будет хорошо".
А потом он улетел, а я осталась на драконьей планете, среди подобных моему проводнику по сказке, вместе с ним. Ему, наделенному властью по наследству, приходилось быть третейским судьей в конфликтах соплеменников. Решать, кто прав - тот, кто первым нашел скалу с уютной пещерой год назад, пометил ее по всем правилам, но потом был вынужден ухаживать за получившим ранение родичем, и, вследствие чего, не смог переселиться в уютное местечко. Или тот прав, кто нашел скалу, на которой не осталось и следа от прошлогодней пометки, недавно, и теперь на нее претендует. Собственно, правы были оба, а пещера была всего одна. В тот раз всем повезло - родич первого дракона выжил, и показал своему сиделке куда более романтичное гнездышко, чуть подальше, зато в живописнейшем месте, с видом на заснеженные пики, полыхавшие всеми оттенками красного в часы заката.