"Фантастика 2024-150". Компиляция. Книги 1-23 (СИ)
– Вы забыли все, что произошло за…
"Спаситель" повернулся ко мне.
– За последние полчаса, - оторопело произнесла я.
Глаза у защитника были стального цвета.
– …за последние полчаса, - повторил он за мной. - Вас здесь не было, вы ничего не помните.
– Нас здесь не было, мы ничего не помним…
– Идите!
Люди в иномирском черном послушно развернулись, и, сделав пару шагов, растворились в воздухе. Я почувствовала струйку холодного пота, побежавшую по спине. Стало холодно и зябко. "Спаситель" неторопливо направился в мою сторону.
И вот тут-то я испугалась. По-настоящему. До дрожи в коленках. До ледяной пустоты внутри.
Но незнакомец, слава богу, не собирался на меня нападать.
– Здравствуй, красавица, - остановившись метрах в двух от меня, молвил он.
Начало мне, перепуганной, польстило. Да и выражение бирюзовых глаз у собеседника не было таким отталкивающим, как у давешних парней. Скорее даже добрым. Я перевела дух. Коленки дрожать перестали.
– Меня зовут Борис Иванович. Синицын, если хотите полное звание, - произнес он, и выжидательно уставился на меня.
– Так это была ваша птичка? - против воли вырвалось у меня.
Мужчина лишь усмехнулся. Не ответил. Мне оставалось только одно.
– Лиса, - представилась я прилипшим прозвищем. - Ударение на первом слоге, - привычно добавила я на всякий случай.
– Лиса, вы учитесь, или работаете? - проникновенно поинтересовался Борис Иванович.
– Работаю, - удивленно протянула я. Почему-то мне казалось, что речь должна пойти о зловещей троице. - И учусь, - добавила, подумав.
Все же занятие всяким боевым искусством, как и любое другое самосовершенствование, бесконечно.
– А работа устраивает? - осведомился настырный собеседник.
Тут я снова начала напрягаться. Пережитый страх, было прогнанный добрым выражением зеленых(!) глаз… Что за черт?! Только что были бирюзовые! Они у него цвет меняют!?
– Не жалуюсь, - попятилась я назад. - А что?
– Да вот, хотел предложить вам место в своей конторе, - пристально глядя на меня, ответил "защитник".
Глаза у него стали и вовсе неописуемого цвета. В смысле невозможности сходу отождествить этот самый цвет. Внезапно я осознала, что чувствую себя этаким кроликом под взглядом удава, и мне это, разумеется, не понравилось.
– И как коллектив? Хорош? - буркнула я первое, что пришло на ум, с трудом отрываясь от загадочных очей собеседника, попутно размышляя, куда бы приткнуть свой взгляд, который, как назло, тянуло обратно. Наконец, вспомнив чей-то совет, я стала смотреть на мочку уха собеседника. Это подействовало - мне удалось хоть чуть-чуть абстрагироваться от товарища Синицына.
– Да ничего, дружный, - усмехнулся Борис Иванович. - Денежное вознаграждение вас, скорее всего, устроит, жилье мы вам предоставим, занятие творческое, кругом, - он сделал широкий жест рукой. - Кругом деревья. Много. Так что соглашайтесь.
От удивления я даже присвистнула. И, разумеется, нисколько не поверила дяденьке - моя недолгая рабочая карьера убедила меня в том, что если все начинается совсем уж хорошо, то подводный риф в виде того же начальника-самодура просто обеспечен.
Но, самое главное, заманчивое предложение сие поступило как-то неожиданно, и на фоне недавних событий выглядело, мягко говоря, странным. Казалось, потенциальный работодатель что-то не договаривает. А, возможно, и заговаривает зубы - ведь, ему, по идее, стоило объяснить мне, натерпевшейся страха, что за ерунда здесь творится!
– И где же подвох? - невежливо осведомилась я. - И в чем, собственно, состоит работа?
– Вы будете продолжать делать то же, чем и занимались, - начал объяснять он.
– Преподавать линейную алгебру неучам, не платить за комнату в общаге, и грести бабло лопатой? - нагло уставилась я в голубые глаза собеседнику.
Все-таки, не уважаю я возраст… Может, зря?
– Нет, тренироваться, - серьезно ответил Борис Иванович. - Может быть, работать с животными. И, это еще не работа, а, скорее, так, стажировка.
Очи его приняли какой-то несусветный ржаво-фиолетовый оттенок. Мои раскрылись совсем уж широко. От изумления. Но я взяла себя в руки, и принялась по пунктам объяснять настырному человеку, почему я ему не верю. Упомянула про то, что не первый день живу на свете, и научным российским работникам никто не платит больше прожиточного минимума в захолустном городе моей прописки за то, что они занимаются тем, к чему у них душа лежит.
И, потом, я не умела работать с животными, и никогда этим не занималась. Я для них только цирк бесплатный представляла. В-третьих,…
Но Борис Иванович жестом остановил мое красноречие.
– Во-первых, - в тон мне ответил он, - когда я говорил про животных, я имел в вашу способность собирать вокруг себя окрестную живность в процессе собственной тренировки. Спонтанно, а не под принуждением кого бы то ни было.
"И как он угадал?" - мелькнуло в моей голове. - "Так спокойно говорит обо всем том, о чем я только Таньке решилась рассказать, а в ответ нарвалась на шутки и непонимание".
Приоткрыв рот от изумления, я стояла и таращилась на собеседника. Тот заметил, усмехнулся.
– Во-вторых, у вас появятся новые горизонты для развития своих способностей, - продолжил он. - В-третьих, не понравится - всегда можете отказаться. В четвертых… Скорее! Давай руку!
И, прежде чем я успела что-либо сообразить, потенциальный работодатель вцепился в мою конечность, как клещ в геолога, и потащил меня к выходу из парка. К главному входу в не менее главное здание, к покрытой грязевыми разводами праворульной тойоте.
– Опять "агенты Смиты"? - поинтересовалась я, чуть отдышавшись.
Теперь, под защитой мужчины с непонятными глазами, зловещие парни казались немного забавными. Опасными, конечно, но…
– О чем ты? - оторопело уставился на меня "защитник" глазами спелой алычи. - Какие еще "Смиты"?
Мы что, уже перешли на "ты"?
Из дверей главного здания показались люди в черном. Пятеро на этот раз. Тот, что по центру, махал какой-то грамотой.
– Вот эти, - показала я на парней.
– Живо! Едем! - скомандовал мне Борис Иванович.
Я, не раздумывая, прыгнула на сиденье рядом с водителем.
Мотор взревел, меня вжало в сиденье.
Пятеро в черном остались позади.
* * *Ездил Борис Иванович божественно. Казалось бы, на дороге не безобразничал, никого совсем уж откровенно не подрезал, вел уверенно (не люблю нервных водителей), но при этом двигался куда быстрее потока. Я наслаждалась наступившей действительностью. Да и какой русский не любит быстрой езды? На ум пришло воспоминание о недавнем предложении. То ли о работе, то ли о стажировке. Правда, я так и не дала согласия… Но, с другой стороны… Как ни крути, доводы потенциального работодателя казались мне неоспоримыми. И, кроме того, у меня затеплилась надежда. Надежда трудиться плодотворно, не страдая при этом заботой о завтрашнем дне, о прописке, о том, как бы попасться на глаза комендантше. И я решилась. Как я уже говорила, я вообще легко сжигаю мосты. А тут пока и сжигать еще было нечего.
"Осмотрю место работы", - подумала я. - "Все равно ведь ничего пока не теряю…"
Развитое мое воображение тут же принялось рисовать жизнерадостные картины светлого будущего, в котором фигурировали коттедж на лоне соснового бора, многочисленные поездки в Китай по собственному желанию, и…
Ой! По-моему, уже МКАД.
Мы сворачивали на Новорижское шоссе. Тут-то в мою голову снова начали закрадываться сомнения.
"Где находится место работы? Какой я себе представляю новую работу? Сколько раз в неделю я буду там появляться? Приду (нет, приеду) разок - другой в неделю, палкой помахать для собственного удовольствия? А куда, кстати, приду-то? В лес? В парк? На стадион? Хотя, какие, к черту, мыши на стадионе! А еще на меня иногда будет пялиться этот странный дяденька. И платить немалые деньги за бесплатный цирк…"