Защитник Дворянок (СИ)
Внутрь импровизированного круга вскоре вошла девушка. Блондинистые короткие волосы скрывались кепкой. Перетянутая бинтами грудь все равно сохраняла внушительный объем. Точеная талия и плоский животик были открыты всему миру на обозрения, ведь кроме длинного кожаного плаща наверх девушка больше ничего не надела. Внизу же были джинсы и тяжелые сапоги, выглядящие военными. И красная дымка вокруг тела девушки совершенно никуда не девалась, немного подавляя своей силой. Но после вчерашнего амбала это было совсем слабо. Так что я с вызовом смотрел на на удивление высокую девушку, бывшую со мной практически одного роста. Или же это больше говорило о том, что Казимир на хреновой еде обрек себя на замедленный рост.
— Я всегда был смелым, иначе бы не жил в одном месте с валяющимся у моих ног мусором. — И снова добавил пареньку от всей души, от чего он, на время затихший, снова подал признаки жизни — Он тут за тебя говорил так, как будто ты его собственность. Вот я и решил его утихомирить.
У меня уже после просыпания на чужой кровати возникала странная мысль, что я вполне могу победить. И она меня вела, давая уверенности. Даже в случае с этой шестеркой. Вот только была проблемка. Это чувство, благодаря которому я уже огреб, сейчас полностью заткнулось. Как я мог победить в ситуации с амбалом, но проиграть здесь девахе, которая, судя по цвету ауры была много слабее его, оставалась загадкой. Скорее всего, тут влияли мои травмы. Но сомневаюсь, что я даже здоровый бы смог как следует вдарить пигалице, легко спрыгивающей с двенадцатиэтажки.
— То-то ты нас обходил за десять верст, «смелый». — Усмехнулась она от моего ответа, сверкнув своими зелеными глазами, которые оставались максимально серьезными. В конце-концов она просто помахала ручкой так, словно отгоняя от себя назойливую муху — Не в моих правилах мутузить убогих, тем более что я тебя немного уважаю за то, что кормишь свою сеструху, как на убой, она скоро меня по сиськам догонит. Так хочешь подложить её под дворянчиков поскорее?
И толпа быдланов грянула грязным, липким смехом, что казалось проник бы в мою голову, даже если бы я разорвал себе барабанные перепонки. Остатки Казимира взвыли белугой, подстрекая меня любой ценой сделать этой сучке больно, любой ценой заставить сожрать свои слова. Я удивлен, что с такой чувствительностью к словам, в сочетании с физической немощью, Казимир так долго прожил. А, ну да, на нем же все заживает как на собаке.
И никаких сил не просыпается. Было чувство, что тело может преподнести сюрприз, и за счет злобы пробудятся некие внутренние резервы. Глухо. Неужели сейчас нужно просто проглотить ее слова и пойти дальше?
Нет.
Я оценил обстановку. До больницы не настолько далеко. Даже если меня прихлопнут как муху, они умеют собирать и более серьезные случаи. Ведь постепенно количество владеющих аргой в этом районе увеличивается. А эта сучка в колонию для владеющих точно не хочет, на самой низкой-то ступени. Память Казимира любезно подбрасывала слухи о тюрьмах для владеющих силой. Ничего хорошего ее там не ждало.
Так что вывод простой. Мне будет больно, но я не умру. Надеюсь, я не слишком долго думал. Потому что пришло время действовать. И действовать опять грязно. Сейчас я тебе покажу равноправие, раз уж ты решила стоять во главе мужской банды, курва!
Стараясь не показывать признаков готовящегося удара, я резко вскинул ногу, метя в живот. Сначала склонялся к груди, но там подушки безопасности были слишком мощными. А хороший удар в живот согнет кого угодно. Я краем глаза увидел, как дернулись девичьи губы, а взгляд лишь заострился. Нога была поймана в резкий блок и крепко схвачена.
— Что, герой-любовник, правда глаза колет? А может ты наоборот ее для себя выращиваешь? Другая баба на тебя и не посмотрит никогда! — Она сдавила ногу на грани перелома, при этом сделав минимальное усилие. Но мне и нужно было, чтобы она почувствовала, что все под контролем.
Толчок оставшейся ногой от земли. Поворот тела вокруг своей оси. Занесенная нога набирает центробежную силу. Глаза девушки уменьшаются, будто от страха. Меня отпускают и руки уже идут на защиту головы. Но поздно. Побитое жизнью подобие кроссовка впечатывается в скулу под углом вниз. Ну все, сейчас меня точно побьют толпой. Но как же сразу на душе хорошо стало. На лице сама собой расцвела улыбка.
Время снова обрело прежнюю скорость. Я без групировки рухнул на асфальт. Хорошо хоть вешу мало и высота была небольшая, но все равно, правая половина тела вспыхнула огоньком боли, особенно рука. Но не было времени лежать и ныть, я резко вскочил, чтобы хотя бы успеть полюбоваться на дело ног своих.
Небольшая банда подсосов девушки бурлила в праведном гневе, бросаясь в меня фразами о том что я «не мужик», что как я вообще посмел тронуть их Ждану. Иронично, что когда прописал заводиле по яйцам и отпинал, они ни слова не проронили. Хех, похоже его никто среди них не любил.
Парни уже дернулись было ко мне, чтобы отомстить стократно. Я занял оборонительную позицию. Иллюзий не питал, лишь защитил голову и попробовал максимально сжаться. Но ни один удар не долетел до меня, ведь все было прервано властным вскриком.
— Стоять, он мой!
Девушка сплюнула кровь и смотрела на меня глазами, полными ненависти. Она стояла не там, где до этого, то есть я хотя бы сумел ее пошатнуть. Правда, в глубине души я хотел ее вырубить. Но, видимо, владеющие аргой будут покрепче обычных людей, а не просто тот амбал был тренирован на такое.
— Шалашонок, так правда глаза заколола что ты свое место забыл? Ничего, сейчас я тебе его укажу. — Буквально выплюнула она.
Ее группа поддержки, что была вокруг, резко врубила пятую передачу, освобождая дорогу. Не хотели попасть под горячую руку, видимо. Понимаю их.
Потому что вокруг девушки теперь была не слабенькая красная дымка, а самый настоящий первобытный огонь, бурлящий, полностью поглотивший ее тело. Я же был абсолютно спокоен и не понимал причины этого. Все это было очень странно. Приемы, которые я точно не изучал и Казимир не обучался, внутреннее чувство безопасности. И это все при том что у меня немного подрагивали колени а самого парализовало то ли от страха, то ли от самоуверенности. Но я не мог сделать ни шага.
— Что, впервые отхватила по лицу и уже так разозлилась? А нечего лезть на мужскую территорию. Вали на кухню и шагу оттуда не делай без разрешения мужика. — Врубил я слабоумие и отвагу по полной. Сам не понимал, нахрена я это делаю. Но что-то внутри твердило одно и тоже слово. Надо!
Небольшие частицы пыли, камушки и прочие маленькие объекты воспарили вверх, а на меня постепенно, будто смакуя каждый шаг, двигался товарный поезд в виде рассвирепевшей девушки. Её кепка очевидно слетела от моего удара и теперь блондинистые волосы тянулись к небу, не сдерживаемые ничем, как будто от электричества.
Маленький аккуратный кулак летел на меня со скоростью болида, обещая при попадании расщепить тело так, что от него не останется ровным счетом ничего. Но это чертово спокойствие не давало даже попытаться увернуться. Время начало замедляться вместе с приближающейся гарантированной смертью, становиться вязким, тягучим, практически статичным.
Будто издеваясь надо мной, смерть решила повременить, дав мне время в полной мере осознать происходящее. Красная сила, ведущая себя, как пламя, что не жжет, но давит, летела все ближе. Опережая само физическое тело девушки. Но сперва я почувствовал воздух, что этот удар толкал вперед против его воли. Были бы у меня длинные волосы, их бы наверняка подняло этим порывом. А так лишь немного заслезились глаза.
«Защити всех». Появилась внезапная фраза в мозгу. Кого всех, я один здесь! Но в защите нуждался прямо сейчас. И будто повинуясь этому указанию, передо мной из воздуха начал медленно вырастать оранжевый шестиугольник. В начале он был на границе видимости, но все уплотнялся и уплотнялся перед так медленно летевшей рукой. Пока не произошло неминуемое столкновение.