Умри за меня (ЛП)
— Клэр? Но… — Она прислонилась к дверному косяку. — О, нет.
— Вы хорошо знали Клэр Рейнолдс, мисс Савард?
— Ну, не слишком хорошо. — Она шокировано и удрученно посмотрела на Вито. — Мы всегда болтали, когда она ждала приема. Почему кто-то с ней так поступил?
— Я тоже хочу это выяснить. Доктор? — Вито взглянул на медицинскую карту в руке Пфайффера.
— О, конечно. Стейси, пожалуйста, копию письма, которое мы получили от доктора Гаспара из Техаса.
— Ну, на самом деле мне нужен был оригинал.
Пфайффер заморгал.
— Простите. Я не подумал. Стейси, положи копию к нашим файлам и, пожалуйста, помоги детективу, если ему еще что-нибудь понадобится.
Глава 15
Среда, 17 января, 11 часов 10 минут
— До свидания! — толпа восьмилеток замахала руками и хлынула к дверям.
— Это было так здорово! — сияющая учительница обратилась к Софи и Теду III. — Обычно детям в музеях скучно до смерти, и они ничему не учатся, но вы доставили им огромное удовольствие. Это одежда и топор. И даже ваши волосы. Все выглядит невероятно реалистично.
Софи сняла с плеча секиру, которой во время экскурсии часто размахивала. У детей при этом зрелище буквально глаза на лоб повылезали.
— Волосы настоящие, — с улыбкой произнесла Софи. — А остальное… сплошное удовольствие. Мы хотим воплотить историю в жизнь.
— Я обязательно расскажу об этом другим учителям.
— Большое вам спасибо за поддержку, — тепло поблагодарила Софи.
Но Тед выглядел настороженным.
— Вам еще надо посмотреть Жанну д'Арк. Это более великолепное зрелище.
— О, он просто мне льстит, потому что доспехи тяжелые. Будем рады увидеть вас снова.
— Ты вела себя с ними очень мило, — произнес Тед, когда учительница ушла. — Что-то не так?
Софи скорчила гримасу.
— О, я полагаю, что заслужила похвалу. Знаешь, на меня вчера снизошло озарение, Тед. Ты делаешь здесь действительно что-то хорошее. А я до сих пор не слишком хорошо сотрудничала.
Брови Теда полезли вверх.
— А я-то думал, что это часть твоей роли, — сухо заметил он. — Ты что, действительно, хотела бы разрубить меня секирой?
Губы Софи дрогнули.
— О, только иногда. — Потом она вновь посерьезнела. — Я должна извиниться перед тобой, Тед.
— Мы очень рады, что ты работаешь с нами, Софи, — произнес Тед тоже серьезным голосом. — И поверь, я очень уважаю тебя за работу над архивом моего деда. Я знаю, что ты мне не веришь, но это действительно так.
— Нет, Тед, я верю. Это тоже было частью моего озарения.
Он посмотрел в окно. На улице группа детей усаживалась в желтый автобус.
— Я даже не знал, что ты говоришь по-норвежски. Этого нет в твоем резюме.
Софи поняла, больше на эту тему он ничего не скажет.
— Вообще-то по-норвежски я могу лишь ругаться. Наверное, моя бабушка только это переняла от деда.
Глаза Теда расширились.
— Ты ругалась, будучи ребенком?
— Господи, нет. Я кое-что знаю по-датски и по-голландски. Остальному меня научил шведский шеф-повар. — Губы Софи дрогнули.
Казалось, Тед испытывал чувство облегчения и одновременно выглядел тронутым.
— Ты должна стать актрисой, Софи Йоханнсен. — Он повернулся, собираясь уйти. — Не забудь, в двенадцать у тебя Джоан.
— Доспехи все равно слишком тяжелые, — крикнула она Теду в спину, хотя и с меньшим раздражением, чем раньше. Потом отправилась в ванную, чтобы смыть макияж. Не хватало только, чтобы у нее вылезли прыщи. Кроме того, ей совершенно не хотелось встречаться сегодня с Вито. Даже в толстом костюме ее пробирала дрожь. Теперь-то она знала, что существует разница между любовью и спариванием кроликов. И ей на ум пришел вопрос, а что, если они на самом деле влюбятся друг в друга. Какое-то мгновение она подумывала, не спросить ли об этом дядю Гарри, но потом рассмеялась, когда представила себе ужас в его взгляде.
— Простите, мисс.
Софи с улыбкой остановилась возле старика, который опираясь на палку, разглядывал фотографии Теда I, вывешенные в фойе.
— Да, сэр?
— Насколько я понял, вы проводите экскурсии. Увлекательные экскурсии. А частным образом, вы их проводите?
Что-то в глазах старика заставило Софи насторожиться. Проклятый старый ублюдок. Она прищурилась и обхватила ладонью древко секиры.
— Что значит, частным образом?
Он посмотрел на нее озадаченно, потом потрясенно.
— О, Господи, нет-нет! Я не это имел в виду. Я живу в доме престарелых, а развлекательная программа там чрезвычайно скучная, поэтому я и забочусь о ее разнообразии. И подумал, что вы могли бы устроить для нас специальную экскурсию.
Софи, немного пристыженная, рассмеялась:
— Естественно. Я знаю, как сильно скучает моя бабушка, когда ей нечем заняться.
— Ваша бабушка была бы вам очень признательна.
Улыбка Софи угасла.
— Спасибо, но, к сожалению, это не так. Она недостаточно здорова, чтобы принимать участие в экскурсии. Уточнить время вы можете у девушки на ресепшене.
Он нахмурился.
— Это та молодая дама в черном?
— Пэтти Энн всегда по средам изображает гота. Так сказать, ее персональная дань Уэнсдей Аддамс (ПРИМ. — персонаж серии комиксов «Семейка Аддамс»). Она очень милая, поверьте мне. И уделит вам время, а меня прошу извинить, мне надо стереть с лица макияж, иначе я сама буду выглядеть, как представитель этой семейки.
Софи ушла, а старик смотрел ей вслед. Какие у нее плавные движения. Он знал ее уже несколько месяцев, но, какая она настоящая, даже не подозревал. И не ощущал, какое притяжение от нее исходит, пока не увидел в деле. Белокурая Валькирия с ростом в метр восемьдесят, размахивающая над головой боевым топором. А сверкающие зеленые глаза… Она удерживала детей и учительницу в течение часа одним только магнетизмом. И меня тоже. Можно забыть о моделях с сайта. Он нашел новую королеву. Ван Зандт сойдет с ума. И доктор Софи Йоханнсен не долго будет изображать из себя недотрогу. Это тот случай, когда можно убить двух зайцев одним выстрелом.
Среда, 17 января, 11 часов 30 минут
Барбара Малрин, библиотекарь и бывшая начальница Клэр, протянула конверт через стойку.
— Вот оригинал заявления об увольнении, которое мы получили от Клэр Рейнольдс.
Марси Виггс кивнула. Ей приблизительно столько же лет, сколько и Клэр, и она перенесла известие о ее смерти хуже, чем начальница, которой, вероятно, уже за пятьдесят.
— Нам пришлось его запрашивать в центральной базе, так как Клэр не числилась в нашей картотеке уже больше года. — Губы Марси дрогнули. — Бедняжка. Она была такой милой. Ей еще даже не исполнилось тридцать лет.
Краем глаза Вито увидел, что Барбара закатила глаза, и на миг куда больше заинтересовался мнением этой пожилой женщины. Он вскрыл конверт и заглянул внутрь. Заявление напечатано на обычной бумаге, и он подозревал, что в отношении отпечатков пальцев они не обнаружат ничего ценного. Тем не менее он задал вопрос.
— Не могли бы вы дать нам список всех тех, кто держал в руках это заявление?
— Попробую, — ответила Барбара. А Марси лишь вздохнула.
— Это так ужасно, что произошло. Мы все так или иначе чувствуем ответственность. Надо было тогда заподозрить неладное и позвонить в полицию, но…
— Но? — Вито сунул конверт в папку.
— Ничего, — резко ответила Барбара. — Не надо вызывать ненужных подозрений. И Клэр это не понравилось бы. Ты так говоришь только потому, что она мертва. — Она бросила на Вито сердитый взгляд.
— О мертвых говорят либо хорошо, либо ничего. А когда умирает инвалид, да еще и насильственной смертью, можно обратиться к Папе римскому, чтобы ее причислить к лику святых. — Марси поджала губы, но ничего не сказала. Вито переводил взгляд с одной женщины на другую. — Значит, Клэр не была особо милой?