Умри за меня (ЛП)
— Я подумаю.
— Ты сделаешь, — дружелюбно поправил его Ван Зандт. Он промолчал, хотя на языке вертелось резкое высказывание. В данный момент Ван Зандт ему еще нужен. — Далее. Сцена с кистенем.
Он прищурился:
— А что с ней не так? Она готова.
— Нет, не готова. Ты сделал слабую сцену, и действие просто… прерывается. Это разочарует игрока. Думаю, за основу надо взять сцену с оторванным черепом, а скрытую сцену сделать более захватывающей. Возможно, голова в каком-то смысле может взорваться. Или ее полностью снести. Тогда…
— Нет. Не прокатит. Череп, по которому бьют кистенем, не взрывается, и голова не оторвется. — Он и сам был очень разочарован, когда обнаружил это.
Ван Зандт насупился:
— А ты откуда об этом знаешь?
Осторожно!
— Провел небольшое расследование. И поговорил с врачами. Так не получится.
Ван Зандт пожал плечами:
— Ну и что? Кого волнует, что происходит на самом деле? В любом случае, это просто фантастическое приключение. Ты сделаешь сцену более захватывающей.
Он молча сосчитал до десяти. Всегда помни, это лишь средство достижения цели. Ты не будешь заниматься этим вечно. Скоро ты сможешь позабыть и Ван Зандте, и об oRo.
— Хорошо. Я обновлю эту сцену. — Он встал, но Ван Зандт поднял руку.
— Минутку. Есть еще кое-что. Это касается твоего подземелья. По-моему, в нем чего-то не хватает.
— Да, и чего же?
— Железной Девы.
О, Боже. Какая банальность. По его мнению, Ван Зандт совсем съехал с катушек.
— Нет.
— Бог мой, Фрейзер, почему нет? — раздраженно поинтересовался Ван Зандт.
— Время не подходит. Железные Девы появились только в пятнадцатом веке. В моей темнице такая стоять не будет.
— Любой из наших игроков захочет иметь ее в своей темнице.
— Знаешь, сколько времени потребуется, чтобы это создать. — Он сделал глубокий вдох. Черт, чуть не сказал «смонтировать». Железную Деву не купишь. Ее нужно строить самому, а об этом он даже и не думал. — Джагер, я найду тебе новую Королеву, сделаю более острой сцену с кистенем, но ставить фальшивый спектакль в своей темнице не буду.
Ван Зандт помрачнел и вытащил из ящика стола какую-то напечатанную бумагу.
— Вот в этом письме я читаю, что фамилия президента Ван Зандт, а не Фрейзер. — Он бросил письмо обратно в ящик. — Просто возьми и сделай.
Он стиснул зубы и схватил сумку с ноутбуком:
— Ну, хорошо.
Вторник, 16 января, 11 часов 55 минут
— Извините.
Дерек, держа в руке пакет с обедом, остановился на лестнице. За его спиной возвышалось офисное здание, в котором находилась и компания oRo. Из такси вышел мужчина с небольшим чемоданчиком. Несмотря на дорогую одежду, незнакомец выглядел так, словно не спал уже несколько дней.
— Да?
— Вы Дерек Харрингтон?
— Да, а в чем дело?
Мужчина поднялся по ступенькам. В его взгляде сквозили усталость и отчаяние.
— Мне нужно поговорить с вами. Пожалуйста. Речь идет о моем сыне и вашей игре.
— Если вы хотите пожаловаться на то, что ваш сын играет в Behind Enemy Lines, вам следует обратиться в другое место.
— Нет, вы меня неправильно поняли. Мой сын вообще не играет. Я думаю, что мой сын участвует в вашей игре. — Он вытащил из кармана фотографию. — Меня зовут Ллойд Уэббер, я из Ричмонда, штат Вирджиния. Мой сын Захари ушел из дома около года назад. В его прощальном письме было написано, что он хочет поехать в Нью-Йорк. Мы больше никогда о нем ничего не слышали.
— Мне очень жаль, мистер Уэббер, но я не понимаю, при чем тут я.
— В вашей игре есть сцена, в которой молодому немецкому солдату стреляют в голову. Этот парень один в один мой Захари. Я подумал, может, он послужил моделью вашему художнику, поэтому я нашел адрес компании. Наверняка, у вас где-то отмечены модели, с которыми вы работали. Пожалуйста, посмотрите, мистер Харрингтон. Вдруг мой сын еще в Нью-Йорке.
— Мы не нанимаем на работу моделей, мистер Уэббер. Извините. — Дерек собрался уже уходить, но Уэббер поспешно преградил ему дорогу.
— Пожалуйста, посмотрите на фотографию, хотя бы разок. Я пытался дозвониться до вас, но вы не захотели со мной разговаривать. Поэтому я купил билет на самолет и прилетел сюда. Пожалуйста. — Мистер Уэббер протянул фотографию. Дерек вздохнул. Ему жаль этого человека. Он взял снимок.
И испуганно втянул воздух. То же самое лицо.
— Ваш… ваш сын — красивый парень. — Он поднял голову и увидел слезы в глаза Уэббера.
— Вы уверены, что никогда раньше его не видели?
У Дерека голова пошла кругом. Он с первого же мгновения понял, что работы Фрейзера Льюиса слишком реалистичны, но то, что ему сейчас пришло на ум…
— Вы не могли бы мне оставить фото вашего сына, мистер Уэббер? Я поговорю с сотрудниками. Мы действительно не используем модели, но вдруг кто-то где-то его видел. В ресторане, например, или в автобусе. Мы везде подбираем типажи для наших персонажей.
— Пожалуйста, забирайте. Это всего лишь фотография. Если нужно еще, я могу дать. Покажите ее кому-нибудь, кто сможет помочь. — Дрожащей рукой он протянул Дереку визитную карточку, тот взял ее. — Вот номер моего мобильного. Вы можете звонить мне днем и ночью. Я останусь в городе, пока это будет необходимо.
Дерек посмотрел на фотографию, потом на визитку. Фрейзер Льюис, скорее всего, еще наверху у Джагера. Он мог прямо и без лишних слов пихнуть ему под нос фотографию. Но он совсем не уверен, что хочет знать правду. Будь мужчиной, Дерек. Черт возьми, в конце концов, придумай что-нибудь.
Он поднял глаза и кивнул.
— Я в любом случае позвоню вам, даже если ничего и не узнаю. Обещаю.
В глазах Уэббера появились благодарность и надежда.
— Спасибо.
Вторник, 16 января, 12 часов 05 минут
Тлеющая ярость вспыхнула с новой силой, когда он увидел Дерека Харрингтона, который поджидал его у выхода. Рука вцепилась в ручку сумки. Больше всего ему хотелось, чтобы его рука оказалась где-нибудь в другом месте. На шее Харрингтона, например. Но для этого нужно подходящее место и время. Только не сейчас и не здесь. Не здороваясь и даже не глядя на Харрингтона, он прошествовал мимо него к двери.
— Льюис, подожди минутку! — догнал его Харрингтон. — Мне нужно с тобой поговорить.
— У меня нет времени, — выдавил он и шагнул к лестнице, которая вела на улицу. — Потом.
— Нет. Сейчас. — Харрингтон схватил его за плечо, и он едва не лишился равновесия. Но удержался и прислонился к железным перилам. Ярость вырвалась наружу, и он оттолкнул руку Харрингтона.
— Не тронь меня, — огрызнулся он.
Дерек отступил на шаг и поднялся на две ступеньки выше. Теперь их глаза оказались на одном уровне. Во взгляде Харрингтона появилось что-то, чего он никогда не видел, что-то вроде упрямства. Решительность.
— И? — спокойно произнес Дерек. — Что ты со мной сделаешь, если я тебя потрогаю?
Не сейчас и не здесь. Но время придет.
— У меня много дел. Мне надо идти.
Он повернулся, чтобы уйти, но Дерек опять последовал за ним, обогнал и остановился внизу лестницы.
— Что же ты собираешься делать, Фрейзер? — повторил Харрингтон. — Бить меня? — Он поднялся на одну ступеньку и пробормотал, — убьешь меня?
— Да ты с ума сошел. — Он снова хотел уйти, но Харрингтон опять схватил его за руку. На этот раз он не растерялся и перенес свой вес на здоровую ногу.
— Ты убьешь меня, Фрейзер? — все так же тихо спросил Харрингтон. — Так же, как ты убил Захари Уэббрера? — Дерек вытащил фотографию. — Потрясающее сходство с немецким солдатом, не так ли?
Сердце его бешено колотилось, но он смотрел на фотографию немигающим взглядом. А с фотографии на него смотрел Захари Уэббер. Таким он подобрал Захари на шоссе 1-95 за пределами Филадельфии. Захари отправился автостопом в Нью-Йорк. Сердитый молодой Захари, который хотел стать актером. Он злился на отца, потому что тот настоял, чтобы сын окончил школу. Я ему покажу. Я стану знаменитым, и тогда он увидит, что ошибался.