Непростой Путь Про-Героя. Том 1. Том 2. (СИ)

На следующий день к защитной амуниции добавилась толстая мотоциклетная куртка, правда, мужская - я прижимистый, но не настолько. Выглядел я, несмотря на рост, угрожающе.
Было даже несколько жаль, что в моем додзе шутку про то, что эта вечеринка отстой, что я ненавижу всех этих людей и вообще пришел сюда убивать никто не поймет.
Впрочем, чего удивляться-то? В этой реальности не было большинства игр и фильмов моего первого мира, которые я еще кое-как помнил.
Через месяц я освоился в достаточной мере, чтобы более-менее уверенно перемещаться от стенки к стенке, поворачивать и даже тормозить. Акира-сенсей - по гроб мужику буду благодарен и обязан - уже давно выделил для моих тренировок эдак треть зала, чтобы я не рисковал, цитирую, “расшибиться в лепешку о его любимых племянниц. Расшибаться в лепешку надо РАДИ моих племянниц, Нирен, а не ОБ них!”
Фишка плавного и чуть более, чем небезопасного, торможения оказалась в том, чтобы, во-первых, тормозить обеими ногами - у меня кое-как получалось втыкаться пятками в землю - если я вообще был к ней достаточно близко в момент приближения к какой-нибудь замечательной твердой поверхности - а во-вторых, выпускать “тормозные” импульсы с каждой руки по отдельности - сначала с одной, потом со второй. Ну и по возможности не вытягивать руку, а, наоборот, фиксировать плечевой пояс и сгибать ее в локте, напрягая мышцы по-максимуму. Ну и группироваться по возможности.
В результате я целиком превращался в твердый нервный комок Нирена, по которому импульс распределялся более-менее равномерно, и травмы не случалось.
Потом…
Мои родители, заинтересованные странными, пусть и аргументированными покупками, заглянули в додзе на выходных, застав мою тренировку в середине. Ох…
Были серьезные разговоры, и с Оджиро-сенсеем, и со мной, и даже с Маширао, который тут выступил пушистой моральной поддержкой. Мама ахала и обмахивалась веером, и отсутствие такового ей никак не мешало, папа хмурился и одновременно по-доброму завидовал, Акира закатывал глаза и махал на мое упрямство рукой. Потому что отлично знал, что если я не буду тренироваться в полном мягких матов помещении и в присутствии подготовленного человека, который сможет оказать первую помощь, я буду тренироваться без оных, что негативно скажется на выживаемости Ниренов как вида в отдельно взятой префектуре.
По меньшей мере повезло что они пришли в конце моих “летных” тренировок, а не в начале, когда я каждый день обо что-то колотился. Так-то к гематомам на моем теле они были привычны - все-таки с детства занимаюсь боевыми искусствами.
И да, именно “в конце” - я освоился достаточно, чтобы и сам, и Акира-сенсей считали, что меня снова можно допускать к спаррингам. Типа, достаточно контроля над силой, чтобы не травмировать противника случайным выбросом силы при прыжке или ударе, ну а если сам себя прибьешь - ну так Оджиро-старший над моей сохранностью и не хлопотал никогда, у него вон своих оболдуев целый прайд.
Выходя завтрашним днем на “ринг” с Маши-куном, я скалился радостно и многообещающе, а хвостатый слегка нервничал.
***
 Глава 6. Часть II. 
Додзе “Нефритовый Лев”, Акира Оджиро.
То же время.
Когда Акира-сенсей вместе с домочадцами наблюдал пацана, мрачно сидевшего в углу - в течение почти месяца! - и явно испытывавшего капитальные проблемы с причудой, он закономерно пришел к выводу, что Нирен просто… сдулся.
И ничуть не удивился.
В мире боевых искусств, как и в мире пользователей причуд, с таким сталкиваешься постоянно. Кто-то не может преодолеть ограничение в своих способностях, из-за которого вся намеченная стратегия развития идет крахом. Кто-то не может преодолеть собственные пределы и попросту сгорает. С темпом тренировок мальчишки это было бы неудивительно. А кто-то, особенно из тех, кто себе на уме, талантливый и гордый, не может вынести тотальное превосходство (здесь Акира позволил себя чуточку злорадства) своего товарища или соперника.
 
Маширао, освоив разработанную вместе с отцом методику перемещения, стал Нирену попросту не по зубам. Какой толк в усиливающей причуде (ну да, ну да, усиливающая, конечно), если твой не менее сильный противник попросту в разы быстрее?
Верно, никакой.
Вот Шода и сломался.
Жалко ли? Да, пожалуй. Жалко ли лично ему, Акире? Не сказал бы. Да, партнер для Маширао из пацана был неплохой, техничный и в меру безбашенный, но и все. Нирен даже не был ему, Акире, учеником, уже пришел в додзе со всем своим… он даже за советами к нему если и подходил, то только пару раз…
Ладно, если Акире и жалко, то самую малость.
Не Нирен последний, не он первый. Даже в этом самом додзе. Из которого в прошлом, например, вышла его, Акиры-сенсея, тетя, достаточно известная (увы, тоже в прошлом) героиня-львица “Грива”.
Или ее сын и его, Акиры, двоюродный брат - Шишидо, Львиный Герой - который в данный момент прочно обосновался на тринадцатом месте в топе профессиональных героев Японии. Сидит там уже несколько лет, ни наверх не лезет, ни сбить его вниз не может никто.
Мда…
Несмотря на то, что Шишидо был, во-первых, типичным “сыном маминой подруги”, которого Акире всю молодость ставили в пример, а во-вторых, человеком достаточно специфическим… ну, он в качестве супергеройского прозвища взял собственное имя, потому что “Шишидо - это хорошее имя!”, что уж тут еще добавить… отношения между братьями были неплохими. Львиный герой был хорошим человеком и хорошим героем, и не его вина, что ему, Шидо-куну, повезло с причудой (да-да, той самой, эталонной усиливающей, да еще и с дополнительными вторичными способностями).
А вот самому Акире от природы достался только куцый хвост, скорее обезьяний, чем львиный, и чрезмерно волосатая грудь, которую регулярно приходилось брить, чтобы не раздражать жену.
Если бы брат еще не относился с таким фанатизмом к своему бейсболу, чтоб его…
Глядишь, и вовсе бы ладили.
А вот он сам, мастер Оджиро, из додзе так и не вышел, да…
Ладно уж, расклеился, старик.
То - дело дней минувших.
Тогда как сейчас речь о настоящем, и, в частности, об одном парне с невнятным - не то арктически-ледяным, не то стальным, отливающим небесной синью - цветом волос.
О парне, который снова удивил.
Когда со стороны скамьи несчастного мальчишки - одна из языкастых племянниц Акиры, осмелев, под дружное хихикание назвала ее “Крепостью Одиночества” - послышался грохот и сдавленный хрип, среди молодежи чего только не принялись себе выдумывать. Шептались, хихикали, пугались… Да и не важно. Главное, чтобы к парню задираться не лезли, для обывателей без сверхчеловеческих способностей Шода уже давно недосягаем.
Но вот сам Акира сразу же зацепился наметанным взглядом за довольную улыбку Нирена, пусть и искаженную сжатыми от боли зубами.
Такую улыбку, такой взгляд не так-то просто с чем-то перепутать, тем более сенсею с таким стажем, как у него: каким-то образом парень сумел понять, как преодолеть свою преграду - в чем бы там она ни заключалась.
А буквально на следующий день неугомонный мальчишка, как ни в чем не бывало, приперся в додзе с гипсом.
Но Акира, опять же, его отлично понимал - сложно сидеть дома сложа руки, кипя энергией, если ты месяц вынужденно торчал на скамейке “запасных”.
Нирен же тем временем начал… а что он начал-то?
Со стороны, людям неискушенным, могло бы показаться, что парень перестал страдать херней и начал практиковаться в самом базовом применении своей усиливающей причуды. То прыгнет на пару метров в высоту, то ударом руки ветер поднимет, то вмятину в стене оставит, засранец!
Но Акира не был идиотом. Он не первый раз тренировал владельцев причуд, которые затем становились героями, пусть и не первого эшелона, и не так уж и мало знал о причудах, во всяком случае достаточно, чтобы понимать - ни черта она у Нирена не усиливающая. У людей с хрестоматийным усилением мышечные волокна устроены иначе, сами мышцы зачастую расположены и крепятся совершенно иначе. Да эти люди и двигаются по-другому - четкие, аккуратные, низкоамплитудные, точно выверенные движения, постоянный контроль над собой и окружением, постоянное ощущение сдерживаемой силы, эдакой покрытой трещинами плотины, которая еле сдерживает цунами силы и мощи. Брр.